Сашка

Краткое содержание рассказа
Читается за 6 минут(ы)

«Сашка влетел в рощу, крича „немцы! немцы!“, чтоб упре­дить своих». Ротный велел отойти за овраг, там залечь и ни шагу назад. Немцы к тому времени неожи­данно замолкли. И рота, занявшая оборону, тоже притихла в ожидании, что вот-вот пойдёт насто­ящий бой. Вместо этого молодой и какой-то торже­ству­ющий голос стал их моро­чить: «Това­рищи! В районах, осво­бож­дённых немец­кими войсками, начи­на­ется посевная. Вас ждёт свобода и работа. Бросайте оружие, закурим сига­реты...»

Ротный через несколько минут разгадал их игру: это была разведка. И тут же дал приказ «вперёд!».

Сашка хоть и впервые за два месяца, что воевал, столк­нулся так близко с немцем, но страха почему-то не ощущал, а только злость и какой-то охот­ничий раж.

И такое везение: в первом же бою, дуриком, взял «языка». Немец был молодой и курносый. Ротный поба­лакал с ним по-немецки и велел Сашке вести его в штаб. Оказы­ва­ется, фриц ничего важного ротному не сказал. А главное, пере­хит­рили нас немцы: пока наши бойцы слушали немецкую болтовню, немцы уходили, взяв у нас плен­ного.

Немец шёл, часто огля­ды­ваясь на Сашку, видно, боялся, что может выстре­лить ему в спину. Здесь, в роще, по которой они шли, много совет­ских листовок валя­лось. Сашка одну поднял, расправил и дал немцу — пускай поймёт, паразит, что русские над плен­ными не изде­ва­ются. Немец прочёл и буркнул: «Пропа­ганден». Жалко, не знал Сашка немец­кого, пого­ворил бы...

В штабе бата­льона никого из коман­диров не было — всех вызвали в штаб бригады. А к комбату идти Сашке не посо­ве­то­вали, сказав: «Убило вчера Катеньку нашу. Когда хоро­нили, страшно на комбата глядеть было — почернел весь...»

Решил Сашка все же идти к комбату. Тот Сашке с орди­нарцем велел выйти. Слышался из блин­дажа только комбатов голос, а немца словно и не было. Молчит, зараза! А потом комбат вызвал к себе и приказал: немца — в расход. У Сашки потем­нело в глазах. Ведь он же листовку пока­зывал, где напи­сано, что пленным обес­пе­чена жизнь и возвра­щение на родину после войны! И ещё — не пред­ставлял, как будет убивать кого-то.

Сашкины возра­жения ещё больше вывели из себя комбата. Разго­ва­ривая с Сашкой, он уж руку недву­смыс­ленно на ручку ТТ положил. Приказ велел выпол­нить, о выпол­нении доло­жить. А орди­нарец Толик должен был за испол­не­нием просле­дить. Но Сашка не мог убить безоруж­ного. Не мог, и все!

В общем, дого­во­ри­лись с Толиком, что отдаст он ему часы с немца, но сейчас чтоб ушёл. А Сашка решил все же немца вести в штаб бригады. Далеко это и опасно — могут и дезер­тиром посчи­тать. Но пошли...

И тут, в поле, догнал Сашку с фрицем комбат. Оста­но­вился, закурил... Только минуты перед атакой были для Сашки такими же страш­ными. Взгляд капи­тана встретил прямо — ну, стреляй, а прав все равно я... А тот глядел сурово, но без злобы. Докурил и, уже уходя, бросил: «Немца отвести в штаб бригады. Я отменяю свой приказ».

Сашка и ещё двое раненых из ходячих не полу­чили на дорогу продуктов. Только продат­те­статы, отова­рить которые можно будет лишь в Бабине, в двадцати верстах отсюда. Ближе к вечеру Сашка и его попутчик Жора поняли: до Бабина сегодня не добраться.

Хозяйка, к которой посту­ча­лись, ноче­вать пустила, но покор­мить, сказала, нечем. Да и сами, пока шли, видели: деревни в запу­стении. Ни скота не видно, ни лошадей, а о технике и гово­рить нечего. Туго будет колхоз­никам весно­вать.

Утром, проснув­шись рано, задер­жи­ваться не стали. А в Бабине узнали у лейте­нанта, тоже ранен­ного в руку, что прод­пункт здесь был зимой. А сейчас — пере­вели неиз­вестно куда. А они сутки нежрамши! Лейте­нант Володя тоже с ними пошёл.

В ближайшей деревне кину­лись просить еды. Дед ни дать, ни продать продукты не согла­сился, но посо­ве­товал: на поле нако­пать картохи, что с осени оста­лась, и нажа­рить лепёх. Сково­роду и соль дед выделил. И то, что каза­лось несъе­добной гнилью, шло сейчас в горло за милую душу.

Когда мимо карто­фельных полей прохо­дили, видели, как копо­шатся там другие калечные, дымят кострами. Не одни они, значит, так кормятся.

Сашка с Володей присели пере­ку­рить, а Жора вперёд ушёл. И вскоре грохнул впереди взрыв. Откуда? До фронта далеко... Броси­лись бегом по дороге. Жора лежал шагах в десяти, уже мёртвый: видно, за подснеж­ником свернул с дороги...

К сере­дине дня допле­лись до эвако­гос­пи­таля. Заре­ги­стри­ро­вали их, в баню напра­вили. Там бы и остаться, но Володька рвался в Москву — с матерью пови­даться. Решил и Сашка смотаться домой, от Москвы неда­леко.

По пути в селе накор­мили: не было оно под немцем. Но шли все равно тяжело: ведь сто вёрст отто­пали, да раненые, да на таком харче.

Ужинали уже в следу­ющем госпи­тале. Когда ужин принесли — матерок пошёл по нарам. Две ложки каши! За эту надо­евшую пшёнку крупно повздорил Володька с началь­ством, да так, что жалоба на него попала к особисту. Только Сашка взял вину на себя. Что солдату? Дальше пере­довой не пошлют, а туда возвра­щаться все равно. Только посо­ве­товал особист Сашке сматы­ваться побыстрее. А Володьку врачи не отпу­стили.

Пошёл Сашка опять на поле, лепёх карто­фельных на дорогу сотво­рить. Раненых там копо­ши­лось поря­дочно: не хватало ребятам жратвы. И махнул до Москвы. Постоял там на перроне, огля­делся. Наяву ли? Люди в граж­дан­ском, девушки стучат каблуч­ками... будто из другого мира.

Но чем рази­тельней отли­ча­лась эта спокойная, почти мирная Москва от того, что было на пере­довой, тем яснее виде­лось ему его дело там...

Источник:Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1997. — 896 с.


время формирования страницы 3.272 ms