Трахинянки

Краткое содержание рассказа
Читается за 9 минут(ы)

«Трахи­нянки» — значит «девушки из города Трахина». Трахин («скали­стый») — это маленький городок в глухой горной окраине Греции, под горой Этой, неда­леко от слав­ного ущелья Фермопил. Знаменит он только тем, что в нем прожил свои последние годы вели­чайший из грече­ских героев — Геракл, сын Зевса. На горе Эте он принял добро­вольную смерть на костре, вознесся к небесам и стал богом. Невольной винов­ницей этой его муче­ни­че­ской кончины была его жена Деянира, верная и любящая. Она — героиня этой трагедии, а хор трахин­ских девушек — это ее собе­сед­ницы.

Почти все грече­ские герои были царями в разных городах и городках, — кроме Геракла. Свою будущую боже­ствен­ность он отра­ба­тывал подне­вольным трудом на службе у ничтож­ного царя из Южной Греции. Для него он совершил двена­дцать подвигов, один другого тяжелее. Последним был спуск в Аид, подземное царство, за страшным трех­главым псом, сторо­жившим царство мертвых. Там, в Аиде, он встретил тень бога­тыря Меле­агра, тоже борца с чудо­ви­щами, самого могу­чего из старших героев. Мелеагр сказал ему: «Там, на земле, у меня оста­лась сестра по имени Деянира; возьми ее в жены, она достойна тебя».

Когда Геракл кончил свою подне­вольную службу, он пошел на край Греции свататься к Деянире. Он пришел вовремя: там текла река Ахелой, самая большая в Греции, и бог ее требовал Деяниру себе в жены. Геракл схва­тился с богом в борьбе, придавил его, как гора; тот обер­нулся змеем, Геракл стиснул ему горло; тот обер­нулся быком, Геракл сломил ему рог. Ахелой поко­рился, спасенная Деянира доста­лась Гераклу, и он повез ее с собою в обратный путь.

Путь лежал еще через одну реку, а пере­воз­чиком на той реке был дикий кентавр Несс, полу­че­ловек-полу­конь. Деянира ему понра­ви­лась, и он захотел похи­тить ее. Но у Геракла был лук и были стрелы, отрав­ленные черной кровью много­главой змеи Гидры, которую он когда-то победил и изрубил. Стрела Геракла настигла кентавра, и тот понял, что пришла его смерть. Тогда, чтобы отомстить Гераклу, он сказал Деянире: «Я любил тебя, и хочу тебе сделать добро. Возьми крови из моей раны и храни ее от света и людей. Если муж твой полюбит другую, то намажь его одежду этой кровью, и любовь его вернется к тебе». Деянира так и сделала, не зная, что Нессова кровь отрав­лена стрелою Геракла.

Прошло время, и ей пришлось вспом­нить об этой крови. Геракл гостил у знако­мого царя в городе Эхалии (в двух днях пути от Трахина), и ему полю­би­лась царская дочь Иола. Он потре­бовал у царя ее себе в налож­ницы. Царь отказал, а царский сын насмеш­ливо добавил: «Не к лицу ей быть за тем, кто двена­дцать лет служил, как подне­вольный раб». Геракл рассер­дился и столкнул царского сына со стены — един­ственный раз в жизни убил врага не силой, а обманом. Боги нака­зали его за это — еще раз отдали в рабство на год к распутной замор­ской царице Омфале. Деянира ничего об этом не знала. Она жила в Трахине одна с юным сыном Гиллом и терпе­ливо ждала возвра­щения мужа.

Здесь и начи­на­ется драма Софокла.

На сцене Деянира, она полна тревоги. Уходя, Геракл велел ей ждать его год и два месяца. Ему было проро­че­ство: если погиб­нуть — то от мерт­вого; а если не погиб­нуть — то вернуться и обрести наконец отдых после трудов. Но вот прошли и год и два месяца, а его все нет. Неужели сбылось проро­че­ство, и он погиб от какого-то мерт­вого, и уже не вернется дожи­вать свои дни на покое рядом с ней? Хор трахи­нянок обод­ряет ее: нет, хоть во всякой жизни есть и радости и беды, но отец Зевс не оставит Геракла! Тогда Деянира зовет своего сына Гилла и просит его пойти на поиски отца. Он готов: до него уже дошел слух, что Геракл провел год в рабстве у Омфалы, а потом пошел походом на Эхалию — мстить царю-обид­чику. И Гилл отправ­ля­ется искать его под Эхалию.

