Осадное положение

Краткое содержание рассказа
Читается за 10 минут(ы)

Чума захва­ты­вает испан­ский город Кадис и уста­нав­ли­вает в нём свои порядки. Осво­бодит людей только тот, кто преодо­леет страх перед Чумой.

«Осадное поло­жение» — это пред­став­ление в трёх частях. В преди­словии автор указы­вает на своего якобы соав­тора Жана-Луи Барро, кому принад­лежит замысел спек­такля-мифа о чуме. Камю также утвер­ждает, что «это не пьеса с тради­ци­онной струк­турой, но пред­став­ление, где наме­ренно взято за принцип смешения всех драма­ти­че­ских форм выра­жения — от лири­че­ского моно­лога до массовых сцен, включая панто­миму, обычный диалог, фарс и хор».

Первая часть начи­на­ется тревожным знаме­нием: над испан­ским городом Кадисом проле­тела комета. Что озна­чает этот знак? Кто-то уверен, что скоро война, кто-то считает комету пред­ве­стием жары. Однако многие верят, что над Кадисом сгуща­ются тучи, беда близка. Нада, бродячий пьяница, утвер­ждает, что «дело наше плохо уже давно», а скоро будет ещё хуже. «Когда люди начи­нают крушить всё вокруг, в том числе и друг друга, выяс­ня­ется, что Господь Бог, который тоже мастер по этой части, по срав­нению с ними просто дитя».

Диего, моло­дому врачу, неважно, о чём преду­пре­ждает комета, главное — не трусить. Он любит дочь судьи Викторию, соби­ра­ется на ней жениться. Тем временем, губер­натор решает сделать вид, что ничего не случи­лось, ведь «хороший губер­натор — такой губер­натор, в чьё прав­ление ничего не случа­ется», и горо­жанам запре­ща­ются даже малейшие упоми­нания о косми­че­ском знамении. Нада колко подме­чает, что ложь — «это не глупость, это поли­тика». И вот на рыночной площади кипит жизнь, кто-то расхва­ли­вает свои товары, вспо­миная при этом об утренней комете, кто-то неча­янно вспо­ми­нает о знамении в разго­воре, а влюб­ленные Диего и Виктория воркуют. Но вдруг кто-то в толпе неожи­данно падает на землю. Осмотрев боль­ного, Диего с немалым усилием выго­ва­ри­вает неуте­ши­тельный для всего города диагноз — чума.

Во дворце судьи губер­на­тору сооб­щают данные о росте эпидемии, он огорчён, что это случи­лось как раз тогда, когда он соби­рался на охоту. В это же время в церкви люди испо­ве­ду­ются, зама­ли­вают грехи. Диего, не жалея себя, помо­гает больным. Виктория хочет с ним увидеться, но он полон страха перед болезнью, перед смертью.

На сцене появ­ля­ются мужчина и женщина в военной форме. Это Чума, который прого­няет прави­тель­ство и захва­ты­вает власть над Кадисом, и его Секре­тарша, которая вычёр­ки­вает из своего блок­нота имена людей, тем самым убивая их. В городе уста­нав­ли­ва­ются новые порядки: поме­чать дома и людей чёрными звёз­дами чумы, продукты постав­ля­ются только «полезным» для города людям, поощ­ря­ются доносы на больных и зара­жённых, мужчины и женщины должны жить отдельно, и наконец, каждый должен во рту держать кляп. «Какая вам разница, Чума или губер­натор? Госу­дар­ство есть госу­дар­ство» — изре­кает Нада.

Итак, город закры­ва­ется, бежать некуда. Первая часть пьесы закан­чи­ва­ется моно­логом Чумы, где он заяв­ляет, что, царствуя, он внесёт порядок и научит жителей города «умирать орга­ни­зо­ванно», «в адми­ни­стра­тивном порядке».

Чума отдаёт распо­ря­жения, люди продол­жают умирать, Секре­тарша ведёт учёт. Обыч­ному рыбаку теперь нужно полу­чить справку о суще­ство­вании, которую невоз­можно полу­чить без справки о здоровье, которую невоз­можно полу­чить без первой справки. Люди вязнут в бюро­кратии, в бессмыс­ленных бумагах, где всё стано­вится офици­альным вплоть до мотивов брака и причин суще­ство­вания.

Жители Кадиса ничего не пони­мают. «Чем меньше они [люди] будут пони­мать, тем лучше будут подчи­няться» — кредо новой власти. Мужей отправ­ляют чёрт знает куда, зарплаты низкие, дома рекви­зи­руют — в городе полный беспо­рядок, назы­ва­ю­щийся системной орга­ни­за­цией. Пьяный Нада, чьё имя озна­чает Ничто, присо­еди­ня­ется к адми­ни­страции Чумы и Секре­тарши. «Одна хорошая чума лучше двух демо­кратий». Но Диего — сторонник благо­ра­зумия, за что Чума награж­дает его симп­то­мами чумы. Гонимый страхом и отча­я­нием, он врыва­ется в дом Судьи. Тот сразу же хочет его сдать, так как он служит закону. «А если закон преступен? — Если преступ­ление стано­виться законом, оно пере­стаёт быть преступ­ле­нием». Чтоб оста­но­вить Судью, Диего грозиться зара­зить его млад­шего сына, кото­рого также, как и Судья (это ребенок от измены жены), нена­видит и его сестра. Диего стыдно за то, что все они, как и он сам, стали бездуш­ными, и он убегает.

