Зависть

Краткое содержание рассказа
Читается за 11 минут(ы)

«Он поет по утрам в клозете. Можете пред­ста­вить себе, какой это жизне­ра­достный, здоровый человек». Без этой хресто­ма­тийной, ставшей летучей фразы, с которой начи­на­ется роман Олеши, не обой­тись. А речь в ней идет о бывшем рево­лю­ци­о­нере, члене Обще­ства полит­ка­торжан, ныне же крупном совет­ском хозяй­ствен­нике, дирек­торе треста пищевой промыш­лен­ности Андрее Баби­чеве. Видит же его таким — могучим гигантом, хозя­ином жизни — главный герой, человек, поте­ряв­шийся в жизни, Николай Кава­леров.

Андрей Бабичев подо­брал пьяного Кава­ле­рова, валяв­ше­гося возле пивной, из которой его вышвыр­нули после ссоры. Он пожалел его и дал на время приют в своей квар­тире, пока отсут­ствует его воспи­танник и друг, пред­ста­ви­тель «нового поко­ления», восем­нал­ца­ти­летний студент и футбо­лист Володя Макаров. Две недели живет у Баби­чева Кава­леров, но вместо благо­дар­ности испы­ты­вает к своему благо­де­телю мучи­тельную зависть. Он прези­рает его, считает ниже себя и назы­вает колбас­ником. Ведь он, Кава­леров, обла­дает образным виде­нием, чуть ли не поэти­че­ским даром, который исполь­зует для сочи­нения эстрадных моно­логов и куплетов о финин­спек­торе, совба­рышнях, нэпманах и алиментах. Он зави­дует преуспе­янию Баби­чева, его здоровью и энергии, знаме­ни­тости и размаху. Кава­ле­рову хочется поймать его на чем-то, обна­ру­жить слабую сторону, найти брешь в этом моно­лите. Болез­ненно само­лю­бивый, он чувствует себя униженным своим прижи­валь­че­ством и баби­чев­ской жало­стью. Он ревнует к незна­ко­мому ему Володе Мака­рову, чья фото­графия стоит на столе у Баби­чева.

Кава­ле­рову двадцать семь лет. Он мечтает о собственной славе. Он хочет боль­шего внимания, тогда как, по его словам, «в нашей стране дороги славы заграж­дены шлаг­бау­мами». Он хотел бы родиться в маленьком фран­цуз­ском городке, поста­вить перед собой какую-нибудь высокую цель, в один прекрасный день уйти из городка и в столице, фана­ти­чески работая, добиться её. В стране же, где от чело­века требу­ется трезвый реали­сти­че­ский подход, его подмы­вает вдруг взять да и сотво­рить что-нибудь нелепое, совер­шить какое-нибудь гени­альное озор­ство и сказать потом: «Да, вот вы так, а я так». Кава­леров чувствует, что жизнь его пере­ло­ми­лась, что он уже не будет ни красивым, ни знаме­нитым. Даже необы­чайной любви, о которой он мечтал всю жизнь, тоже не будет. С тоской и ужасом вспо­ми­нает он о комнате у соро­ка­пя­ти­летней вдовы Анечки Проко­пович, жирной и рыхлой. Он воспри­ни­мает вдову как символ своей мужской унижен­ности. Он слышит её женский зов, но это будит в нем только ярость («Я не пара тебе, гадина!»).

Кава­леров, такой тонкий и нежный, вынужден быть «шутом» при Баби­чеве. Он носит по указанным адресам изго­тов­ленную по техно­логии Баби­чева колбасу, «которая не прова­ни­ва­ется в один день», и все поздрав­ляют её созда­теля. Кава­леров же гордо отка­зы­ва­ется от её торже­ствен­ного поедания. Его разби­рает злоба, потому что в том новом мире, который строит комму­нист Бабичев, слава «вспы­хи­вает оттого, что из рук колбас­ника вышла колбаса нового сорта». Он чувствует, что этот новый, стро­я­щийся мир есть главный, торже­ству­ющий. И он, Кава­леров, в отличие Баби­чева, чужой на этом празд­нике жизни. Ему посто­янно напо­ми­нают об этом, то не пустив на летное поле аэро­дрома, где должен состо­яться отлет совет­ского аэро­плана новой конструкции, то на стройке еще одного детища Баби­чева — «Четвер­така», дома-гиганта, будущей вели­чайшей столовой, вели­чайшей кухни, где обед будет стоить всего четвертак.

