Живые и мертвые

Краткое содержание рассказа
Читается за 31 минут(ы)

Двадцать пятого июня 1941 г. Маша Арте­мьева прово­жает своего мужа Ивана Синцова на войну. Синцов едет в Гродно, где оста­лась их годо­валая дочь и где сам он в течение полу­тора лет служил секре­тарем редакции армей­ской газеты. Нахо­дя­щийся неда­леко от границы, Гродно с первых же дней попа­дает в сводки, и добраться до города не пред­став­ля­ется возможным. По дороге в Могилев, где нахо­дится Полит­управ­ление фронта, Синцов видит множе­ство смертей, несколько раз попа­дает под бомбежку и даже ведет прото­колы допросов, учиня­емых временно созданной «тройкой». Добрав­шись до Могилева, он едет в типо­графию, а на следу­ющий день вместе с младшим полит­руком Люсиным отправ­ля­ется распро­стра­нять фрон­товую газету. У въезда на Бобруй­ское шоссе журна­листы стано­вятся свиде­те­лями воздуш­ного боя тройки «ястребков» со значи­тельно превос­хо­дя­щими силами немцев и в даль­нейшем пыта­ются оказать помощь нашим летчикам со сбитого бомбар­ди­ров­щика. В резуль­тате Люсин вынужден остаться в танковой бригаде, а полу­чивший ранение Синцов на две недели попа­дает в госпи­таль. Когда он выпи­сы­ва­ется, выяс­ня­ется, что редакция уже успела поки­нуть Могилев. Синцов решает, что сможет вернуться в свою газету, только имея на руках хороший мате­риал. Случайно он узнает о трид­цати девяти немецких танках, подбитых в ходе боя в распо­ло­жении полка Федора Федо­ро­вича Серпи­лина, и едет в 176-ю дивизию, где неожи­данно встре­чает своего старого прия­теля, фото­ре­пор­тера Мишку Вайн­штейна. Позна­ко­мив­шись с комбригом Серпи­линым, Синцов решает остаться у него в полку. Серпилин пыта­ется отго­во­рить Синцова, поскольку знает, что обречен на бои в окру­жении, если в ближайшие часы не придет приказ отсту­пать. Тем не менее Синцов оста­ется, а Мишка уезжает в Москву и по дороге поги­бает.

…Война сводит Синцова с чело­веком траги­че­ской судьбы. Серпилин закончил граж­дан­скую войну, командуя полком под Пере­копом, и до своего ареста в 1937 г. читал лекции в Академии им. Фрунзе. Он был обвинен в пропа­ганде превос­ход­ства фашист­ской армии и на четыре года сослан в лагерь на Колыму.

Однако это не поко­ле­бало веры Серпи­лина в совет­скую власть. Все, что с ним произошло, комбриг считает нелепой ошибкой, а годы, прове­денные на Колыме, бездарно поте­рян­ными. Осво­бож­денный благо­даря хлопотам жены и друзей, он возвра­ща­ется в Москву в первый день войны и уходит на фронт, не дожи­даясь ни пере­ат­те­стации, ни восста­нов­ления в партии.

176-я дивизия прикры­вает Могилев и мост через Днепр, поэтому немцы бросают против нее значи­тельные силы. Перед началом боя в полк к Серпи­лину приез­жает комдив Зайчиков и вскоре полу­чает тяжелое ранение. Бой продол­жа­ется три дня; немцам удается отре­зать друг от друга три полка дивизии, и они прини­ма­ются уничто­жать их пооди­ночке. Ввиду потерь в командном составе Серпилин назна­чает Синцова полит­руком в роту лейте­нанта Хоры­шева. Прорвав­шись к Днепру, немцы завер­шают окру­жение; разгромив два других полка, они бросают против Серпи­лина авиацию. Неся огромные потери, комбриг решает начать прорыв. Умира­ющий Зайчиков пере­дает Серпи­лину коман­до­вание диви­зией, впрочем, в распо­ря­жении нового комдива оказы­ва­ется не более шестисот человек, из которых он форми­рует бата­льон и, назначив Синцова своим адъютантом, начи­нает выхо­дить из окру­жения. После ночного боя в живых оста­ется сто пять­десят человек, однако Серпилин полу­чает подкреп­ление: к нему присо­еди­ня­ется группа солдат, вынесших знамя дивизии, вышедшие из-под Бреста артил­ле­ристы с орудием и маленькая докторша Таня Овсян­ни­кова, а также боец Золо­тарев и идущий без доку­ментов полковник Баранов, кото­рого Серпилин, невзирая на былое знаком­ство, прика­зы­вает разжа­ло­вать в солдаты. В первый же день выхода из окру­жения умирает Зайчиков.

