Чрево Парижа

Краткое содержание рассказа
Читается за 10 минут(ы)

Флоран вернулся в Париж, откуда семь лет назад, в декабре 1851 г., после барри­кадных боев в ночном городе был отправлен в ссылку, в ад Кайенны. Его взяли только за то, что он как поте­рянный бродил ночью по городу и руки у него были в крови — он пытался спасти молодую женщину, раненную на его глазах, но она была уже мертва. Кровь на руках пока­за­лась полиции доста­точной уликой. С двумя това­ри­щами, вскоре погиб­шими в пути, он чудом бежал из Кайенны, скитался по Голланд­ской Гвиане и наконец решился вернуться в родной город, о котором мечтал все семь лет своих мучений. Он с трудом узнает Париж: на том самом месте, где лежала когда-то окро­вав­ленная женщина, кровь которой погу­била Флорана, сегодня стоит Центральный рынок, «чрево Парижа» — рыбные, мясные, сырные, требу­шиные ряды, царство пищи, апофеоз чрево­угодия, над которым, смеши­ваясь, плывут запахи сыров, колбас, масла, неот­вяз­чивая вонь рыбы, легкие облака цветочных и фрук­товых ароматов. Оголо­давший и измож­денный, Флоран едва не теряет сознание. Тут-то он и знако­мится с худож­ником Клодом Лантье, грубо­вато, но друже­любно пред­ло­жившим ему свою помощь. Вместе они обходят рынок, и Клод знакомит пришельца с мест­ными досто­при­ме­ча­тель­но­стями: вот сущий чертенок Маржолен, найденный в капусте, так и живущий на рынке; вот юркая Кадина, тоже из найде­нышей, её приютила торговка; вот готовая картина — нагро­мож­дения овощей и зелени... Флоран не может больше выно­сить этого гнету­щего вели­ко­лепия. Вдруг ему кажется, что он узнал старого прия­теля: так и есть, это Гавар, хорошо знавший и Флорана, и его брата. Тот сменил квар­тиру, и Флоран отправ­ля­ется по новому адресу.

...С ранней юности Флоран взял на себя всю заботу о брате: их мать умерла, когда он только начал изучать право в Париже. Взяв двена­дца­ти­лет­него Кеню к себе и отча­янно борясь с нищетой, Флоран пытался чему-то учить малень­кого брата, но тот гораздо успешнее осва­ивал повар­ское дело, кото­рому его обучал живущий по сосед­ству лавочник Гавар. Из Кеню полу­чился отличный повар. После ареста брата он устро­ился к их дядюшке Граделю, стал преуспе­ва­ющим колбас­ником, женился на пышной краса­вице Лизе — дочери Маккаров из Плас­сана. Роди­лась дочь. Кеню все реже вспо­ми­нает о Флоране, считая его погибшим. Его появ­ление в колбасной вызы­вает у Кеню и Лизы испуг — впрочем, Кеню тут же пригла­шает брата жить и столо­ваться у них. Флоран тяго­тится нахлеб­ни­че­ством и вынуж­денным безде­льем, но не может не признать, что посте­пенно приходит в себя в этом доме, пропахшем снедью, среди жира, колбас, топле­ного сала. Вскоре Гавар и Кеню находят ему место надзи­ра­теля в пави­льоне морской рыбы: теперь в его обязан­ности входит следить за свеже­стью товара и чест­но­стью торговок при расчетах. Дотошный и непод­купный, Флоран присту­пает к этой работе и вскоре заво­е­вы­вает общее уважение, хотя пона­чалу его мрач­ность и сдер­жан­ность (за кото­рыми скры­ва­лись только робость и кротость) отпу­ги­вают завсе­гда­таев рынка. А вечная сопер­ница колбас­ницы Лизы, вторая краса­вица рынка — Луиза Мегюден по прозвищу Нормандка — даже имеет на него виды... Флоран возится с её сынишкой Мюшем, обучая его грамоте, и маленький сквер­но­слов с ангель­ской внеш­но­стью всей душой привя­зы­ва­ется к нему. Втяги­ваясь в сытную, пряную, шумную жизнь рынка, Флоран сходится с Клодом, захо­дящим сюда писать этюды, и посе­щает по вечерам кабачок Лебигра, где мужчины соби­ра­ются по вечерам выпить и потол­ко­вать. Толкуют все больше о поли­тике: сам хозяин кабачка, молча­ливый Лебигр, иногда наме­кает на свое участие в собы­тиях 1848 года... Разгла­голь­ствуют здесь и домо­ро­щенный якобинец Шарве, длин­но­во­лосый частный препо­да­ва­тель в потертом сюртуке, и злой горбун оценщик Логр, и разносчик Лакайль, и грузчик Алек­сандр. Они и состав­ляют круг собе­сед­ников Флорана, который мало-помалу пере­стает скры­вать свои взгляды и все чаще говорит о необ­хо­ди­мости сверг­нуть тиранию Тюильри... Стоят времена Напо­леона III — Напо­леона Малого. Дни Флорана одно­об­разны, но вече­рами он отводит душу.

