Царь Борис

Краткое содержание рассказа
Читается за 10 минут(ы)

В день Бори­сова венчания на престол бояре исчис­ляют плоды его прав­ления: и пресе­ченный мор, и завер­шенные войны, и урожаи. Они дивятся, как долго пришлось угова­ри­вать Году­нова принять власть, и лишь угроза отлу­чения от церкви его к тому прину­дила. Борис возвра­ща­ется из собора, соби­раясь прини­мать послов. Воейков сооб­щает о победе над сибир­ским ханом. Англий­ский посол пред­ла­гает невесту царе­вичу Федору; папский нунций — согла­шение о соеди­нении церквей; австрий­ский, литов­ский, швед­ский, флорен­тий­ский послы почти­тельно просят кто о помощи день­гами или войсками, кто о признании своих владений. Персид­ский и турецкий послы обви­няют друг друга в пося­га­тель­ствах на Иверию, посол ивер­ского царя просит защиты. Всем царь дает подо­ба­ющий ответ, испол­ненный досто­ин­ства и силы, и велит впустить всех жела­ющих в царские палаты («Между народом русским и царем преграды нет!»). Остав­шись один, Борис торже­ствует и, поминая смерть царе­вича, решает: то неиз­бежная цена за величье госу­дар­ства. Вскоре после, дожи­даясь в мона­стыр­ской келье постриг­шейся Ирины, Борис выслу­ши­вает доне­сения Семена Году­нова на Рома­новых, недо­вольных отменой Юрьева дня; на Василия Шуйского, лука­вого и нена­деж­ного слугу, но, уверенный в своей силе, никого не хочет нака­зы­вать. Появ­ля­ется Ирина, и Борис, напо­миная ей свои коле­бания на пути к власти, просит оправ­дать его и признать, что благо­ден­ствие России стоит той неправды, через которую он стал царем. Ирина, одобряя его царство, требует, чтоб он не забывал о своей вине и не прощал себя сам. Остав­шись каждый при своем, они расста­ются.

Во дворце дети Бориса, Федор и Ксения, слушают рассказы Христиана, датского герцога, жениха Ксении, — о суровом детстве, о возвра­щении ко двору, о сраже­ниях во Фландрии с испан­скими войсками, но, когда Федор сетует на свою празд­ность, Христиан заме­чает, что его поло­жение, позво­ля­ющее обучаться прав­лению при мудром госу­даре, — много достойнее. Христиан расска­зы­вает, как полюбил Ксению по рассказам послов, купцов и пленных, прослав­лявших наряду с вели­чием России красоту, ум и кротость царевны. Заго­ва­ри­вают о Борисе, и все сходятся в любви к царю, забы­ва­ю­щему себя ради славы и благо­по­лучия госу­дар­ства. Все трое клянутся помо­гать друг другу. Христиан просит вошед­шего Бориса в случае войны позво­лить вести русские войска, но царь отго­ва­ри­ва­ется насту­пившим на долгие годы миром. Дети уходят, а пришедший Семен Годунов объяв­ляет слух о дивно спас­шемся царе­виче Димитрии. В своих покоях царица Мария Григо­рьевна расспра­ши­вает дьяка Власьева о Христиане и, как ни юлит Власьев, дозна­ется, что были толки, будто не король его отец, и старший брат, ныне царству­ющий, его недо­люб­ли­вает. Не добив­шись от дьяка обещания свиде­тель­ство­вать о том Борису, она зовет Демен­тьевну и с возрас­та­ющим раздра­же­нием узнает, что Ксения сидела вместе с братом и женихом, а царь привет­ствует новые обычаи. Пришедшей Воло­ховой царица жалу­ется, что Борис посватал Ксению за немчина, её не спро­сясь, и немчин, видно, приво­ротил царевну. Воло­хова берется пога­дать, в чем сила Христиана, и сокру­шить её («Есть корешок такой»). В лесу, в разбой­ни­чьем стане, атаман Хлопко прини­мает новые попол­нения крестьян, клянущих Бориса и отмену Юрьева дня. Появ­ля­ется посад­ский, который без всякого страха требует осво­бо­дить своих спут­ников, схва­ченных на москов­ской дороге разбой­ни­чьим дозорным, и сооб­щает верную новость о появ­лении царе­вича Димитрия. Посад­ский подби­вает Хлопка идти к Брянску и там, пристав к войскам царе­вича, полу­чить прощение и воевать Году­нова. Появ­ля­ется Митька, волоча двух беглых монахов, Михаила Пова­дина и Гришку Отре­пьева, которые просятся в хлоп­ков­ское воин­ство. Когда посад­ский, поза­бавив разбой­ников борьбою с Митькой и велев выка­тить бочки вина, вдруг пропа­дает, выяс­ня­ется, что шедшие с ним монахи не знают, кто он таков.