Вечером 1 октября руко­во­димая Серпи­линым группа с боями проры­ва­ется в распо­ло­жение танковой бригады подпол­ков­ника Климо­вича, в котором Синцов, вернув­шись из госпи­таля, куда отвозил ране­ного Серпи­лина, узнает своего школь­ного прия­теля. Вышедшие из окру­жения полу­чают приказ сдать трофейное оружие, после чего их отправ­ляют в тыл. На выезде на Юхнов­ское шоссе часть колонны стал­ки­ва­ется с немец­кими танками и броне­транс­пор­те­рами, начи­на­ю­щими расстре­ли­вать безоружных людей. Через час после ката­строфы Синцов встре­чает в лесу Золо­та­рева, а вскоре к ним присо­еди­ня­ется маленькая докторша. У нее темпе­ра­тура и вывих ноги; мужчины по очереди несут Таню. Вскоре они остав­ляют её на попе­чение поря­дочных людей, а сами идут дальше и попа­дают под обстрел. У Золо­та­рева не хватает сил тащить ранен­ного в голову, поте­ряв­шего сознание Синцова; не зная, жив или мертв политрук, Золо­тарев снимает с него гимна­стерку и заби­рает доку­менты, а сам идет за подмогой: уцелевшие бойцы Серпи­лина во главе с Хоры­шевым верну­лись к Климо­вичу и вместе с ним проры­ва­ются через немецкие тылы. Золо­тарев соби­ра­ется пойти за Синцовым, но место, где он оставил ране­ного, уже занято немцами.

Тем временем Синцов приходит в сознание, но не может вспом­нить, где его доку­менты, сам ли в беспа­мят­стве снял гимна­стерку с комис­сар­скими звез­дами или же это сделал Золо­тарев, посчитав его мертвым. Не пройдя и двух шагов, Синцов стал­ки­ва­ется с немцами и попа­дает в плен, однако во время бомбежки ему удается бежать. Перейдя линию фронта, Синцов выходит в распо­ло­жение строй­бата, где отка­зы­ва­ются верить его «басням» об утерянном парт­би­лете, и Синцов решает идти в Особый отдел. По дороге он встре­чает Люсина, и тот согла­ша­ется довезти Синцова до Москвы, пока не узнает о пропавших доку­ментах. Выса­женный неда­леко от КПП, Синцов вынужден само­сто­я­тельно доби­раться до города. Это облег­ча­ется тем, что 16 октября в связи с тяжелым поло­же­нием на фронте в Москве царят паника и нераз­бе­риха. Подумав, что Маша может все еще нахо­диться в городе, Синцов идет домой и, никого не застав, валится на тюфяк и засы­пает.

…С сере­дины июля Маша Арте­мьева учится в школе связи, где её готовят к дивер­си­онной работе в тылу у немцев. 16 октября Машу отпус­кают в Москву за вещами, так как вскоре ей пред­стоит присту­пить к выпол­нению задания. Придя домой, она застает спящего Синцова. Муж расска­зы­вает ей обо всем, что с ним было за эти месяцы, о всем том ужасе, который пришлось пере­жить за семь­десят с лишним дней выхода из окру­жения. На следу­ющее утро Маша возвра­ща­ется в школу, и вскоре её забра­сы­вают в немецкий тыл.

Синцов идет в райком объяс­няться по поводу своих утра­ченных доку­ментов. Там он знако­мится с Алек­сеем Дени­со­вичем Мали­ниным, кадро­виком с двадца­ти­летним стажем, гото­вившим в свое время доку­менты Синцова, когда того прини­мали в партию, и поль­зу­ю­щимся в райкоме большим авто­ри­тетом. Эта встреча оказы­ва­ется реша­ющей в судьбе Синцова, поскольку Малинин, поверив его рассказу, прини­мает в Синцове живейшее участие и начи­нает хлопо­тать о восста­нов­лении того в партии. Он пред­ла­гает Синцову запи­саться в добро­воль­че­ский комму­ни­сти­че­ский бата­льон, где Малинин старший в своем взводе. После неко­торых прово­лочек Синцов попа­дает на фронт.