Рынок между тем живет своей сытной, крик­ливой жизнью: торговки интри­гуют, ссорятся, сплет­ни­чают. Нормандка ругает вечную сопер­ницу Лизу и распус­кает слухи о ней и о Флоране. Он-то и стано­вится главным пред­метом раздоров. Старая дева маде­му­а­зель Саже, пита­ю­щаяся остат­ками тюиль­рий­ских пиршеств (их на рынке раздают бесплатно), разносит сплетни обо всех и вся и за это полу­чает дармовые лакомые кусочки. Склоки, дрязги, стычки ежеми­нутно вспы­хи­вают в царстве изобилия. Флоран не желает заме­чать всего этого — он уже поглощен мыслью о восстании, которое обсуж­дает с Гаваром и новыми друзьями в кабачке Лебигра. Эти разго­воры придают их моно­тонной жизни, прохо­дящей в сосед­стве с гигант­ским рынком, новый смысл и остроту. Маде­му­а­зель Саже неустанно сплет­ни­чает о рево­лю­ци­онных настро­е­ниях нового надзи­ра­теля рыбных рядов, эти слухи доходят до Лизы, она начи­нает наме­кать мужу, что от Флорана хорошо бы изба­виться, и вскоре весь рынок уверен, что Флоран — опасный и нерас­ка­яв­шийся «красный». И без того нажив себе врагов чест­но­стью и прямотой, он стано­вится на рынке изгоем и чувствует себя чело­веком лишь среди внима­ющих ему едино­мыш­лен­ников, гостей Лебигра.

...На рынке вместе растут Маржолен и Кадина, не знающие своих роди­телей, с детства спящие в одной постели у торговки тетушки Шанти­месс. Их детская дружба неза­метно пере­ходит в любовь — или в то, что им кажется любовью, ибо к семна­дцати годам подручный Гавара Маржолен — попросту красивое животное, а пятна­дца­ти­летняя Кадина — такой же прелестный и такой же бездумный зверек. Она притор­го­вы­вает цветами, бегает по всему рынку и то тут, то там пере­хва­ты­вает очередную вкус­ня­тину. Однажды краса­вица Лиза реша­ется отпра­виться к птич­нику Гавару и потол­ко­вать с ним насчет опасных поли­ти­че­ских споров у Лебигра. Гавара она не застала. Маржолен, радуясь гостье, долго водил её по лавке, затем шутя попы­тался обнять — и Лиза со всего размаху ударила его кулаком между глаз. Маль­чишка рухнул на пол, раскроив себе голову о каменный прилавок. К счастью, он ничего не помнил, когда пришел в себя. Его отпра­вили в боль­ницу, но после падения он стал полным идиотом, окон­ча­тельно превра­тив­шись в лику­ющее, сытое животное. Для Флорана и Клода он стано­вится символом рынка, его душой — или, вернее, символом отсут­ствия этой души.

Флоран тщетно пыта­ется увлечь Клода поли­ти­че­ской борьбой. «В поли­тике вы такой же художник, как и я», — небрежно отве­чает Клод, инте­ре­су­ю­щийся только искус­ством. Зато Гавар увле­ка­ется поли­тикой не на шутку и начи­нает демон­стра­тивно носить при себе пистолет, пого­ва­ривая о победе респуб­ли­канцев как о деле решенном. Пере­пу­ганная Лиза с благо­сло­вения кюре разби­рает бумаги Флорана в его комнате и узнает, что в своих несбы­точных мечтах Флоран уже разбил город на двадцать секторов, во главе каждого преду­смотрел глав­но­ко­ман­ду­ю­щего и даже нари­совал значки для каждого из двадцати отрядов. Это повер­гает Лизу в ужас. Тем временем старуха Саже узнает из случайной обмолвки маленькой дочери Кеню, что Флоран — беглый каторжник. Этот слух с быст­ротой пожара охва­ты­вает весь рынок. Пере­пу­ганная Лиза реша­ется наконец пойти в префек­туру с доносом на деверя, кото­рого до сих пор выда­вала всему рынку за кузена. Здесь-то угрюмый лысый господин и сооб­щает ей, что о возвра­щении Флорана с каторги давно донесли поли­цей­ские комис­сары сразу трех городов. Вся его жизнь, вся работа на Центральном рынке была доско­нально известна полиции. Префек­тура медлила лишь потому, что хотела накрыть все «тайное обще­ство». На Флорана доно­сила и старуха Саже, и даже подма­стерье Кеню Огюст... Лиза пони­мает, что муж её вне подо­зрений и, следо­ва­тельно, вне опас­ности. Только здесь ей стано­вится ясна вся бессмыс­лен­ность её собствен­ного доноса. Теперь ей оста­ется только ждать, когда Флоран, в жизни не обидевший голубя, будет арестован.

Так и случи­лось. Берут и Гавара, щего­ляв­шего писто­летом, а теперь насмерть пере­пу­ган­ного. Тотчас после ареста в его доме начи­на­ется драка за его состо­яние. Флорана берут на квар­тире у брата, но проститься с Кеню, занятым приго­тов­ле­нием кровяной колбасы, Флоран отка­зы­ва­ется — он боится расчув­ство­ваться сам и огор­чить его. На суде Флорану припи­сы­вают двадцать с лишним сообщ­ников, из которых он едва знает семерых. Логра и Лакайля оправ­дали. Флорана и Гавара отпра­вили в ссылку, откуда на этот раз им уже не вернуться.

Вспо­миная друга, Клод Лантье обходит лику­ющий, гигант­ский Центральный рынок. Свер­ка­ющая сытой белизной краса­вица Лиза Кеню раскла­ды­вает на прилавке окорока и языки. Старуха Саже проха­жи­ва­ется между рядами. Нормандка, только что вышедшая замуж за Лебигра, дружески здоро­ва­ется с бывшей сопер­ницей Лизой. Клода окру­жает триумф чрева, все вокруг дышит жирным здоро­вьем, — и голодный художник бормочет сквозь зубы: «Какие, однако, негодяи все эти поря­дочные люди!»

Источник:Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1997. — 896 с.


время формирования страницы 3.169 ms