Борис вынужден признаться в том, что появ­ление нового врага толк­нуло его на кровавый путь. Семен Годунов, отря­женный выяс­нить, кто скры­ва­ется за именем Димитрия, говорит, что и ценою пыток не узнал ничего. Приис­ки­вают имя Гришки Отре­пьева, беглого чудов­ского монаха, чтоб как-то пере­име­но­вать врага. Борис распо­ря­жа­ется умно­жить шпионов и найти улику на Рома­новых и, кроме того, в силу продол­жа­ю­ще­гося голода раздать казну народу, повелев не слушать басен про царе­вича. Царевич Федор просит отпра­вить его к войскам, царевна Ксения опла­ки­вает пере­мену в Борисе и его проявив­шуюся жесто­кость; Христиан спра­ши­вает, уверен ли Борис в смерти царе­вича, и пере­ска­зы­вает слухи. Дети уходят, появ­ля­ется царица, полная язви­тель­ности и раздра­жения на Христиана, толку­ю­щего с детьми о «царенке». Царь оста­ется глух к её требо­ванию отослать Христиана. Семен Годунов сооб­щает о быстром продви­жении измен­ников, о пере­ходе к ним войск и об упорном сопро­тив­лении Басма­нова. Василий Шуйский пред­ла­гает Борису отпра­виться самому к войскам или уже послать за вдов­ству­ющей царицей, чтоб свиде­тель­ство­вала о смерти сына. Наказав Шуйскому рвать языки тем, кто распус­кает слухи, Борис посы­лает за матерью Димитрия. В доме Федора Ники­тича Рома­нова бояре Рома­новы, Сицкий, Репнин и Черкас­ский пьют за царе­вича. Приходит Шуйский, сооб­щает о приказе Бориса, его расспра­ши­вают о произ­ве­денном им розыске в Угличе, он отве­чает туманно. Семен Годунов со стрель­цами, обвинив собрав­шихся в желании отравой извести госу­даря, берет всех под стражу, нарядив Василия Шуйского вести допрос. Борис, наедине размыш­лявший над свер­шив­шимся пред­ска­за­ньем («Убит, но жив»), пришед­шему Шуйскому велит объявить с Лобного места, что тот сам в Угличе видел труп царе­вича. На Христиана меж тем насе­дают совет­ники, толку­ющие, что он должен отка­заться от брака с Ксенией, что Борис выдал себя страхом, что Ксения дочь злодея и слуги. Христиан, чувствуя подсту­па­ющую дурноту, веря в винов­ность Бориса, не знает, на что решиться. Приходит Ксения, и он, путаясь в словах и мыслях, говорит о неиз­бежной разлуке, а потом зовет её убежать с ним от отца-убийцы. Неза­метно вошедший Федор всту­па­ется за отца, они соби­ра­ются биться, Ксения, плача, напо­ми­нает о данной друг другу клятве. Христиан бредит, и, сочтя его больным, Ксения с Федором уводят его.

На Красной площади сыщики слушают разго­воры в народе, идущем с пани­хиды по царе­вичу Димитрию (там же провоз­гла­ша­лась анафема Гришке). Прово­цируя, толкуя речи в пригодном им ключе, сыщики хватают едва ли не всех подряд. Василий Шуйский с Лобного места ведет двусмыс­ленную речь о насту­па­ющем непри­я­теле и говорит о розыске в Угличе так, что оста­ется неясно, кто же был убиенный младенец. Об эту пору приве­зенная из мона­стыря мать царе­вича, ныне инокиня Марфа, ожидая Бориса и желая ему отомстить, решает признать само­званца сыном; она говорит, что мерт­вого сына не видала, лишив­шись чувств, а на пани­хиде слезы засти­лали ей глаза. Теперь же, услышав о приметах явив­ше­гося царе­вича, признает, что он чудесно спасся и жив. Царица Мария Григо­рьевна, желая уличить обман, вводит Воло­хову. Горе, охва­тившее Марфу при виде погу­би­тель­ницы сына, выдает её, но признать смерть Димитрия всена­родно она отка­зы­ва­ется. Вскоре Борису врач сооб­щает об ухуд­шении здоровья Христиана и о своем бессилии. Семен Годунов приносит грамоту от «Димитрия Иоан­но­вича», в коей Бориса более всего угне­тает обещанная милость в случае добро­воль­ного отказа от престола, а стало быть, уверен­ность «вора» во всеобщей поддержке. Борис требует привести постри­жен­ного Клеш­нина, дабы увериться в гибели царе­вича. Его зовут к Христиану, и вскоре он сооб­щает Ксении и Федору о его смерти.

Двое часовых, несущих ночной караул в престольной палате, в страхе прячутся при появ­лении бессон­ного Бориса. Тому мере­щится чей-то образ на престоле, и, обна­ружив часовых, он посы­лает их прове­рить, кто там сидит. Семен Годунов приводит Клеш­нина, который подтвер­ждает смерть Димитрия, напо­ми­нает, что срок Бори­сова прав­ления, пред­ска­занный волх­вами, подходит к концу, зовет его пока­яться и удалиться в мона­стырь. Утром, получив от прибыв­шего Басма­нова сведения о частичной победе над «вором», Борис говорит Федору о необ­хо­ди­мости венчаться на престол и о присяге, к коей будут приве­дены бояре. Федор отка­зы­ва­ется от престола, ибо не уверен, что «вор» не Димитрий. Борис много­зна­чи­тельно пред­ла­гает предъ­явить Федору бесспорные улики смерти царе­вича, и тот, постигнув отцов­ское преступ­ление, в ужасе отка­зы­ва­ется от дока­за­тельств и заяв­ляет, что примет венец. В столовой палате, дожи­даясь Басма­нова и царя, бояре клянут обоих и обме­ни­ва­ются вестями о «царе­виче». Входит Басманов, сетуя на неуместное свое отлу­чение из войск. Появ­ля­ется Борис с детьми. Борис награж­дает Басма­нова. Бояре, отметив грусть Ксении, жалеют её и размыш­ляют, что с ней делать, «когда на царство тот пожа­лует». Борис требует клятвы верности Федору и утвер­ждения сей клятвы в соборе, теряет силы и падает. При общем смятении он заяв­ляет, что причиной его смерти не отрава, а скорбь, заве­щает боярам блюсти клятву, напо­ми­нает, что «от зла лишь зло родится», и, объявив Федора царем, отходит

Источник:Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1997. — 896 с.





время формирования страницы 2.942 ms