Изму­ченный зави­стью, Кава­леров пишет Баби­чеву письмо, где призна­ется в своей нена­висти к нему и назы­вает тупым санов­ником с барскими наклон­но­стями. Он заяв­ляет, что стано­вится на сторону брата Баби­чева — Ивана, кото­рого однажды видел во дворе дома, когда тот угрожал Андрею погу­бить его с помощью своей машины «Офелии». Андрей Бабичев тогда сказал, что его брат Иван — «лентяй, вредный, зара­зи­тельный человек», кото­рого «надо расстре­лять». Чуть позже Кава­леров случайно оказы­ва­ется свиде­телем того, как этот толстый человек в котелке и с подушкой в руках просит девушку по имени Валя вернуться к нему. Валя, дочь Ивана Баби­чева, стано­вится пред­метом его роман­ти­че­ских устрем­лений. Кава­леров объяв­ляет Баби­чеву войну — «...за нежность, за пафос, за личность, за имена, волну­ющие, как имя „Офелия“, за все, что подав­ляете вы, заме­ча­тельный человек».

Как раз в тот момент, когда Кава­леров, наме­ре­ваясь окон­ча­тельно поки­нуть дом Баби­чева, соби­рает свои пожитки, возвра­ща­ется студент и футбо­лист Володя Макаров. Расте­рянный и ревну­ющий Кава­леров пыта­ется окле­ве­тать перед ним Баби­чева, но Макаров не реаги­рует, а спокойно зани­мает свое место на так полю­бив­шемся Кава­ле­рову диване. Письмо Кава­леров не реша­ется оста­вить, но потом вдруг обна­ру­жи­вает, что по ошибке захватил чужое, а его так и оста­лось лежать на столе. Он в отча­янии. Снова возвра­ща­ется он к Баби­чеву, ему хочется пасть в ноги благо­де­телю и, пока­яв­шись, умолять о прощении. Но вместо этого он только язвит, а увидев появив­шуюся из спальни Валю, и вовсе впадает в транс — снова начи­нает клеве­тать и в конце концов оказы­ва­ется вышвыр­нутым за дверь. «Все кончено, — говорит он. — Теперь я убью вас, товарищ Бабичев».

С этого момента Кава­леров в союзе с «совре­менным чаро­деем» Иваном Баби­чевым, учителем и утеши­телем. Он слушает его испо­ведь, из которой узнает про неза­у­рядные изоб­ре­та­тель­ские способ­ности Ивана, с детства удив­ляв­шего окру­жа­ющих и полу­чив­шего прозвище Механик. После Поли­тех­ни­че­ского инсти­тута тот неко­торое время работал инже­нером, но этот этап в прошлом, теперь же он шата­ется по пивным, за плату рисует порт­реты с жела­ющих, сочи­няет экспромты и т. п. Но главное — пропо­ве­дует. Он пред­ла­гает орга­ни­зо­вать «заговор чувств» в проти­вовес бездушной эре соци­а­лизма, отри­ца­ющей ценности века минув­шего: жалость, нежность, гордость, ревность, честь, долг, любовь... Он созы­вает тех, кто еще не осво­бо­дился от чело­ве­че­ских чувств, пусть даже и не самых возвы­шенных, кто не стал машиной. Он хочет устроить «последний парад этих чувств». Он пылает нена­ви­стью к Володе Мака­рову и брату Андрею, отнявших у него дочь Валю. Иван говорит брату, что тот любит Володю не потому, что Володя — новый человек, а потому, что сам Андрей, как простой обыва­тель, нужда­ется в семье и сыне, в отече­ских чувствах. В лице Кава­ле­рова Иван находит своего привер­женца.

