Нетерпение сердца

Краткое содержание рассказа
Читается за 18 минут(ы)

В 1938 г. рассказчик случайно позна­ко­мился с кава­лером ордена Марии Терезии Антоном Гофмил­лером, который поведал ему о том, что случи­лось с ним четверть века назад, когда ему было двадцать пять лет. Рассказчик записал его рассказ, изменив в нем лишь имена да неко­торые мелкие подроб­ности, позво­ля­ющие угадать, о ком и о чем идет речь.

Антон Гофмиллер был сыном бедного чинов­ника, обре­ме­нен­ного большой семьей. Его отдали в военное училище, и в восем­на­дцать лет он окончил его. Благо­даря дальней родствен­нице, он попал в кава­лерию. Служба в этом роде войск не всякому по сред­ствам, и молодой человек оказался окружен гораздо более состо­я­тель­ными това­ри­щами. В конце 1913 г. эскадрон, где он служил, пере­вели из Яросла­вице в небольшой гарни­зонный городок у венгер­ской границы. В мае 1914 г. местный апте­карь, он же помощник бурго­мистра, пред­ставил Антона самому бога­тому чело­веку в округе — госпо­дину фон Кекеш­фальве, чья племян­ница пора­зила Антона своей красотой. Антона пригла­сили в дом к Кекеш­фальвам, и он пришел в восторг от радуш­ного приема. Он много танцевал и с племян­ницей Кекеш­фальвы Илоной, и с другими девуш­ками, и только в поло­вине один­на­дца­того спохва­тился, что забыл о дочери хозяина и не пригласил её на вальс. Антон пото­ро­пился испра­вить оплош­ность, но в ответ на его пригла­шение Эдит Кекеш­фальва разры­да­лась. Антон не мог понять, в чем дело, и Илона объяс­нила ему, что у Эдит пара­ли­зо­ваны ноги и она не может ступить ни шагу без костылей. Смущенный, Антон поспешил уйти.

Он чувствовал себя так, словно хлыстом стегнул ребенка, а потом убежал, как преступник, даже не попы­тав­шись оправ­даться. Чтобы загла­дить свою вину, Антон на последние деньги купил огромный букет роз и послал его Эдит. Девушка отве­тила ему благодар­ственным письмом и пригла­сила на чашку чая. Когда Антон пришел, Эдит и Илона обра­до­ва­лись и приняли его как доро­гого друга. Он стал бывать у них запросто и очень привя­зался к обеим, но Илона каза­лась ему насто­ящей женщиной, с которой ему хоте­лось танце­вать и цело­ваться, а Эдит в свои семна­дцать-восем­на­дцать лет выгля­дела ребенком, кото­рого хоте­лось прилас­кать и утешить. В Эдит чувство­ва­лось какое-то странное беспо­кой­ство, настро­ение её часто меня­лось. Когда Антон впервые увидел, как Эдит пере­дви­га­ется, вцепив­шись в костыли и с трудом волоча ноги, он пришел в ужас. Безгра­нично страдая от своей беспо­мощ­ности, она хотела отомстить здоровым, заставив их смот­реть на её муки. Ее отец приглашал самых знаме­нитых врачей в надежде, что те вылечат её, — ведь еще пять лет назад она была жизне­ра­достным, подвижным ребенком. Он просил Антона не обижаться на Эдит: она часто бывает резкой, но сердце у нее доброе. Антон чувствовал безгра­ничное состра­дание и даже испы­тывал стыд из-за своего здоровья.

