Приглашение на казнь

Краткое содержание рассказа
Читается за 10 минут(ы)

«Сооб­разно с законом, Цинцин­нату Ц. объявили смертный приговор шепотом». Непро­сти­тельная вина Цинцин­ната — в его «непро­ни­ца­е­мости», «непро­зрач­ности» для остальных, до ужаса похожих (тюремщик Родион то и дело превра­ща­ется в дирек­тора тюрьмы, Родрига Ивано­вича, и наоборот; адвокат и прокурор по закону должны быть едино­утроб­ными братьями, если же не удается подо­брать — их грими­руют, чтобы были похожи), «прозрачных друг для дружки душ». Особен­ность эта присуща Цинцин­нату с детства (унасле­до­вана от отца, как сооб­щает ему пришедшая с визитом в тюрьму мать, Цецилия Ц., щупленькая, любо­пытная, в клеен­чатом ватер­пруфе и с акушер­ским сакво­яжем), но какое-то время ему удается скры­вать свое отличие от остальных. Цинциннат начи­нает рабо­тать, а по вечерам упива­ется старин­ными книгами, пристрастясь к мифи­че­скому XIX в. Да ещё зани­ма­ется он изго­тов­ле­нием мягких кукол для школьниц: «тут был и маленький воло­сатый Пушкин в бекеше, и похожий на крысу Гоголь в цвети­стом жилете, и старичок Толстой, толсто­но­сенький, в зипуне, и множе­ство других». Здесь же, в мастер­ской, Цинциннат знако­мится с Марфинькой, на которой женится, когда ему испол­ня­ется двадцать два года и его пере­водят в детский сад учителем. В первый же год брака Марфинька начи­нает изме­нять ему. У нее родятся дети, мальчик и девочка, не от Цинцин­ната. Мальчик хром и зол, тучная девочка почти слепа. По иронии судьбы, оба ребенка попа­дают на попе­чение Цинцин­ната (в саду ему дове­рены «хроменькие, горба­тенькие, косенькие» дети). Цинциннат пере­стает следить за собой, и его «непро­зрач­ность» стано­вится заметна окру­жа­ющим. Так он оказы­ва­ется в заклю­чении, в крепости.

Услышав приговор, Цинциннат пыта­ется узнать, когда назна­чена казнь, но тюрем­щики не говорят ему. Цинцин­ната выводят взгля­нуть на город с башни крепости. Двена­дца­ти­летняя Эммочка, дочь дирек­тора тюрьмы, вдруг кажется Цинцин­нату вопло­щенным обеща­нием побега... УЗНИК коро­тает время за просмотром журналов. Делает записи, пытаясь осмыс­лить собственную жизнь, свою инди­ви­ду­аль­ность: «Я не простой... я тот, который жив среди вас... Не только мои глаза другие, и слух, и вкус, — не только обоняние, как у оленя, а осязание, как у нето­пыря, — но главное: дар соче­тать все это в одной точке...»

В крепости появ­ля­ется ещё один заклю­ченный, безбо­родый толстячок лет трид­цати. Акку­ратная арестант­ская пижамка, сафья­новые туфли, светлые, на прямой пробор волосы, между мали­новых губ белеют чудные, ровные зубы.

Обещанное Цинцин­нату свидание с Марфинькой откла­ды­ва­ется (по закону, свидание дозво­ля­ется лишь по исте­чении недели после суда). Директор тюрьмы торже­ственным образом (на столе скатерть и ваза со щека­стыми пионами) знакомит Цинцин­ната с соседом — м-сье Пьером. Наве­стивший Цинцин­ната в камере м-сье Пьер пробует развлечь его люби­тель­скими фото­гра­фиями, на боль­шин­стве которых изоб­ражен он сам, карточ­ными фоку­сами, анек­до­тами. Но Цинциннат, к обиде и недо­воль­ству Родрига Ивано­вича, замкнут и непри­ветлив.

На следу­ющий день на свидание к нему явля­ется не только Марфинька, но и все её семей­ство (отец, братья-близ­нецы, дед с бабкой — «такие старые, что уже просве­чи­вали», дети) и, наконец, молодой человек с безупречным профилем — тепе­решний кавалер Марфиньки. Прибы­вает также мебель, домашняя утварь, отдельные части стен. Цинцин­нату не удается сказать ни слова наедине с Марфинькой. Тесть не пере­стает упре­кать его, шурин угова­ри­вает пока­яться («Подумай, как это непри­ятно, когда башку рубят»), молодой человек упра­ши­вает Марфиньку наки­нуть шаль. Затем, собрав вещи (мебель выносят носиль­щики), все уходят.