Москов­ское попол­нение отправ­ляют в 31-ю стрел­ковую дивизию; Мали­нина назна­чают полит­руком роты, куда по его протекции зачис­ляют Синцова. Под Москвой идут непре­рывные крово­про­литные бои. Дивизия отсту­пает с зани­ма­емых позиций, однако посте­пенно поло­жение начи­нает стаби­ли­зи­ро­ваться. Синцов пишет на имя Мали­нина записку с изло­же­нием своего «прошлого». Этот доку­мент Малинин соби­ра­ется пред­ста­вить в полит­отдел дивизии, а пока что, поль­зуясь временным зати­шьем, он идет к своей роте, отды­ха­ющей на разва­линах недо­стро­ен­ного кирпич­ного завода; в распо­ло­женной непо­да­леку завод­ской трубе Синцов по совету Мали­нина уста­нав­ли­вает пулемет. Начи­на­ется обстрел, и один из немецких снарядов попа­дает внутрь недо­стро­ен­ного здания. За несколько секунд до взрыва Мали­нина засы­пает обва­лив­ши­мися кирпи­чами, благо­даря чему он оста­ется жив. Выбрав­шись из каменной могилы и откопав един­ствен­ного живого бойца, Малинин идет к завод­ской трубе, у которой уже целый час слышится отры­ви­стый стук пуле­мета, и вместе с Синцовым отра­жает одну за другой атаки немецких танков и пехоты на нашу высоту.

Седь­мого ноября на Красной площади Серпилин встре­чает Климо­вича; этот последний сооб­щает гене­ралу о гибели Синцова. Однако Синцов тоже прини­мает участие в параде по случаю годов­щины Октябрь­ской рево­люции — их дивизию попол­нили в тылу и после парада пере­бра­сы­вают за Подольск. За бой на кирпичном заводе Мали­нина назна­чают комис­саром бата­льона, он пред­став­ляет Синцова к ордену Красной Звезды и пред­ла­гает напи­сать заяв­ление о восста­нов­лении в партии; сам Малинин уже успел сделать через полит­отдел запрос и получил ответ, где принад­леж­ность Синцова к партии подтвер­жда­лась доку­мен­тально. После попол­нения Синцова зачис­ляют коман­диром взвода авто­мат­чиков. Малинин пере­дает ему харак­те­ри­стику, которую следует прило­жить к заяв­лению о восста­нов­лении в партии. Синцов проходит утвер­ждение на парт­бюро полка, однако диви­зи­онная комиссия откла­ды­вает решение этого вопроса. У Синцова проис­ходит бурный разговор с Мали­ниным, и тот пишет резкое письмо о деле Синцова прямо в полит­отдел армии. Командир дивизии генерал Орлов приез­жает вручать награды Синцову и другим и вскоре поги­бает от разрыва случайной мины. На его место назна­чают Серпи­лина. Перед отъездом на фронт к Серпи­лину приходит вдова Бара­нова и просит сооб­щить подроб­ности смерти мужа. Узнав, что сын Бара­новой идет добро­вольцем мстить за отца, Серпилин говорит, что её муж пал смертью храбрых, хотя на самом деле покойный застре­лился во время выхода из окру­жения под Могилевом. Серпилин едет в полк Баглюка и по дороге проез­жает мимо идущих в наступ­ление Синцова и Мали­нина.

В самом начале боя Малинин полу­чает тяжелое ранение в живот. Он даже не успе­вает толком проститься с Синцовым и расска­зать о своем письме в полит­отдел: возоб­нов­ля­ется бой, а на рассвете Мали­нина вместе с другими ране­ными вывозят в тыл. Однако Малинин и Синцов зря обви­няют дивпарт­ко­миссию в прово­лочке: партийное дело Синцова запросил инструктор, ранее озна­ко­мив­шийся с письмом Золо­та­рева об обсто­я­тель­ствах гибели полит­рука Синцова И. П., и теперь это письмо лежит рядом с заяв­ле­нием млад­шего сержанта Синцова о восста­нов­лении в партии.

