В окопах Сталинграда

Краткое содержание рассказа
Читается за 9 минут(ы)

Действие начи­на­ется в июле 1942 г. с отступ­ления под Осколом. Немцы подошли к Воро­нежу, и от только что вырытых оборо­ни­тельных укреп­лений полк отходит без единого выстрела, а первый бата­льон во главе с комбатом Ширя­евым оста­ется для прикрытия. В помощь комбату оста­ется и главный герой повест­во­вания лейте­нант Керженцев. Отлежав поло­женные два дня, снима­ется и первый бата­льон. По дороге они неожи­данно встре­чают связ­ного штаба и друга Кержен­цева химика Игоря Свидер­ского с изве­стием о том, что полк разбит, надо менять маршрут и идти на соеди­нение с ним, а немцы всего в десяти кило­метрах. Они идут еще день, пока не распо­ла­га­ются в полу­раз­ру­шенных сараях. Там и застают их немцы. Бата­льон зани­мает оборону. Много потерь. Ширяев с четыр­на­дцатью бойцами уходит, а Керженцев с орди­нарцем Валегой, Игорь, Седых и связной штаба Лаза­ренко оста­ются прикры­вать их. Лаза­ренко убивают, а остальные благо­по­лучно поки­дают сарай и дого­няют своих. Это нетрудно, так как по дороге тянутся отсту­па­ющие в беспо­рядке части. Они пыта­ются искать своих: полк, дивизию, армию, но это невоз­можно. Отступ­ление. Пере­права через Дон. Так они доходят до Сталин­града.

В Сталин­граде они оста­нав­ли­ва­ются у Марьи Кузь­ми­ничны, сестры бывшего Игоре­вого коман­дира роты в запасном полку, и зажи­вают давно забытой мирной жизнью. Разго­воры с хозяйкой и её мужем Нико­лаем Нико­ла­е­вичем, чай с варе­ньем, прогулки с сосед­ской девушкой Люсей, которая напо­ми­нает Юрию Кержен­цеву о его любимой, тоже Люсе, купание в Волге, библио­тека — все это насто­ящая мирная жизнь. Игорь выдает себя за сапера и вместе с Кержен­цевым попа­дает в резерв, в группу особого назна­чения. Их работа — подго­то­вить к взрыву промыш­ленные объекты города. Но мирная жизнь неожи­данно преры­ва­ется воздушной тревогой и двух­ча­совой бомбежкой — немец начал наступ­ление на Сталин­град.

Саперов отправ­ляют на трак­торный завод под Сталин­град. Там идет долгая, кропот­ливая подго­товка завода к взрыву. По нескольку раз в день прихо­дится чинить цепь, порванную при очередном обстреле. В проме­жутках между дежур­ствами Игорь ведет споры с Геор­гием Акимо­вичем, инже­нером-элек­триком ТЭЦ. Георгий Акимович возмущен неуме­нием русских воевать: «Немцы от самого Берлина до Сталин­града на авто­ма­шинах доехали, а мы вот в пиджаках и спецовках в окопах лежим с трех­ли­нейкой образца девя­носто первого года». Георгий Акимович считает, что спасти русских может только чудо. Керженцев вспо­ми­нает недавний разговор солдат о своей земле, «жирной, как масло, о хлебах, с головой закры­ва­ющих тебя». Он не знает, как это назвать. Толстой называл это «скрытой теплотой патри­о­тизма». «Возможно, это и есть то чудо, кото­рого так ждет Георгий Акимович, чудо более сильное, чем немецкая орга­ни­зо­ван­ность и танки с черными крестами».

Город бомбят уже десять дней, наверное, от него уже ничего не оста­лось, а приказа о взрыве все нет. Так и не дождав­шись приказа о взрыве, саперы резерв­ного отправ­ля­ются на новое назна­чение — в штаб фронта, в инже­нерный отдел, на ту сторону Волги. В штабе они полу­чают назна­чения, и Кержен­цеву прихо­дится расстаться с Игорем. Его направ­ляют в 184-ю дивизию. Он встре­чает свой первый бата­льон и пере­прав­ля­ется с ним на тот берег. Берег весь охвачен пламенем.

Бата­льон сразу же ввязы­ва­ется в бой. Комбат гибнет, и Керженцев прини­мает коман­до­вание бата­льоном. В его распо­ря­жении четвертая и пятая роты и взвод пеших развед­чиков под коман­до­ва­нием стар­шины Чумака. Его позиции — завод «Метиз». Здесь они задер­жи­ва­ются надолго. День начи­на­ется с утренней кано­нады. Потом «сабантуй» или атака. Проходит сентябрь, начи­на­ется октябрь.