Как-то раз, когда он мчался галопом на лошади, он вдруг подумал о том, что если Эдит видит его из окна усадьбы, то ей, быть может, больно глядеть на эту скачку. Он рванул поводья и отдал своим уланам команду перейти на рысь и, только когда усадьба скры­лась из виду, снова позволил им перейти на галоп. Антон испытал прилив горя­чего сочув­ствия к несчастной больной девушке, он даже попы­тался скра­сить её тоск­ливую жизнь: видя, как девушки раду­ются его приходу, он стал бывать у них почти каждый день: расска­зывал веселые истории, развлекал их как мог. Хозяин растро­ганно благо­дарил его за то, что он вернул Эдит хорошее настро­ение и она сдела­лась почти такой же веселой, как прежде. Антон узнал, что Илона помолв­лена с помощ­ником нота­риуса из Бечке­рета и ждет выздо­ров­ления Эдит Или улуч­шения её состо­яния, чтобы с ним обвен­чаться, — Антон дога­дался, что Кекеш­фальва обещал бедной родствен­нице приданое, если она согла­сится повре­ме­нить с заму­же­ством. Поэтому вспых­нувшее было влечение к Илоне быстро угасло, и привя­зан­ность его все больше сосре­до­то­чи­ва­лась на Эдит, обез­до­ленной и безза­щитной. Друзья начали подтру­ни­вать над Антоном, пере­ставшим посе­щать их вече­ринки в «Рыжем льве»: дескать, конечно, у Кекеш­фальвы угощение лучше. Увидев у Антона золотой порт­сигар — подарок Илоны и Эдит ко дню его рождения, — това­рищи заме­тили, что он неплохо научился выби­рать себе друзей. Своими насмеш­ками они лишили Антона уверен­ности в себе. Он чувствовал себя дающим, помо­га­ющим, а тут вдруг увидел, как выглядят его отно­шения с Кекеш­фаль­вами со стороны, и понял, многие вокруг могут счесть его пове­дение отнюдь не беско­рыстным. Он стал реже бывать у Кекеш­фальвов. Эдит обиде­лась и устроила ему сцену, правда, потом попро­сила прощения. Чтобы не огор­чать больную девушку, Антон снова зача­стил в их усадьбу. Кекеш­фальва попросил Антона расспро­сить доктора Кондора, который лечил Эдит, о том, каковы в действи­тель­ности её шансы на выздо­ров­ление: врачи часто щадят больных и их родню и не говорят им всей правды, а Эдит устала от неопре­де­лен­ности и теряет терпение. Кекеш­фальва наде­ялся, что чужому чело­веку, каким был Антон, доктор Кондор скажет все как есть. Антон пообещал и после ужина у Кекеш­фальвов вышел вместе с Кондором и завязал с ним беседу.

Кондор сказал ему, что в первую очередь его беспо­коит состо­яние здоровья не Эдит, а её отца: старик так пере­жи­вает за дочь, что потерял покой и сон, а при его слабом сердце это может плохо кончиться. Кондор рассказал Антону, считав­шему Кекеш­фальву венгер­ским аристо­кратом, что на самом деле Кекеш­фальва родился в бедной еврей­ской семье и насто­ящее его имя Леммель Каниц. В детстве он был маль­чиком на побе­гушках, но каждую свободную минуту отдавал учению и посте­пенно стал выпол­нять все более и более серьезные пору­чения. В двадцать пять лет он уже жил в Вене и являлся агентом солидной стра­ховой компании. Его осве­дом­лен­ность и круг его деятель­ности с каждым годом стано­ви­лись все шире. Из посред­ника он превра­тился в пред­при­ни­ма­теля и сколотил состо­яние. Однажды он ехал в поезде из Буда­пешта в Вену. Сделав вид, что спит, он подслушал разговор своих попут­чиков. Они обсуж­дали нашу­мевшее дело о наслед­стве княгини Орошвар: злая старуха, поссо­рив­шись с родней, оста­вила все свое состо­яние компа­ньонке, фрей­лейн Дитценгоф, скромной забитой женщине, терпе­ливо сносившей все её придирки и капризы. Родствен­ники княгини сумели одура­чить непрак­тичную наслед­ницу, и от милли­он­ного наслед­ства у нее оста­лось только имение Кекеш­фальва, которое она, скорее всего, тоже прово­ронит. Каниц решил не теряя времени отпра­виться в имение Кекеш­фальва и попы­таться дешево купить у фрей­лейн Дитценгоф коллекцию старин­ного китай­ского фарфора. Ему открыла женщина, которую он принял за прислугу, но оказа­лось, что это и была новая хозяйка усадьбы. Разго­во­рив­шись с ней, Каниц понял, что нежданно свалив­шееся богат­ство явля­ется для этой не изба­ло­ванной жизнью женщины не радо­стью, а, наоборот, бременем, ибо она не знает, что с ним делать. Она сказала, что хотела бы продать усадьбу Кекеш­фальва. Услышав это, Каниц сразу решил купить её. Он умело повел разговор и неверно перевел с венгер­ского письмо адво­ката, в резуль­тате чего фрей­лейн Дитценгоф согла­си­лась продать усадьбу за сто пять­десят тысяч крон, считая эту сумму огромной, меж тем как она была, по меньшей мере, вчет­веро меньше её насто­ящей цены. Чтобы не дать довер­чивой женщине опом­ниться, Каниц поспешил поехать с ней в Вену и поскорее офор­мить бумаги. Когда купчая была подпи­сана, фрей­лейн Дитценгоф хотела запла­тить Каницу за труды. Он отка­зался от денег, и она стала горячо благо­да­рить его. Каниц почув­ствовал угры­зения совести. Его никто никогда не благо­дарил, и ему стало стыдно перед женщиной, которую он обманул. Удачная сделка пере­стала радо­вать его. Он решил вернуть фрей­лейн поме­стье, если она в один прекрасный день пожа­леет, что продала его. Купив большую коробку конфет и букет цветов, он явился в отель, где она оста­но­ви­лась, чтобы сказать ей о своем решении. Фрей­лейн была растро­гана его внима­нием, и он, узнав, что она соби­ра­ется ехать в Вест­фалию к дальним родствен­никам, с кото­рыми её ничто не связы­вает, сделал ей пред­ло­жение. Через два месяца они поже­ни­лись. Каниц принял христи­ан­ство, а затем и сменил фамилию на более звучную — фон Кекеш­фальва. Супруги были очень счаст­ливы, у них роди­лась дочь — Эдит, но у жены Каница оказался рак и она умерла.