«Чародей» наме­ре­ва­ется пока­зать Кава­ле­рову свою гордость — машину под назва­нием «Офелия», универ­сальный аппарат, в котором скон­цен­три­ро­ваны сотни разных функций. По его словам, она может взры­вать горы, летать, подни­мать тяжести, заме­нять детскую коляску, служить даль­но­бойным орудием. Она умеет делать все, но Иван запретил ей. Решив отомстить за свою эпоху, он развратил машину. Он, по его словам, наделил её пошлей­шими чело­ве­че­скими чувствами и тем самым опозорил её. Поэтому он и дал ей имя Офелии — девушки, сошедшей с ума от любви и отча­яния. Его машина, которая могла бы осчаст­ли­вить новый век, — «осле­пи­тельный кукиш, который умира­ющий век покажет рожда­ю­ще­муся». Кава­ле­рову чудится, что Иван действи­тельно разго­ва­ри­вает с кем-то сквозь щелку в заборе, и тут же с ужасом слышит прон­зи­тельный свист. С зады­ха­ю­щимся шепотом: «Я боюсь ее!» — Иван устрем­ля­ется прочь от забора, и они вместе спаса­ются бегством.

Кава­леров стыдится своего мало­душия, он видел лишь маль­чика, свистев­шего в два пальца. Он сомне­ва­ется в суще­ство­вании машины и упре­кает Ивана. Между ними проис­ходит размолвка, но потом Кава­леров сдается. Иван расска­зы­вает ему сказку о встрече двух братьев: он, Иван, насы­лает свою грозную машину на стро­я­щийся «Четвертак», и та разру­шает его, а повер­женный брат припол­зает к нему. Вскоре Кава­леров присут­ствует на футбольном матче, в котором прини­мает участие Володя. Он ревниво следит за Володей, за Валей, за Андреем Баби­чевым, окру­жен­ными, как ему кажется, всеобщим внима­нием. Он уязвлен, что самого его не заме­чают, не узнают, и прелесть Вали терзает его своей недо­ступ­но­стью.

Ночью Кава­леров возвра­ща­ется домой пьяным и оказы­ва­ется в постели своей хозяйки Анечки Проко­пович. Счаст­ливая Анечка срав­ни­вает его со своим покойным мужем, что приводит Кава­ле­рова в ярость. Он бьет Анечку, но и это только восхи­щает её. Он заболе­вает, вдова ухажи­вает за ним. Кава­ле­рову снится сон, в котором он видит «Четвертак», счаст­ливую Валю вместе с Володей и тут же с ужасом заме­чает Офелию, которая насти­гает Ивана Баби­чева и прика­лы­вает к стене иглой, а затем пресле­дует самого Кава­ле­рова.

Выздо­ровев, Кава­леров бежит от вдовы. Прелестное утро напол­няет его надеждой, что вот сейчас он сможет порвать со своей прежней безоб­разной жизнью. Он пони­мает, что жил слишком легко и само­на­де­янно, слишком высо­кого был о себе мнения. Он ночует на буль­варе, но затем снова возвра­ща­ется, твердо решив поста­вить вдову «на место». Дома он застает сидя­щего на кровати Анечки и по-хозяйски распи­ва­ю­щего вино Ивана. В ответ на изум­ленный вопрос Кава­ле­рова: «Что это значит?» — тот пред­ла­гает ему выпить за равно­душие как «лучшее из состо­яний чело­ве­че­ского ума» и сооб­щает «приятное»: «...сегодня, Кава­леров, ваша очередь спать с Анечкой. Ура!»

Источник:Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1997. — 896 с.





время формирования страницы 52.276 ms