Взяв станцию Воскре­сен­ское, полки Серпи­лина продол­жают движение вперед. Ввиду потерь в командном составе Синцов стано­вится коман­диром взвода.

Книга вторая. Солда­тами не рожда­ются

Новый, 1943 г. Серпилин встре­чает под Сталин­градом. 111-я стрел­ковая дивизия, которой он коман­дует, уже шесть недель как окру­жила груп­пи­ровку Паулюса и ждет приказа о наступ­лении. Неожи­данно Серпи­лина вызы­вают в Москву. Эта поездка вызвана двумя причи­нами: во-первых, плани­ру­ется назна­чить Серпи­лина началь­ником штаба армии; во-вторых, его жена умирает после третьего инфаркта. Приехав домой и расспросив соседку, Серпилин узнает, что перед тем как Вален­тина Егоровна забо­лела, к ней приходил её сын. Вадим был неродным для Серпи­лина: Федор Федо­рович усыновил пяти­лет­него ребенка, женив­шись на его матери, вдове своего друга, героя граж­дан­ской войны Толсти­кова. В 1937-м, когда Серпи­лина аресто­вали Вадим отрекся от него и принял фамилию насто­я­щего отца. Отрекся он не потому, что действи­тельно считал Серпи­лина «врагом народа», а из чувства само­со­хра­нения, чего так и не смогла простить ему мать. Возвра­щаясь с похорон, Серпилин стал­ки­ва­ется на улице с Таней Овсян­ни­ковой, нахо­дя­щейся в Москве на лечении. Она расска­зы­вает что после выхода из окру­жения парти­за­нила и была в подполье в Смоленске. Серпилин сооб­щает Тане о гибели Синцова. Нака­нуне отъезда сын просит его разре­шения пере­везти в Москву из Читы жену и дочь. Серпилин согла­ша­ется и, в свою очередь, велит сыну подать рапорт об отправке на фронт.

Проводив Серпи­лина, подпол­ковник Павел Арте­мьев возвра­ща­ется в Генштаб и узнает, что его разыс­ки­вает женщина по фамилии Овсян­ни­кова. Надеясь полу­чить сведения о сестре Маше, Арте­мьев едет по указан­ному в записке адресу, в дом, где до войны жила женщина, которую он любил, однако сумел забыть, когда Надя вышла замуж за другого.

…Война нача­лась для Арте­мьева под Москвой, где он коман­довал полком, а до этого он с 1939 г. служил в Забай­калье. В Генштаб Арте­мьев попал после тяже­лого ранения в ногу. Послед­ствия этого ранения все еще дают о себе знать, однако он, тяго­тясь своей адъютант­ской службой, мечтает поскорее вернуться на фронт.

Таня сооб­щает Арте­мьеву подроб­ности смерти его сестры, о гибели которой он узнал еще год назад, хотя не пере­ставал наде­яться на ошибоч­ность этих сведений. Таня и Маша воевали в одном парти­зан­ском отряде и были подру­гами. Они сбли­зи­лись еще сильнее, когда выяс­ни­лось, что Машин муж Иван Синцов вынес Таню из окру­жения. Маша пошла на явку, однако в Смоленске так и не появи­лась; позже парти­заны узнали о её расстреле. Таня также сооб­щает о смерти Синцова, кото­рого Арте­мьев давно пыта­ется разыс­кать. Потря­сенный рассказом Тани, Арте­мьев решает помочь ей: обес­пе­чить продук­тами, попы­таться достать билеты до Ташкента, где живут в эваку­ации Танины роди­тели. Выходя из дома, Арте­мьев встре­чает успевшую уже овдо­веть Надю, а вернув­шись в Генштаб, в очередной раз просит об отправке на фронт. Получив разре­шение и надеясь на долж­ность началь­ника штаба или коман­дира полка, Арте­мьев продол­жает забо­титься о Тане: отдает ей Машины наряды, которые можно будет обме­нять на еду, орга­ни­зует пере­го­воры с Ташкентом, — Таня узнает о смерти отца и гибели брата и о том, что её муж Николай Колчин нахо­дится в тылу. Арте­мьев отвозит Таню на вокзал, и, расста­ваясь с ним, она вдруг начи­нает чувство­вать к этому одино­кому, рвуще­муся на фронт чело­веку нечто большее, чем просто благо­дар­ность. А он, удивив­шись этой внезапной пере­мене, заду­мы­ва­ется над тем, что еще раз, бессмыс­ленно и неудер­жимо, пронес­лось его собственное счастье, которое он опять не узнал и принял за чужое. И с этими мыслями Арте­мьев звонит Наде.

