Крысолов

Краткое содержание рассказа
Читается за 6 минут(ы)

«Крысолов» — первая поэма Цвета­евой, напи­санная в эмиграции, в Праге. Это проро­че­ство о судьбах русской рево­люции, роман­ти­че­ский период которой закон­чился и начался мерт­венный, бюро­кра­ти­че­ский, дикта­тор­ский. Это приговор любой утопии о возмож­ности народ­ного торже­ства, народной власти. Это же издевка над разго­во­рами о рево­лю­ци­он­ности масс, в основе бунта которых всегда лежат самые низменные мотивы — соци­альная зависть и жажда обога­щения.

Поэма Цвета­евой чрез­вы­чайно много­пла­нова. «Крысолов» потому и стал одним из вечных, бродячих сюжетов мировой лите­ра­туры, что трак­товка каждого персо­нажа может меняться на прямо проти­во­по­ложную. Крысолов — и спаси­тель, и убийца, жестоко мстящий городу за обман. Горо­жане — и жертвы, и подлые обман­щики, и снова жертвы. Музыка не только губит крыс, но и дарит им в гибели последнюю возмож­ность обрести досто­ин­ство, возвы­шает их, смани­вает чем-то прекрасным и уж во всяком случае несъе­добным.

Легенда о крысо­лове впервые появи­лась в лите­ра­турной обра­ботке в «Хронике времен Карла IX» Мериме. До этого она суще­ство­вала в нескольких фольк­лорных вари­антах. Фабула её проста: в немецком городе Гаммельне наше­ствие крыс грозит истре­бить все запасы еды, а потом и самих горожан. В Гаммельн приходит зага­дочный крысолов, который обещает увести всех крыс за огромное возна­граж­дение. Ему обещают эти деньги, и он игрой на дудке смани­вает крыс в реку Везер, где крысы и тонут благо­по­лучно. Но город отка­зы­ва­ется выпла­тить ему обещанные деньги, и крысолов в отместку той же игрой на флейте заво­ра­жи­вает всех до одного гаммельн­ских детей — уводит их из города в гору, которая перед ним рассту­па­ется. В отдельных вари­антах легенды люди, выхо­дящие из горы, встре­ча­ются много после в окрест­но­стях Гаммельна, они провели в горе десять лет и обла­дают тайными знаниями, но это уже вари­анты нека­но­ни­че­ские и к легенде прямого отно­шения не имеющие.

Цветаева сохра­няет эту фабулу, но придает персо­нажам особое значение, так что конфликт выглядит совсем не так, как в фольк­лорной перво­ос­нове. Крысолов у Цвета­евой — символ музыки вообще, музыки торже­ству­ющей и ни от чего не зави­сящей. Музыка амби­ва­лентна. Она прекрасна, неза­ви­симо от того, каковы убеж­дения худож­ника и какова его личность. Потому, мстя горо­жанам, крысолов обижа­ется не на то, что ему недо­пла­тили, не от жадности уводит детей, а потому, что в его лице оскорб­лена музыка как таковая.

Музыка равно убеди­тельна для крыс, бюргеров, детей — для всех, кто не желает её пони­мать, но волей-неволей вынужден подчи­няться её небесной гармонии. Художник с легко­стью уводит за собой кого угодно, каждому посулив то, что ему жела­тельно. А крысам жела­тельна роман­тика.

Побе­дивший проле­та­риат у Цвета­евой довольно откро­венно, с массой точных деталей изоб­ражен в виде отряда крыс, который захватил город и теперь не знает, что делать. Крысам скучно. «Господа, секрет: отвра­ти­телен красный цвет». Им надо­едает собственная рево­лю­ци­он­ность, они зажи­рели и обрюзгли. «У меня заплы­вает глаз», «У меня оплы­вает слог», «У меня отви­сает зад...» Они вспо­ми­нают себя отваж­ными, зуба­стыми и муску­ли­стыми, нена­сытно-голод­ными борцами — и носталь­ги­руют о том, что «в той стране, где шаги широки, назы­ва­лись мы...». Слово «боль­ше­вики» встает в строку само собой, ибо «большак», большая дорога, символ стран­ствий, — ключевое слово в главе.

Их-то и смани­вает флейта: Индией, новым обеща­нием борьбы и заво­е­ваний, стран­ствием туда, где они стряхнут жир и вспомнят моло­дость (проро­чица Цветаева не могла знать, что в головах неко­торых кава­ле­рий­ских вождей вызревал план осво­бож­дения Индии, чтобы не пропадал попусту боевой пыл крас­но­ар­мейцев после победы в граж­дан­ской войне). За этой роман­ти­че­ской нотой, за обеща­нием стран­ствий, борьбы и второй моло­дости крысы уходят в реку.

Но детей крысолов смани­вает совсем другим, ибо он знает, чьи это дети. Это дети сонного, благо­нрав­ного, обыва­тель­ского, сплет­ни­ча­ю­щего, жадного, убий­ствен­ного Гаммельна, в котором нена­видят все непо­хожее, все живое, все новое. Таким видится Цвета­евой мир совре­менной Европы, но и — шире — любое чело­ве­че­ское сооб­ще­ство, благо­по­лучное, долго не знавшее обнов­ления и потря­сения. Этот мир не в силах проти­во­стоять наше­ствию крыс и обречен... если только не вмеша­ется музыка.

Дети этого мира могут пойти только за сугубо мате­ри­аль­ными, простыми, убогими посу­лами. И крысолов у Цвета­евой сулит им «для девочек — перлы, для маль­чиков — ловля их, с грецкий орех... И — тайна — для всех». Но и тайна эта простая, детская, глупая: дешевая сказка с сусальным концом, с благо­ден­ствием в финале. Мечты благо­вос­пи­танных маль­чиков и девочек: не ходить в школу, не слушаться будиль­ника! Всем — солда­тики, всем — сласти! Почему дети идут за флейтой? «Потому что ВСЕ идут». И эта детская стад­ность, тоже по-своему крысиная, демон­стри­рует всю внут­реннюю фальшь «детского» или «моло­деж­ного бунта».

А музыка — жестокая, торже­ству­ющая и всесильная — уходит себе дальше, губя и спасая.

Источник:Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1997. — 896 с.





время формирования страницы 3.492 ms