В ожидании казни Цинциннат ещё острее чувствует свою непо­хо­жесть на всех остальных. В этом мире, где «веще­ство устало: сладко дремало время», в мнимом мире, недо­умевая, блуж­дает лишь незна­чи­тельная доля Цинцин­ната, а главная его часть нахо­дится совсем в другом месте. Но и так насто­ящая его жизнь «слишком сквозит», вызывая непри­ятие и протест окру­жа­ющих. Цинциннат возвра­ща­ется к прерван­ному чтению. Знаме­нитый роман, который он читает, носит латин­ское название «Quercus» («Дуб») и пред­став­ляет собою биографию дерева. Автор повест­вует о тех исто­ри­че­ских собы­тиях (или тени событий), свиде­телем которых мог оказаться дуб: то это диалог воинов, то привал разбой­ников, то бегство вель­можи от царского гнева... В проме­жутках между этими собы­тиями дуб рассмат­ри­ва­ется с точки зрения денд­ро­логии, орни­то­логии и прочих наук, приво­дится подробный список всех вензелей на коре с их толко­ва­нием. Немало внимания уделя­ется музыке вод, палитре зорь и пове­дению погоды. Это, бесспорно, лучшее из того, что создано временем Цинцин­ната, тем не менее кажется ему далеким, ложным, мертвым.

Изму­ченный ожида­нием приезда палача, ожида­нием казни, Цинциннат засы­пает. Вдруг его будит посту­ки­вание, какие-то скре­бущие звуки, отчет­ливо слышные в ночной тишине. Судя по звукам, это подкоп. До самого утра Цинциннат прислу­ши­ва­ется к ним.

По ночам звуки возоб­нов­ля­ются, а день за днем к Цинцин­нату явля­ется м-сье Пьер с пошлыми разго­во­рами. Желтая стена дает трещину, развер­за­ется с грохотом, и из черной дыры, давясь смехом, выле­зают м-сье Пьер и Родриг Иванович. М-сье Пьер пригла­шает Цинцин­ната посе­тить его, и тот, не видя иной возмож­ности, ползет по проходу впереди м-сье Пьера в его камеру. М-сье Пьер выра­жает радость по поводу своей завя­зав­шейся дружбы с Цинцин­натом — такова была его первая задача. Затем м-сье Пьер отпи­рает ключиком стоящий в углу большой футляр, в котором оказы­ва­ется широкий топор.

Цинциннат лезет по выры­тому проходу обратно, но вдруг оказы­ва­ется в пещере, а затем через трещину в скале выби­ра­ется на волю. Он видит дымчатый, синий город с окнами, как раска­ленные угольки, и торо­пится вниз. Из-за выступа стены появ­ля­ется Эммочка и ведет его за собой. Сквозь небольшую дверь в стене они попа­дают в темно­ватый коридор и оказы­ва­ются в дирек­тор­ской квар­тире, где в столовой за овальным столом пьют чай семей­ство Родрига Ивано­вича и м-сье Пьер.

Как принято, нака­нуне казни м-сье Пьер и Цинциннат явля­ются с визитом ко всем главным чинов­никам. В честь них устроен пышный обед, в саду пылает иллю­ми­нация: вензель «П» и «Ц» (не совсем, однако, вышедший). М-сье Пьер, по обык­но­вению, в центре внимания, Цинциннат же молчалив и рассеян.

Утром к Цинцин­нату приходит Марфинька, жалуясь, что трудно было добиться разре­шения («Пришлось, конечно, пойти на маленькую уступку, — одним словом, обычная история»). Марфинька расска­зы­вает о свидании с матерью Цинцин­ната, о том, что к ней самой свата­ется сосед, бесхит­ростно пред­ла­гает Цинцин­нату себя («Оставь. Что за вздор», — говорит Цинциннат). Марфиньку манит просу­нутый в приот­крыв­шуюся дверь палец, она исче­зает на три четверти часа, а Цинциннат во время её отсут­ствия думает, что не только не приступил к неот­лож­ному, важному разго­вору с ней, но не может теперь даже выра­зить это важное. Марфинька, разо­ча­ро­ванная свида­нием, поки­дает Цинцин­ната («Я была готова все тебе дать. Стоило стараться»).

Цинциннат садится писать: «Вот тупик тутошней жизни, — и не в её тесных пределах искать спасения». Появ­ля­ется м-сье Пьер и двое ею подручных, в которых почти невоз­можно узнать адво­ката и дирек­тора тюрьмы. Гнедая кляча тащит облу­пив­шуюся коляску с ними вниз, в город. Прослышав о казни, начи­нает соби­раться публика. На площади возвы­ша­ется черв­леный помост эшафота. Цинцин­нату, чтобы до него никто не дотра­ги­вался, прихо­дится почти бежать к помосту. Пока идут приго­тов­ления, он глядит по сторонам: что-то случи­лось с осве­ще­нием, — с солнцем небла­го­по­лучно, и часть неба трясется. Один за другим падают тополя, кото­рыми обса­жена площадь.

Цинциннат сам снимает рубашку и ложится на плаху. Начи­нает считать: «один Цинциннат считал, а другой Цинциннат уже пере­стал слушать удаляв­шийся звон ненуж­ного счета, привстал и осмот­релся». Палач ещё не совсем оста­но­вился, но сквозь его торс просве­чи­вают перила. Зрители совсем прозрачны.

Цинциннат медленно спус­ка­ется и идет по зыбкому сору. За его спиной рушится помост. Во много раз умень­шив­шийся Родриг безуспешно пыта­ется оста­но­вить Цинцин­ната. Женщина в черной шали несет на руках малень­кого палача. Все распол­за­ется и падает, и Цинциннат идет среди пыли и упавших вещей в ту сторону, где, судя по голосам, стоят люди, подобные ему.

Источник:Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1997. — 896 с.





время формирования страницы 2.458 ms