…Синцов был ранен через неделю после Мали­нина. Еще в госпи­тале он начал наво­дить справки о Маше, Мали­нине и Арте­мьеве, но так ничего и не узнал. Выпи­сав­шись, он поступил в школу младших лейте­нантов, воевал в нескольких диви­зиях, в том числе в Сталин­граде, вступил заново в партию и после очеред­ного ранения получил долж­ность комбата в 111-й дивизии, вскоре после того, как из нее ушел Серпилин.

Синцов приходит в дивизию перед самым началом наступ­ления. Вскоре его вызы­вает к себе комиссар полка Левашов и знакомит с журна­ли­стами из Москвы, в одном из которых Синцов узнает Люсина. В ходе боя Синцов полу­чает ранение, однако комдив Кузьмич засту­па­ется за него перед коман­диром полка, и Синцов оста­ется на пере­довой.

Продолжая думать об Арте­мьеве, Таня приез­жает в Ташкент. На вокзале её встре­чает муж, с которым Таня факти­чески разо­шлась еще до войны. Считая Таню погибшей, он женился на другой, и этот брак обес­печил Колчину броню. Прямо с вокзала Таня идет к матери на завод и там знако­мится с парт­оргом Алек­сеем Дени­со­вичем Мали­ниным. После своего ранения Малинин девять месяцев провел в госпи­талях и перенес три операции, однако его здоровье подо­рвано окон­ча­тельно и о возвра­щении на фронт, о чем так мечтает Малинин, не может быть и речи. Малинин прини­мает в Тане живейшее участие, оказы­вает помощь её матери и, вызвав к себе Колчина, доби­ва­ется его отправки на фронт. Вскоре Тане приходит вызов от Серпи­лина, и она уезжает. Придя к Серпи­лину на прием, Таня встре­чает там Арте­мьева и пони­мает, что ничего, кроме друже­ских чувств, тот к ней не испы­ты­вает. Серпилин довер­шает разгром, сообщив, что через неделю, после того как Арте­мьев в долж­ности помощ­ника началь­ника опера­тив­ного отдела прибыл на фронт, к нему под видом жены приле­тела «одна нахальная бабенка из Москвы», и от гнева началь­ства Арте­мьева спасло только то, что он, по мнению Серпи­лина, образ­цовый офицер. Поняв, что это была Надя, Таня ставит крест на своем увле­чении и отправ­ля­ется на работу в санчасть. В первый же день она едет прини­мать лагерь наших воен­но­пленных и неожи­данно стал­ки­ва­ется там с Синцовым, который участ­вовал в осво­бож­дении этого конц­ла­геря, а теперь разыс­ки­вает своего лейте­нанта. Рассказ о Машиной гибели не стано­вится для Синцова ново­стью: он уже обо всем знает от Арте­мьева, прочи­тав­шего в «Красной звезде» заметку о комбате — бывшем журна­листе, и разыс­кав­шего шурина. Вернув­шись в бата­льон, Синцов застает прие­хав­шего ноче­вать к нему Арте­мьева. Признавая, что Таня отличная женщина, на каких надо жениться, если не быть дураком, Павел расска­зы­вает о неожи­данном приезде к нему на фронт Нади и о том, что эта женщина, которую он когда-то любил, снова принад­лежит ему и буквально домо­га­ется стать его женой. Однако Синцов, со школьной скамьи пита­ющий к Наде анти­патию, видит в её действиях расчет: трид­ца­ти­летний Арте­мьев уже стал полков­ником, а если не убьют, может стать и гене­ралом.

