Вор

Краткое содержание рассказа
Читается за 8 минут(ы)

Москва тишала тут, в мест­ности, назы­ва­емой Благуша. Фирсов оглядел окрест­ность и испытал прекрасную и щемящую опусто­шен­ность, знакомую по опыту, когда вот так же раньше, для других книг, созре­вала в нем горсть чело­ве­че­ских судеб.

И тогда Фирсов увидел как наяву, что Николка Зава­рихин приехал в Москву из деревни. Забежал к дяде, затем обошел земляков и узнал, что его капи­талов недо­ста­точно для торго­вого почина в городе.

С горя Зава­рихин загулял в пивной. На эстраду вышла пышная краса­вица, но тут внимание всех посе­ти­телей привлек некий господин в енотовой шубе и такой же дорогой шляпе. За его сдер­жан­но­стью чувство­ва­лась скрытая сила. То был знаме­нитый вор-медве­жатник (специ­а­лист по сейфам) Митя Векшин.

Еще недавно Векшин был, как гово­рили, чуть ли не комис­саром небольшой кава­ле­рий­ской части. Возвы­шение его прервал один случай: Векшин пока­лечил безоруж­ного плен­ного маль­чишку-пору­чика, вслед за тем впал в запой, и секре­тарь полковой ячейки Арташез был вынужден напи­сать на лучшего друга рапорт в полит­отдел дивизии. Векшина отстра­нили от долж­ности и исклю­чили из партии. Когда граж­дан­ская закон­чи­лась, Векшин прибыл в столицу. На приманки нэпа он смотрел с презре­нием укро­ти­теля. Как вдруг пустячная уличная сценка с нэпманшей — на входе в шикарный гастроном разо­детая дамочка хлоп­нула его по руке, ошибочно полагая, что Вершин рвется войти перед ней, — уничто­жила его уверен­ность побе­ди­теля.

К ночи Векшин напился в гадкой трущобе, а вскоре стал корешем шайки. Он пытался уверить себя, что парти­занит против старого мира. Вдвоем с мастером «поез­духи» Васи­лием Васи­лье­вичем они украли чемодан у соседки по купе. В нем оказа­лись женские тряпки, цирковая снасть и фото­графия. По ней-то Митя и понял, что обокрал родную сестру Татьянку, в детстве еще убежавшую из дому и ставшую теперь знаме­нитой воздушной акро­баткой Гелой Вельтон. Все это уста­новил сочи­ни­тель Фирсов.

В векшин­ском прошлом имелся и еще один персонаж — черно­кудрая краса­вица Маша Доло­ма­нова. Вначале у них была детская дружба, возоб­нов­ляв­шаяся каждое лето в пору Машиных каникул. Но с годами зрело между ними совсем другое... и оборва­лось. Несколько лет они не виде­лись.

Потом встреча все же случи­лась. Усталый и чумазый, шел повзрослевший Векшин с работы и встретил неузна­ваемо расцветшую, нарядную Машу под кружевным зонтиком. Девушка сквозь мазут и копоть узнала, оклик­нула Митю, а тот отвер­нулся. Видно, само­любие оказа­лось сильней привя­зан­ности. Не хотел, чтобы думали, что он, голо­дранец, метит зажи­точ­ному Доло­ма­нову в зятья.

Вскоре Митя стал помощ­ником маши­ниста, позна­ко­мился с поли­ти­че­скими партиями. На дне его сундучка неиз­менно лежало так и не пода­ренное Маше дешевое колечко с бирюзой, купленное еще с первого зара­ботка. Но и Маша не забы­вала Митю никогда.

Роковым вечером ранней весны её понесло в непро­лазную глухо­мань. Даже Фирсов не мог понять зачем. Внезапно на берег озера вышел Агей Столяров, знаме­нитый разбойник и убийца, и взял её. Когда Агейка пред­ложил Маше совместную жизнь, она согла­си­лась. Значит, имелось в её страшном женихе что-то достойное, созна­тельно не пока­занное Фирсовым.