После того как никакие миллионы не помогли ему спасти жену, Каниц стал прези­рать деньги. Он баловал дочь и швырял деньги направо и налево. Когда пять лет назад Эдит забо­лела, Каниц счел это карой за его прежние грехи и делал все, чтобы выле­чить девочку. Антон спросил Кондора, изле­чима ли болезнь Эдит. Кондор честно сказал, что не знает: он пробует разные сред­ства, но пока не добился обна­де­жи­ва­ющих резуль­татов. Он прочитал как-то о методе профес­сора Вьенно и написал ему, чтобы выяс­нить, применим ли его метод к такой больной, как Эдит, но ответа пока не получил.

Когда после разго­вора с Кондором Антон подходил к казарме, он увидел Кекеш­фальву, который дожи­дался его под дождем, ибо ему не терпе­лось узнать, что сказал врач о состо­янии здоровья Эдит. У Антона не хватило духу разо­ча­ро­вать старика, и он сказал, что Кондор соби­ра­ется испро­бо­вать новый метод лечения и уверен в успехе. Кекеш­фальва рассказал обо всем Эдит, и девушка пове­рила в то, что скоро будет здорова. Узнав, что Антон от его имени обна­дежил больную, Кондор очень рассер­дился. Он получил ответ профес­сора Вьенно, из кото­рого стало ясно: новый метод не подходит для лечения Эдит. Антон стал убеж­дать его, что открыть сейчас Эдит всю правду — это значит убить её. Ему каза­лось, что вооду­шев­ление, припод­нятое настро­ение могут сыграть поло­жи­тельную роль, и девушке станет хоть немного лучше. Кондор преду­предил Антона, что тот берет на себя слишком большую ответ­ствен­ность, но это не испу­гало Антона. Перед сном Антон раскрыл том сказок «Тысяча и одна ночь» и прочел сказку о хромом старике, который не мог идти и попросил юношу, чтобы тот нес его на плечах. Но как только старик, на самом деле бывший джинном, взобрался на плечи юноши, он стал неми­ло­сердно пого­нять его, не давая пере­дох­нуть. Во сне старик из сказки приобрел черты Кекеш­фальвы, а сам Антон превра­тился в несчаст­ного юношу. Когда он назавтра пришел к Кекеш­фальвам, Эдит объявила ему, что через десять дней уезжает в Швей­царию на лечение. Она спра­ши­вала, когда Антон приедет туда наве­стить их, и когда юноша сказал, что у него нет денег, отве­тила, что её отец с радо­стью оплатит его поездку. Гордость не позво­ляла Антону принять такой подарок. Эдит начала выяс­нять, зачем он вообще бывает у них, говоря, что не в силах выно­сить всеобщую жалость и снис­хо­ди­тель­ность. И неожи­данно сказала, что лучше броситься с башни, чем терпеть такое отно­шение. Она так развол­но­ва­лась, что хотела ударить Антона, но не удер­жа­лась на ногах и упала. Антон не мог понять причины её гнева, но вскоре она попро­сила прощения и, когда Антон собрался уходить, вдруг прильнула к нему и страстно поце­ло­вала в губы, Антон был ошеломлен: ему и в голову не прихо­дило, что беспо­мощная девушка, по сути калека, может любить и желать быть любимой, как любая другая женщина. Позже Антон узнал от Илоны, что Эдит давно уже любит его, и Илона, чтобы не расстра­и­вать её, все время убеж­дала больную родствен­ницу, что та несо­мненно нравится Антону. Илона угова­ри­вала Антона не разо­ча­ро­вы­вать бедную девочку сейчас, на пороге выздо­ров­ления — ведь лечение потре­бует от нее много сил. Антон почув­ствовал себя в ловушке.