Бата­льон пере­бра­сы­вают на более простре­ли­ва­емые позиции между «Метизом» и концом оврага на Мама­евом. Командир полка майор Бородин привле­кает Кержен­цева для саперных работ и стро­и­тель­ства землянки в помощь своему саперу лейте­нанту Лиса­гору. В бата­льоне всего трид­цать шесть человек вместо поло­женных четы­рехсот, и участок, небольшой для нормаль­ного бата­льона, пред­став­ляет серьезную проблему. Бойцы начи­нают рыть окопы, саперы уста­нав­ли­вают мины. Но тут же оказы­ва­ется, что позиции надо менять: на КП приходит полковник, комдив, и прика­зы­вает занять сопку, где распо­ла­га­ются пуле­меты против­ника. В помощь дадут развед­чиков, а Чуйков обещал «куку­руз­ники». Время перед атакой тянется медленно. Керженцев выстав­ляет с КП пришедших с проверкой полит­от­дель­щиков и неожи­данно для себя сам отправ­ля­ется в атаку.

Сопку взяли, и это оказа­лось не очень сложно: двена­дцать из четыр­на­дцати бойцов оста­лись живы. Они сидят в немецком блин­даже с комроты Карна­уховым и коман­диром развед­чиков Чумаком, недавним против­ником Кержен­цева, и обсуж­дают бой. Но тут оказы­ва­ется, что они отре­заны от бата­льона. Они зани­мают круговую оборону. Неожи­данно в блин­даже появ­ля­ется орди­нарец Кержен­цева Валега, оста­вав­шийся на КП, так как за три дня до атаки он подвернул ногу. Он приносит тушенку и записку от стар­шего адъютанта Харла­мова: атака должна быть в 4.00.

Атака не удается. Все больше людей умирает — от ран и прямого попа­дания. Надежды выжить нет, но свои все-таки проры­ва­ются к ним. На Кержен­цева нале­тает Ширяев, который получил назна­чение комбата вместо Кержен­цева. Керженцев сдает бата­льон и пере­би­ра­ется к Лиса­гору. Первое время они бездель­ни­чают, ходят в гости к Чумаку, Ширяеву, Карна­ухову. Впервые за полтора месяца знаком­ства Керженцев разго­ва­ри­вает о жизни с комроты его бывшего бата­льона Фарбером. Это тип интел­ли­гента на войне, интел­ли­гента, который не очень хорошо умеет коман­до­вать дове­ренной ему ротой, но чувствует свою ответ­ствен­ность за все, что он не научился делать вовремя.

Девят­на­дца­того ноября у Кержен­цева именины. Наме­ча­ется праздник, но срыва­ется из-за общего наступ­ления по всему фронту. Подго­товив КП майору Боро­дину, Керженцев отпус­кает саперов с Лиса­гором на берег, а сам по приказу майора идет в свой бывший бата­льон. Ширяев придумал, как взять ходы сооб­щения, и майор согласен с военной хитро­стью, которая сбережет людей. Но начштаба капитан Абро­симов наста­и­вает на атаке «в лоб». Он явля­ется на КП Ширяева следом за Кержен­цевым и отправ­ляет бата­льон в атаку, не слушая доводов.

Керженцев идет в атаку вместе с солда­тами. Они сразу попа­дают под пули и зале­гают в воронках. После девяти часов, прове­денных в воронке, Кержен­цеву удается добраться до своих. Бата­льон потерял двадцать шесть человек, почти поло­вину. Погиб Карна­ухов. Раненный, попа­дает в медсанбат Ширяев. Коман­до­вание бата­льоном прини­мает Фарбер. Он един­ственный из коман­диров не принимал участия в атаке. Абро­симов оставил его при себе.

На следу­ющий день состо­ялся суд над Абро­си­мовым. Майор Бородин говорит на суде, что доверял своему началь­нику штаба, но тот обманул коман­дира полка, «он превысил власть, а люди погибли». Потом говорят еще несколько человек. Абро­симов считает, что был прав, только масси­ро­ванной атакой можно было взять баки. «Комбаты берегут людей, поэтому не любят атак. Баки можно было только атакой взять. И он не виноват, что люди недоб­ро­со­вестно к этому отнес­лись, стру­сили». И тогда подни­ма­ется Фарбер. Он не умеет гово­рить, но он знает, что не стру­сили те, кто погиб в этой атаке. «Храб­рость не в том, чтоб с голой грудью на пулемет идти»... Приказ был «не атако­вать, а овла­деть». Приду­манный Ширя­евым прием сберег бы людей, а сейчас их нет...

Абро­си­мова разжа­ло­вали в штрафной бата­льон, и он уходит, ни с кем не прощаясь. А за Фарбера Керженцев теперь спокоен. Ночью приходят долго­жданные танки. Керженцев пыта­ется навер­стать упущенные именины, но опять наступ­ление. Прибе­гает вырвав­шийся из медсан­бата Ширяев, теперь начштаба, начи­на­ется бой. В этом бою Кержен­цева ранят, и он попа­дает в медсанбат. Из медсан­бата он возвра­ща­ется под Сталин­град, «домой», встре­чает Седых, узнает, что Игорь жив, соби­ра­ется к нему вечером и опять не успе­вает: их пере­бра­сы­вают для боев с Северной груп­пи­ровкой. Идет наступ­ление.

Источник:Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1997. — 896 с.


время формирования страницы 3.232 ms