Растратчики

Краткое содержание рассказа
Читается за 6 минут(ы)

Курьер Никита поставил перед глав­бухом Филиппом Степа­но­вичем Прохо­ровым стакан чаю, но не ушел. Ему явно хоте­лось пого­во­рить.

Газеты были полны сооб­ще­ниями о растратах и растрат­чиках и повальном в Москве бегстве их от право­судия. Даже в доме на Мясницкой, где распо­ла­га­ется их контора, из шести учре­ждений пять уже растран­жи­рили денежки. «Одни мы нерас­тра­чен­ными на весь дом оста­лись», — заключил Никита.

Филипп Степа­нович отмах­нулся. Он отли­чался умерен­но­стью и усер­дием в служебных делах, а счетно-финан­совой деятель­но­стью зани­мался со времен окон­чания русско-япон­ской войны. При всем том в его харак­тере была, хотя почти и неза­метная, аван­тю­ри­сти­че­ская жилка. Было и безобидное высо­ко­мерие, родив­шееся давным-давно, когда он прочел в вели­ко­свет­ском романе фразу: «Граф Гвидо вскочил на коня...»

Часа в три главбух заглянул к кассиру Ванечке: завтра надо будет выпла­тить сотруд­никам жало­ванье. Придется сходить в банк и полу­чить тысяч двена­дцать. Никита, услышав это, отпра­вился за сослу­жив­цами. Когда те полу­чили деньги, он потре­бовал выдать зарплату ему и, по дове­рен­ности, убор­щице Серге­евой. Сделать же это удобно в тихой столовой за углом. Выпили пивка и заку­сили. Ванечка сбегал за водкой, так что потом главбух не хотел уже расста­ваться с кассиром и пригласил его к себе домой.

Яниночка, жена, встре­тила нагру­женных куль­ками гуляк отча­янной руганью. Под звон оплеух и визг жены Филипп Степа­нович и Ванечка рину­лись из квар­тиры, наняли извоз­чика и очути­лись на Страстной, откуда уже с деви­цами отпра­ви­лись в ближайшие номера. Наутро, впрочем, друзья просну­лись не в номерах, а в купе поезда, подъ­ез­жа­ю­щего к Ленин­граду. Изабелла расска­зала, что билеты купил неожи­данно появив­шийся Никита, что Ванеч­кина спут­ница сбежала в Клину, но в Ленин­граде ему найдется новая подруга.

Запер­шись в уборной, мужчины пере­счи­тали налич­ность: тысячи трехсот как не бывало. «Что же будет?» — обомлел Ванечка. Главбух, неожи­данно даже для себя, подмигнул: «Ничего не будет. Едем себе и едем». Из глубин памяти выплыло: «Граф Гвидо вскочил на коня...»

В Ленин­граде посе­ли­лись в гости­нице «Гигиена». Изабелла привела обещанную кассиру девицу, кост­лявую, ленивую и чудо­вищно высокую. Вчет­вером они кутили, играли в карты и рулетку. Огромные деньги давали ощущение деше­визны и доступ­ности насла­ждений. Однако хоте­лось «обсле­до­вать» город без спутниц.

Им удалось ускольз­нуть от них и отпра­виться на извоз­чике по Невскому, к Медному всад­нику, на набе­режные, к Зимнему... Филипп Степа­нович был потрясен. Ванечку мучило нетер­пение скорее «дооб­сле­до­вать» город и позна­ко­миться с бывшими княги­нями. Извозчик отвез их в «Бар», что при Евро­пей­ской гости­нице, откуда уже в сопро­вож­дении элегант­ного моло­дого чело­века они отбыли на авто­мо­биле в «высшее обще­ство».

В голубой гостиной особ­няка на Камен­но­ост­ров­ском были гене­ралы в эполетах, дамы, санов­ники, кава­лер­гарды, девушки в бальных платьях. По голу­бому ковру расха­живал импе­ратор Николай Второй. Он поздо­ро­вался и осве­до­мился: «Водки? Пива? Шампан­ского? Или прямо в девятку?»

Филипп Степа­нович покач­нулся и медленно произнес: «Оч-ч-ень приятно. Я граф Гвидо со своим кассиром Ванечкой». Кассир в это время уже знако­мился с девушкой: «Вы, изви­няюсь, княгиня?» — «С вашего позво­ления — княжна».

...Графа Гвидо вызво­лила из особ­няка Изабелла, через подруг вызнавшая, куда увезли её спут­ников. Ванечки же в особ­няке не оказа­лось. Он отпра­вился с княжной, долго колесил по ресто­ранам. В конце концов они оста­но­ви­лись возле дере­вян­ного домика. Спут­ница потре­бо­вала деньги вперед и повела его в каморку. Из-за ситце­вого полога слышался громкий храп. Это спала бедная больная мамочка — княгиня. Девушка потре­бо­вала еще сто червонцев, но до себя так и не допу­стила: «Не прика­сай­тесь, сначала сходите в баню!» Из-за ситцевой зана­вески вышел детина в подштан­никах и вышвырнул кассира на улицу.

В гости­нице «Гигиена» человек, назвав­шийся упол­но­мо­ченным какого-то Цехом­кома, сманил моск­вичей в провинцию: уж если обсле­до­вать, так обсле­до­вать. В поезде зате­я­лась игра в девятку, и главбух продулся бы в дым, но в городе Кали­нове Прохоров и Ванечка сбежали с поезда. В трид­цати верстах была родная деревня кассира. Самогон лился рекой в избе вдовы Клюк­виной, очень скоро, однако, дога­дав­шейся, откуда у сына деньги. Столь же догад­ливым оказался и пред­се­да­тель сель­со­вета. Пришлось бежать. Очну­лись в поезде, невесть куда идущем. Соседом был солид­ного вида, необык­но­венно акку­ратный и обхо­ди­тельный граж­данин — инженер Шольте. Выслушав сето­вания друзей на отсут­ствие достойных обсле­до­вания объектов как в Ленин­граде, так и в провинции, он поин­те­ре­со­вался, много ли у них средств. Двена­дцать тысяч он назвал суммой, на которую можно поло­вину земного шара обсле­до­вать, в том числе Крым и Кавказ. Оказа­лось, что он тоже уже четыре месяца «обсле­дует». Шольте очень удивился, что они так ничего и не пови­дали. Вот сейчас будет Харьков, пусть пере­са­жи­ва­ются на поезд до Минвод и...

У кассы друзья обна­ру­жили, что денег уже нет даже на возвра­щение в Москву. Пришлось продать пальто...

В марте из здания губерн­ского суда под конвоем вывели Филиппа Степа­но­вича и Ванечку. Никите, оказав­ше­муся побли­зости, Ванечка показал расто­пы­ренную пятерню — пять лет.

Источник:Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1997. — 896 с.


время формирования страницы 3.709 ms