Вскоре у Кузь­мича откры­ва­ется старая рана, и коман­дарм Батюк наста­и­вает на его смещении со 111-й дивизии. В связи с этим Бережной просит члена воен­ного совета Заха­рова не отстра­нять старика хотя бы до конца операции и дать ему заме­сти­теля по стро­евой. Так в 111-ю приходит Арте­мьев. Приехав к Кузь­мичу с инспек­ци­онной. поездкой, Серпилин просит пере­дать привет Синцову, о воскре­шении кото­рого из мертвых он узнал нака­нуне. А через несколько дней в связи с соеди­не­нием с 62-й армией Синцову дают капи­тана. Вернув­шись из города, Синцов застает у себя Таню. Ее прико­ман­ди­ро­вали к захва­чен­ному немец­кому госпи­талю, и она ищет солдат для охраны.

Арте­мьеву удается быстро найти общий язык с Кузь­мичом; несколько дней он интен­сивно рабо­тает, участвуя в завер­шении разгрома VI немецкой армии. Внезапно его вызы­вают к комдиву, и там Арте­мьев стано­вится свиде­телем триумфа своего шурина: Синцов захватил в плен немец­кого гене­рала, коман­дира дивизии. Зная о знаком­стве Синцова с Серпи­линым, Кузьмич велит ему лично доста­вить плен­ного в штаб армии. Однако радостный для Синцова день приносит Серпи­лину большое горе: приходит письмо с изве­ще­нием о смерти сына, погиб­шего в своем первом же бою, и Серпилин осознает, что, несмотря ни на что, его любовь к Вадиму не умерла. Тем временем из штаба фронта посту­пает изве­стие о капи­ту­ляции Паулюса.

В каче­стве награды за работу в немецком госпи­тале Таня просит своего началь­ника дать ей возмож­ность пови­даться с Синцовым. Встре­тив­шийся по дороге Левашов прово­жает её в полк. Поль­зуясь дели­кат­но­стью Ильина и Зава­ли­шина, Таня и Синцов проводят вместе ночь. Вскоре военный совет прини­мает решение развить успех и провести наступ­ление, в ходе кото­рого поги­бает Левашов, а Синцову отры­вает пальцы на пока­ле­ченной когда-то руке. Сдав Ильину бата­льон, Синцов уезжает в медсанбат.

После победы под Сталин­градом Серпи­лина вызы­вают в Москву, и Сталин пред­ла­гает ему сменить Батюка на долж­ности коман­дарма. Серпилин знако­мится с вдовой сына и маленькой внучкой; сноха произ­водит на него самое благо­при­ятное впечат­ление. Вернув­шись да фронт, Серпилин заез­жает в госпи­таль к Синцову и говорит, что его рапорт с просьбой оста­вить в армии будет рассмотрен новым коман­диром 111-й дивизии, — на эту долж­ность недавно утвер­жден Арте­мьев.

Книга третья. Последнее лето

За несколько месяцев до начала Бело­рус­ской насту­па­тельной операции, весной 1944 г., коман­дарм Серпилин с сотря­се­нием мозга и пере­ломом ключицы попа­дает в госпи­таль, а оттуда в военный сана­торий. Его лечащим врачом стано­вится Ольга Ивановна Бара­нова. Во время их встречи в декабре 1941 г. Серпилин утаил от Бара­новой обсто­я­тель­ства смерти её мужа, однако она все-таки узнала правду от комис­сара Шмакова. Поступок Серпи­лина заставил Бара­нову много думать о нем, и когда Серпилин попал в Архан­гель­ское, Бара­нова вызва­лась быть его лечащим врачом, чтобы ближе узнать этого чело­века.

Тем временем член воен­ного совета Львов, вызвав к себе Заха­рова, ставит вопрос о снятии Серпи­лина с зани­ма­емой долж­ности, моти­вируя это тем, что гото­вя­щаяся к наступ­лению армия долгое время нахо­дится без коман­ду­ю­щего.