Тем временем Нада и Судья обсуж­дают выборы нового прави­тель­ства, то есть Чумы, который безого­во­рочно выиг­рает, так как все бюлле­тени с голо­сами против анну­ли­ру­ются. «Но вы же сказали, что выборы свободные? — Они и есть свободные... У вас до сих пор было непра­вильное пред­став­ление о свободе». А Диего и Виктория в смятении: он растерян, ничего не пони­мает, она его безумно любит, готова даже умереть в его объя­тиях. Он обни­мает её, желая зара­зить, он не хочет, чтоб красотой его возлюб­ленной насла­жда­лись другие после его смерти, но симп­томы чумы у неё не появ­ля­ются. Она смело его обни­мает. Он пуга­ется и убегает.

На берегу моря Диего встре­чает лодоч­ника, который возит продукты людям, спаса­ю­щи­мися от эпидемии на острове. Диего хочет убежать, но из ниот­куда возни­кает Секре­тарша. Его страх не даёт ему совер­шить заду­манное. Секре­тарша «вычёр­ки­вает» лодоч­ника, из лодки слышится пред­смертный крик. Диего открыто прези­рает Секре­таршу, он ей мил, но для юноши её нена­висть лучше, чем её улыбки. Она расска­зы­вает о своём ремесле, довольно утоми­тельном. Диего заки­пает, он обещает скорый конец новой власти. Эта власть хочет только «убивать, чтобы покон­чить с убий­ством, прибе­гать к насилию, чтобы уста­но­вить спра­вед­ли­вость». Разъ­ярённый, он даёт пощё­чину Секре­тарше. Знаки чумы на теле Диего исче­зают. В меха­низме этой власти есть один изъян — чело­веку доста­точно преодо­леть страх, взбун­то­ваться, и тогда «машина заскрипит». Диего забы­вает о страхе. Небо очища­ется.

Часть третья описы­вает бунт Диего и горожан Кадиса. Теперь Диего руко­водит построй­ками, настра­и­вает людей на мятеж, избавляя их от страха. Но люди колеб­лются. Когда Чума прика­зы­вает вычерк­нуть Диего, Секре­тарша отве­чает, что она бессильна, ведь он пере­стал бояться. Люди выни­мают кляпы. Они выры­вают блокнот у Секре­тарши. Дочь Судьи вычёр­ки­вает чье-то имя, и в доме Судьи разда­ётся звук упав­шего на пол чело­века. Толпа отби­рает у паршивки блокнот и вычёр­ки­вает её. Затем они хотят произ­вести чистку и повы­чёр­ки­вать несколько недо­стойных людей. Чума: «Ну вот! Они сами делают нашу работу!». Диего разры­вает блокнот в клочья.

Но у Чумы есть еще один способ воздей­ствия на Диего. На носилках выносят корча­щуюся в агонии Викторию. Чума пред­ла­гает парню сделку: если Диего согла­сится отсту­пить и отдать город, то болезнь не тронет ни его, ни его любимую. Но Диего твёрдо стоит на своём. Он согласен отдать свою жизнь за жизни всех жителей города и своей возлюб­ленной. И тогда Чума говорит, что парень выдержал последнее испы­тание. «Един­ственное, чему стоит быть верным, это своему презрению». Если бы юноша согла­сился отдать Чуме город, то погиб бы вместе со своей возлюб­ленной. А теперь у города есть все шансы обрести свободу. «Доста­точно одного безумца вроде тебя...». Но сам безумец поги­бает. На теле у Диего появ­ля­ются ужасные знаки чумы. Секре­тарша преоб­ра­жа­ется в старуху-смерть. Она не может забрать Диего сразу, ей не по себе. До чумы она была свободна и случайна, её никто не презирал, но теперь она обязана служить логике и уставу. Она полю­била Диего за то, что он по-своему пожалел её.

Чума уходит. В своём прощальном моно­логе он утвер­ждает, что Бог — анар­хист, что сам он выбрал способ подав­ления, который серьёзней, чем в аду. «Идеал — полу­чить как можно больше рабов с помощью мини­мума правильно отобранных мерт­вецов». «Уничтожив или сломив нужное коли­че­ство людей, мы поставим на колени целые народы». Но Смерть уверена, что востор­же­ство­вать можно над всем, кроме гордости. Как бы ни была упряма чума, чело­ве­че­ская любовь всё же упрямей. Виктория тут же выздо­рав­ли­вает, но Диего падает ниц. Виктория хочет умереть с ним, но она нужна этому миру. Она уверена, — лучше б он продолжал бояться. Диего умирает.

Былое прави­тель­ство возвра­ща­ется. Но вместо того, чтоб опла­ки­вать мёртвых, они награж­дают друг друга орде­нами, устра­и­вают цере­монии. Ворота города распа­хи­ва­ются. Дует сильный ветер. Нада, обра­щаясь к людям, говорит, что «нельзя хорошо жить, чувствуя, что человек — ничто, а божий лик — ужасен». Нада броса­ется в море. Пьеса закан­чи­ва­ется словами Рыбака: «О вода, о море, отече­ство повстанцев, вот твой народ, и он никогда не отступит. Высокий вал, рождённый горечью вод, унесёт навеки ваши города».

Источник:Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1997. — 896 с.





время формирования страницы 3.963 ms