Так Маша стала воровкой Манькой Вьюга. И когда встре­ти­лась с Митей, пообе­щала: за то, что отдал её мерз­кому Агею, кото­рого сторо­нятся даже воры, пусть не ждет от нее пощады. Даже колечко с бирюзой её не смяг­чило. Прямо сказала, что сделает из гордого Мити «хуже тех», кого он сейчас прези­рает. Обагрит его невинной кровью. И колечко, сказала, ей приго­дится. Маша только Татьянке призна­лась, что это Митя тогда назначил ей свидание в глуши (чтоб не попался он полиции), а сам не пришел, задер­жав­шись на парт­ра­боте.

Вскоре Митя пошел с Агеем на дело и, лишь когда вскрыл сейф, узнал, что ограбил учре­ждение, где началь­ником был старый друг Арташез. У взло­ман­ного сейфа оста­лась улика — то самое колечко. Но Арташез, узнав колечко, при случае вернул его владельцу.

Николка Зава­рихин тем временем открыл-таки свою торговлю — и влюбился в Гелу Вельтон, то бишь Таню Векшину. А Таня в него. Добрая девушка ясно созна­вала, как не подходит ей этот грубый, напо­ри­стый торгаш. Но она искала опоры. С ней произошло несча­стье: на арене её стал одоле­вать страх разбиться. От Николки же к ней шли сила и уверен­ность.

Как-то ночью, возвра­щаясь от жениха, Таня встре­тила Фирсова и спро­сила напрямик: сколько в его повести оста­лось стра­ничек на её долю?

Сочи­ни­тель заходил и к Маше и произнес бурную речь, объясняя, что его писа­тель­ская власть лишь кажется призрачной, а на самом деле его царство — от мира сего, что он может провести Машу сквозь толпу персо­нажей, дать ей власть решать их судьбы....

Разго­вору их никто не мешал, поскольку Маша при подо­зри­тельных обсто­я­тель­ствах овдо­вела и вселила к себе давно и безна­дежно влюб­лен­ного в нее вора Доньку, то ли на правах тело­хра­ни­теля, то ли приврат­ника. Красавец Донька служил ей как раб, но надежд на будущее не скрывал. Векшина весьма беспо­коило такое Машино сосед­ство, но поде­лать он ничего не мог: засы­пался однажды и вынужден был уехать из Москвы.

Векшин поехал на родину. Разыс­кивая отца (как потом оказа­лось, умер­шего), нега­данно попал на свадьбу свод­ного брата Леонтия. Затем провел несколько бездомных ночей на природе, обду­мывая свою жизнь и земное пред­на­зна­чение. В нем вызревал «образ элек­три­че­ских вожжей, способных не только обуз­дать, но и насы­тить высшим исто­ри­че­ским смыслом... бессмыс­ленно проте­кавшую раньше по низинам истории людскую гущу».

В сложном своем душевном состо­янии Векшин как-то не слишком бурно отре­а­ги­ровал на гибель сестры. Опасения Тани оправ­да­лись: она разби­лась, выполняя свой коронный номер штрабат. Мысли же Мити зани­мала месть сопер­нику, как он стал подо­зре­вать, теперь уже и удач­ли­вому. Он уже забыл, что именно убийцей хотела сделать его мсти­тельная Маша, и задумал хитро­умный вроде бы план уничто­жения Доньки на правилке, то есть воров­ском суде чести.

В фирсов­ской повести живо­писно было расска­зано о том, как после неудав­ше­гося убий­ства Доньки ехал Векшин куда-то в транс­си­бир­скую даль, как вышел на случайном полу­станке, где приютили его лесо­рубы... А на деле его падшему герою пред­стояла совсем иная соци­альная пере­ковка.

То ли сочи­ни­тель описывал житей­ский путь Векшина как зыбкий мост от преступ­ления к просвет­лению, то ли исполь­зовал биографию персо­нажа как болванку для примерки неко­торых своих мыслей «о куль­туре и начинке чело­ве­че­ской...»

Писа­теля Фирсова посе­тила немо­лодая женщина — то была его муза, отси­девшая срок Манька Вьюга. Кое-что расска­зала автору о даль­нейшей судьбе его персо­нажей. Сочи­ни­тель не заметил, когда и как успела она оста­вить букетик под черно­виком эпилога.

Источник:Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1997. — 896 с.





время формирования страницы 3.583 ms