В полк к Ильину приез­жает Синцов. После ранения, с трудом отбив­шись от белого билета, он попал на работу в опера­тивный отдел штаба армии, и тепе­решний его визит связан с проверкой поло­жения дел в дивизии. Надеясь на скорую вакансию, Ильин пред­ла­гает Синцову долж­ность началь­ника штаба, и тот обещает пере­го­во­рить с Арте­мьевым. Синцову оста­ется съез­дить еще в один полк, когда звонит Арте­мьев и, сказав, что Синцова вызы­вают в штаб армии, зовет его к себе. Синцов расска­зы­вает о пред­ло­жении Ильина, однако Арте­мьев не хочет разво­дить семей­ствен­ность и сове­тует Синцову пого­во­рить о возвра­щении в строй с Серпи­линым. И Арте­мьев, и Синцов пони­мают, что наступ­ление не за горами, в ближайших планах войны — осво­бож­дение всей Бело­руссии, а значит, и Гродно. Арте­мьев наде­ется, что, когда выяс­нится судьба матери и племян­ницы, ему самому удастся вырваться хоть на сутки в Москву, к Наде. Он не видел жену более полу­года, однако, несмотря на все просьбы, запре­щает ей приез­жать на фронт, так как в последний свой приезд, перед Курской дугой, Надя сильно подпор­тила мужнюю репу­тацию; Серпилин тогда едва не снял его с дивизии. Арте­мьев расска­зы­вает Синцову, что с началь­ником штаба Бойко, испол­ня­ющим в отсут­ствие Серпи­лина обязан­ности коман­дарма, ему рабо­та­ется гораздо лучше, чем с Серпи­линым, и что у него как у комдива есть свои труд­ности, поскольку оба его пред­ше­ствен­ника нахо­дятся здесь же, в армии, и часто заез­жают в свою бывшую дивизию, что дает многим недоб­ро­же­ла­телям моло­дого Арте­мьева повод срав­ни­вать его с Серпи­линым и Кузь­мичом в пользу последних. И неожи­данно, вспомнив о жене, Арте­мьев говорит Синцову, как плохо жить на войне, имея нена­дежный тыл. Узнав по теле­фону, что Синцову пред­стоит поездка в Москву, Павел пере­дает письмо для Нади. Приехав к Заха­рову, Синцов полу­чает от него и начштаба Бойко письма для Серпи­лина с просьбой о скорейшем возвра­щении на фронт.

В Москве Синцов сразу же идет на теле­граф давать «молнию» в Ташкент: еще в марте он отправил Таню домой рожать, но уже долгое время не имеет сведений ни о ней, ни о дочке. Отправив теле­грамму, Синцов едет к Серпи­лину, и тот обещает, что к началу боев Синцов вновь попадет в строй. От коман­дарма Синцов отправ­ля­ется к Наде в гости. Надя начи­нает расспра­ши­вать о мель­чайших подроб­но­стях, каса­ю­щихся Павла, и жалу­ется, что муж не разре­шает ей прие­хать на фронт, а вскоре Синцов стано­вится невольным свиде­телем выяс­нения отно­шений между Надей и её любов­ником и даже участ­вует в изгнании послед­него из квар­тиры. Оправ­ды­ваясь, Надя говорит, что очень любит Павла, но жить без мужчины не в состо­янии. Распро­щав­шись с Надей и пообещав ничего не гово­рить Павлу, Синцов идет на теле­граф и полу­чает теле­грамму от Таниной мамы, где сказано, что его ново­рож­денная дочь скон­ча­лась, а Таня выле­тела в армию. Узнав эти безра­достные новости, Синцов едет к Серпи­лину в сана­торий, и тот пред­ла­гает пойти к нему в адъютанты вместо Евстиг­неева, женив­ше­гося на вдове Вадима. Вскоре Серпилин проходит меди­цин­скую комиссию; перед отъездом на фронт он делает Бара­новой пред­ло­жение и полу­чает её согласие выйти за него замуж по окон­чании войны. Встре­ча­ющий Серпи­лина Захаров сооб­щает, что новым коман­ду­ющим их фронта назначен Батюк.

В канун наступ­ления Синцов полу­чает отпуск для свидания с женой. Таня расска­зы­вает об их умершей дочери, о смерти своего бывшего мужа Николая и «старого парт­орга» с завода; она не назы­вает фамилию, и Синцов так и не узнает, что это умер Малинин. Он видит, что Таню что-то гнетет, но думает, что это связано с их дочкой. Однако у Тани есть еще одна беда, о которой Синцов пока не знает: бывший командир её парти­зан­ской бригады сообщил Тане, что Маша — сестра Арте­мьева и первая жена Синцова, — возможно, все еще жива, так как выяс­ни­лось, что вместо расстрела её угнали в Германию. Ничего не сказав Синцову, Таня решает расстаться с ним.