Едва Гилл уходит, как и в самом деле слух подтвер­жда­ется: от Геракла приходят вест­ники — сказать о победе и о близком его возвра­щении. Их двое, и они не безликие, как обычно в траге­диях: у каждого свой характер. Старший из них ведет с собою группу безмолвных пленниц: да, Геракл отслужил свой год у Омфалы, а потом пошел на Эхалию, взял город, захватил пленниц и шлет их рабы­нями Деянире, а сам должен принести благодар­ственные жертвы богам и тотчас будет вслед. Деянире жаль пленниц: только что они были знат­ными и бога­тыми, а теперь — рабыни. Деянира заго­ва­ри­вает с одной из них, самой красивой, но та молчит. Деянира отсы­лает их в дом — и тут к ней подходит второй вестник. «Старший сказал тебе не всю правду. Не из мести Геракл брал Эхалию, а из любви к царевне Иоле: это с ней ты сейчас заго­ва­ри­вала, а она молчала». Нехотя старший вестник признает: это так. «Да, — говорит Деянира, — любовь есть бог, человек пред ней бессилен. Подожди немного: я дам тебе подарок для Геракла».

Хор поет песню во славу всевластной любви. А потом Деянира расска­зы­вает трахи­нянкам о своем подарке для Геракла: это плащ, который она натерла той самой кровью Несса, чтобы вернуть себе Герак­лову любовь, потому что ей обидно делить Геракла с сопер­ницей. «Надежно ли это?» — спра­ши­вает хор. «Я уверена, но не пробо­вала». — «Уверен­ности мало, нужен опыт». — «Сейчас будет». И она пере­дает вест­нику закрытый ларец с плащом: пусть Геракл наденет его, когда будет прино­сить благодар­ственные жертвы богам.

Хор поет радостную песню во славу возвра­ща­ю­ще­гося Геракла. Но Деянира в страхе. Она нати­рала плащ клоком овечьей шерсти, а потом бросила этот кровавый клок наземь, — и вдруг, говорит она, он вскипел на солнце темной пеной и растекся по земле красно-бурым пятном. Не грозит ли беда? не обманул ли ее кентавр? не отрава ли это вместо приво­рота? И впрямь, не успе­вает хор ее успо­коить, как стре­ми­тельным шагом входит Гилл: «Ты убила Геракла, ты убила моего отца!» И он расска­зы­вает: Геракл надел плащ, Геракл зарезал жерт­венных быков, Геракл разжег костер для всесо­жжения, — но когда костер дохнул жаром на плащ, тот словно прилип к его телу, вгрызся болью до костей, словно огонь или змеиный яд, и Геракл упал в корчах, с криками проклиная и плащ, и ту, которая его прислала. Сейчас его несут на носилках в Трахин, но донесут ли живым? Деянира молча слушает этот рассказ, пово­ра­чи­ва­ется и скры­ва­ется в дом. Хор в ужасе поет о наставшей беде. Выбе­гает вест­ница — старая корми­лица Деяниры: Деянира убила себя. В слезах обошла она дом, прости­лась с алта­рями богов, поце­ло­вала двери и пороги, села на брачное ложе и вонзила меч в левую грудь. Гилл в отча­янии — не успел ей поме­шать. Хор в двойном ужасе: смерть Деяниры в доме, смерть Геракла у ворот, что страшней?

Прибли­жа­ется конец. Вносят Геракла, он мечется на носилках с неисто­выми криками: побе­ди­тель чудовищ, самый могучий из смертных, он поги­бает от женщины и взывает к сыну: «Отомсти!» В проме­жутках между стонами Гилл объяс­няет ему: Деяниры уже нет, вина ее — невольная, это ее обманул когда-то злой кентавр. Теперь Гераклу ясно: проро­че­ства сбылись, это он поги­бает от мерт­вого, а отдых, который его ждет, — это смерть. Он прика­зы­вает сыну: «Вот два последние мои завета: первый — отнеси меня на гору Эту и положи на погре­бальный костер; второй — ту Иолу, которую я не успел взять за себя, возьми ты, чтобы она стала матерью моих потомков». Гилл в ужасе: заживо сжечь отца, жениться на той, которая — причина смерти и Геракла и Деяниры? Но проти­виться Гераклу он не может. Геракла уносят; никто еще не знает, что с этого костра он возне­сется к небесам и станет богом. Гилл прово­жает его словами:

«Никому недо­ступно грядущее зреть, / Но увы, насто­ящее горестно нам / И постыдно богам, / А всего тяжелее оно для того, / Кто пал роковою жертвой».

И хор вторит: «Разой­демся теперь и мы по домам: / Увидели мы ужасную смерть, / И много мук, небы­валых мук, — / Но на все была Зевсова воля».

Источник:Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1997. — 896 с.


время формирования страницы 3.256 ms