Он получил любовное письмо от Эдит, следом за ним другое, где она просила его уничто­жить первое. От волнения во время учений Антон отдал непра­вильную команду и навлек на себя гнев полков­ника. Антон хотел уволиться, уехать из Австрии, даже попросил знако­мого помочь ему, и вскоре ему пред­ло­жили место помощ­ника казначея на торговом судне. Антон написал прошение об отставке, но тут вспомнил о письмах Эдит и решил посо­ве­то­ваться с Кондором, как быть. Он поехал к врачу домой и с изум­ле­нием обна­ружил, что Кондор женат на слепой женщине, что он живет в бедном квар­тале и с утра до ночи лечит бедняков. Когда Антон рассказал все Кондору, тот объяснил ему, что, если он, вскружив девушке голову своим прекрас­но­душным состра­да­нием, теперь удерет, это убьет её. Антон отсту­пился от своего решения подать в отставку. Он начал испы­ты­вать благо­дар­ность к Эдит за её любовь. Бывая по-преж­нему у Кекеш­фальвов, он все время ощущал в пове­дении Эдит зата­енное, жадное ожидание. Антон считал дни до её отъезда в Швей­царию: ведь это должно было принести ему желанную свободу. Но Илона сооб­щила ему, что отъезд откла­ды­ва­ется. Видя, что Антон не испы­ты­вает к ней ничего, кроме состра­дания, Эдит разду­мала лечиться: ведь она хотела быть здоровой только ради него. Кекеш­фальва на коленях умолял Антона не отвер­гать любовь Эдит. Антон пытался объяс­нить ему, что все непре­менно решат, будто он женился на Эдит ради денег, и станут прези­рать его, да и сама Эдит не поверит в искрен­ность его чувств и станет думать, что он женился на ней из жалости. Он сказал, что потом, когда Эдит выздо­ро­веет, все будет по-другому. Кекеш­фальва ухва­тился за его слова и попросил разре­шения пере­дать их Эдит. Антон, твердо зная, что болезнь её неиз­ле­чима, решил ни в коем случае не идти дальше этого, ни к чему не обязы­ва­ю­щего обещания. Перед отъездом Эдит Антон пришел к Кекеш­фальвам и, когда все подняли бокалы за её здоровье, в приливе нежности обнял старика отца и поце­ловал девушку. Так состо­я­лась помолвка. Эдит надела на палец Антону кольцо — чтобы он думал о ней, пока её не будет. Антон видел, что он подарил людям счастье, и радо­вался вместе с ними. Когда он собрался уходить, Эдит попы­та­лась сама, без костылей прово­дить его. Она сделала несколько шагов, но поте­ряла равно­весие и упала. Вместо того чтобы броситься к ней на помощь, Антон в ужасе отшат­нулся. Он понимал, что именно сейчас должен дока­зать ей свою верность, но у него уже не было сил на обман и он мало­душно бежал.

С горя он зашел в кафе, где встретил друзей. Апте­карь уже успел расска­зать им со слов одного из слуг Кекеш­фальвы, что Антон обру­чился с Эдит. Антон, не зная, как объяс­нить им то, что он еще и сам как следует не понял, сказал, что это неправда. Осознав глубину своего преда­тель­ства, он хотел застре­литься, но решил прежде расска­зать обо всем полков­нику. Полковник сказал, что глупо из-за такой ерунды пускать себе пулю в лоб, вдобавок это бросает тень на весь полк. Он обещал пого­во­рить со всеми, кто слышал слова Антона, а самого Антона на следу­ющее же утро отправил с письмом в Часла­вице к тамош­нему подпол­ков­нику. Наутро Антон уехал.

Путь его лежал через Вену. Он хотел увидеться с Кондором, но не застал того дома. Он оставил Кондору подробное письмо и попросил немед­ленно поехать к Эдит и расска­зать ей, как он мало­душно отрекся от помолвки. Если Эдит, несмотря ни на что, простит его, помолвка будет для него священна и он навсегда оста­нется с ней неза­ви­симо от того, выздо­ро­веет она или нет. Антон чувствовал, что отныне вся его жизнь принад­лежит любящей его девушке. Боясь, что Кондор не сразу получит его письмо и не успеет прие­хать в усадьбу к поло­вине пятого, когда Антон туда обычно приходил, он послал с дороги теле­грамму Эдит, но её не доста­вили в Кекеш­фальву: из-за убий­ства эрц-герцога Франца-Ферди­нанда почтовое сооб­щение было прервано. Антону удалось дозво­ниться Кондору в Вену, и тот рассказал ему, что Эдит все же узнала о его преда­тель­стве. Улучив момент, она броси­лась с башни и разби­лась насмерть.

Антон попал на фронт и просла­вился своей храб­ро­стью. В действи­тель­ности дело заклю­ча­лось в том, что он не дорожил жизнью. После войны он набрался муже­ства, предал прошлое забвению и стал жить, как все люди. Так как никто не напо­минал ему о его вине, он и сам начал поне­многу забы­вать об этой траги­че­ской истории. Лишь однажды прошлое напом­нило о себе. В венской Опере он заметил на соседних местах доктора Кондора и его слепую жену. Ему стало стыдно. Он испу­гался, что Кондор узнает его и, как только после первого акта начал опус­каться занавес, поспешно покинул зал. С той минуты он окон­ча­тельно убедился, что «никакая вина не может быть предана забвению, пока о ней помнит совесть».

Источник:Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1997. — 896 с.





время формирования страницы 3.786 ms