Согласно планам Батюка, армия Серпи­лина должна стать движущей силой пред­сто­я­щего наступ­ления. Под коман­до­ва­нием Серпи­лина оказы­ва­ются трина­дцать дивизий; 111-ю выводят в тыл, к недо­воль­ству комдива Арте­мьева и его начштаба Тума­няна. Серпилин же плани­рует исполь­зо­вать их только при взятии Могилева. Размышляя об Арте­мьеве, в котором он видит опыт, соеди­ненный с моло­до­стью, Серпилин ставит в заслугу комдиву и то, что он не любит мель­те­шить перед началь­ством, даже перед недавно приез­жавшим в армию Жуковым, у кото­рого, как вспомнил сам маршал, Арте­мьев служил в 1939 г. на Халхин-Голе.

Двадцать третьего июня начи­на­ется операция «Багра­тион». Серпилин временно заби­рает у Арте­мьева полк Ильина и пере­дает его насту­па­ющей «подвижной группе», перед которой постав­лена задача закрыть против­нику выход из Могилева; в случае неудачи в бой вступит 111-я дивизия, пере­крывшая стра­те­ги­чески важные Минское и Бобруй­ское шоссе. Арте­мьев рвется в бой, считая, что вместе с «подвижной группой» сможет взять Могилев, однако Серпилин находит это неце­ле­со­об­разным, так как кольцо вокруг города уже замкну­лось и немцы все равно бессильны вырваться. Взяв Могилев, он полу­чает приказ о наступ­лении на Минск.

…Таня пишет Синцову, что они должны расстаться, потому что жива Маша, однако начав­шееся наступ­ление лишает Таню возмож­ности пере­дать это письмо: её пере­водят поближе к фронту следить за доставкой раненых в госпи­тали. 3 июля Таня встре­чает «виллис» Серпи­лина, и коман­дарм говорит, что с окон­ча­нием операции пошлет Синцова на пере­довую; поль­зуясь случаем, Таня расска­зы­вает Синцову о Маше. В этот же день она полу­чает ранение и просит подругу пере­дать Синцову ставшее беспо­лезным письмо. Таню отправ­ляют во фрон­товой госпи­таль, и по дороге она узнает о гибели Серпи­лина — он был смер­тельно ранен осколком снаряда; Синцов, как и в 1941-м, привез его в госпи­таль, но на опера­ци­онный стол коман­дарма поло­жили уже мертвым.

По согла­со­ванию со Сталиным Серпи­лина, так и не узнав­шего о присво­ении ему звания генерал-полков­ника, хоронят на Ново­де­ви­чьем клад­бище, рядом с Вален­тиной Егоровной. Захаров, знающий от Серпи­лина о Бара­новой, решает вернуть ей её письма коман­дарму. Проводив до аэро­дрома гроб с телом Серпи­лина, Синцов заез­жает в госпи­таль, где узнает о Танином ранении и полу­чает её письмо. Из госпи­таля он явля­ется к новому коман­дарму Бойко, и тот назна­чает Синцова началь­ником штаба к Ильину. Это не един­ственная пере­мена в дивизии — её коман­диром стал Туманян, а Арте­мьева, после взятия Могилева полу­чив­шего звание генерал-майора, Бойко заби­рает к себе началь­ником штаба армии. Придя в опера­тивный отдел знако­миться с новыми подчи­нен­ными, Арте­мьев узнает от Синцова, что Маша, возможно, жива. Ошелом­ленный этим изве­стием, Павел говорит, что войска соседа уже подходят к Гродно, где в начале войны оста­лись его мать и племян­ница, и если они живы, то все опять будут вместе.

Захаров и Бойко, вернув­шись от Батюка, поми­нают Серпи­лина, — его операция завер­шена и армию пере­бра­сы­вают на соседний фронт, в Литву.

Источник:Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1997. — 896 с.


время формирования страницы 4.452 ms