Лысая певица

Краткое содержание рассказа
Читается за 9 минут(ы)

Буржу­азный англий­ский инте­рьер. Англий­ский вечер. Англий­ская супру­же­ская пара — мистер и миссис Смит.

Англий­ские часы отби­вают семна­дцать англий­ских ударов. Миссис Смит говорит о том, что уже девять часов. Она пере­чис­ляет все, что они ели на ужин, и строит гастро­но­ми­че­ские планы на будущее. Она соби­ра­ется купить болгар­ский йогурт, ибо он хорошо действует на желудок, почки, аппен­дицит и «апофеоз» — так сказал доктор Маккензи-Кинг, а ему можно верить, он никогда не пропи­сы­вает сред­ства, которые не испро­бовал на себе. Прежде чем сделать операцию паци­енту, он сначала сам лёг на такую же операцию, хотя был абсо­лютно здоров, и в том, что пациент умер, он не виноват: просто его операция прошла удачно, а операция его паци­ента — неудачно.

Мистер Смит, читая англий­скую газету, пора­жа­ется, почему в рубрике граж­дан­ских состо­яний всегда указы­вают возраст усопших и никогда не указы­вают возраст ново­рож­денных; это кажется ему абсурдным. В газете сказано, что умер Бобби Уотсон. Миссис Смит ахает, но муж напо­ми­нает ей, Что Бобби умер «два года назад», и полтора года назад они были на его похо­ронах. Они обсуж­дают всех членов семьи покой­ного — всех их зовут Бобби Уотсон, даже его жену, поэтому их вечно путали, и только когда Бобби Уотсон умер, стало окон­ча­тельно ясно, кто есть кто.

Появ­ля­ется служанка Смитов — Мэри, которая приятно провела вечер с мужчиной: они ходили в кино, потом пили водку с молоком, а после этого читали газету. Мэри сооб­щает, что Мартины, которых Смиты ждали к ужину, стоят у дверей: они не реша­лись войти и ждали возвра­щения Мэри. Мэри просит Мартинов подо­ждать, пока Смиты, которые уже не наде­я­лись их увидеть, пере­оде­нутся. Сидя друг против друга, Мартины смущенно улыба­ются: кажется, они где-то уже встре­ча­лись, но никак не могут вспом­нить где. Оказы­ва­ется, что оба они родом из Манче­стера и только два месяца назад уехали оттуда. По стран­ному и удиви­тель­ному совпа­дению они ехали в одном и том же поезде, в одном и том же вагоне и в одном и том же купе. В Лондоне оба они, как ни странно, живут на Бром­филд-стрит, в доме номер 19. И еще одно совпа­дение: оба они живут в квар­тире номер 18 и спят на кровати с зеленой периной. Мистер Мартин пред­по­ла­гает, что именно в постели они и встре­ча­лись, возможно даже, что это было вчера ночью. И у них у обоих есть очаро­ва­тельная двух­летняя дочка Алиса, у которой один глаз белый, а другой красный. Мистер Мартин пред­по­ла­гает, что это одна и та же девочка. Миссис Мартин согла­ша­ется, что это вполне возможно, хотя и удиви­тельно. Дональд Мартин долго размыш­ляет и приходит к выводу, что перед ним его жена Элизабет. Супруги раду­ются, что вновь обрели друг друга.

Мэри поти­хоньку откры­вает зрителям один секрет: Элизабет вовсе не Элизабет, а Дональд — не Дональд, потому что дочка Элизабет и дочка Дональда — не одно и то же лицо: у дочки Элизабет правый глаз красный, а левый — белый, а у дочки Дональда — наоборот. Так что несмотря на редкостные совпа­дения, Дональд и Элизабет, не будучи роди­те­лями одного и того же ребенка, не явля­ются Дональдом и Элизабет и заблуж­да­ются, вооб­ражая себя ими. Мэри сооб­щает зрителям, что ее насто­ящее имя — Шерлок Холмс.

Входят супруги Смит, одетые в точности как прежде. После ничего не значащих (и совер­шенно не связанных одна с другой) фраз миссис Мартин расска­зы­вает, что по дороге на рынок видела необы­чайную картину: около кафе один мужчина накло­нился и завя­зывал шнурки. Мистер Мартин наблюдал еще более неве­ро­ятное зрелище: один человек сидел в метро и читал газету. Мистер Смит пред­по­ла­гает, что, быть может, это тот же самый человек.

В дверь звонят. Миссис Смит откры­вает дверь, но за ней никого нет. Как только она снова садится, разда­ется еще один звонок. Миссис Смит снова откры­вает дверь, но за ней опять никого нет. Когда звонят в третий раз, миссис Смит не хочет вста­вать с места, но мистер Смит уверен, что раз в дверь звонят, значит, за дверью кто-то есть. Чтобы не ссориться с мужем, миссис Смит откры­вает дверь и, никого не увидев, приходит к выводу, что когда в дверь звонят, там никогда никого нет. Услышав новый звонок, мистер Смит откры­вает сам. За дверью стоит Капитан пожарной команды. Смиты расска­зы­вают ему о возникшем споре. Миссис Смит говорит, что кто-то оказался за дверью только в четвертый раз, а счита­ются только первые три раза. Все пыта­ются выяс­нить у Пожар­ника, кто же звонил первые три раза. Пожарник отве­чает, что стоял за дверью сорок пять минут, никого не видел и сам звонил только два раза: в первый раз он спря­тался для смеха, во второй раз — вошел. Пожарник хочет прими­рить супругов. Он считает, что оба они отчасти правы: когда звонят в дверь, иногда там кто-то есть, а иногда никого нет.

Миссис Смит пригла­шает Пожар­ника поси­деть с ними, но он пришел по делу и торо­пится. Он спра­ши­вает, не горит ли у них что-нибудь; ему дан приказ тушить все пожары в городе. К сожа­лению, ни у Смитов, ни у Мартинов ничего не горит. Пожарник жалу­ется на то, что его работа нерен­та­бельна: прибыли почти никакой. Все взды­хают: везде одно и то же: и в коммерции, и в сель­ском хозяй­стве. Сахар, правда, есть, да и то потому, что его ввозят из-за границы. С пожа­рами сложнее — на них огромная пошлина. Мистер Мартин сове­тует Пожар­нику наве­даться к векфил­дскому священ­нику, но Пожарник объяс­няет, что не имеет права тушить пожары у духовных лиц.

Видя, что торо­питься некуда. Пожарник оста­ется у Смитов в гостях и расска­зы­вает анек­доты из жизни. Он расска­зы­вает басню о собаке, которая не прогло­тила свой хобот потому, что думала, что она слон, историю теленка, объев­ше­гося толче­ного стекла и родив­шего корову, которая не могла назы­вать его «мама», потому что он был мальчик, и не могла назы­вать его «папа», потому что он был маленький, отчего теленку пришлось жениться на одной особе. Остальные тоже по очереди расска­зы­вают анек­доты. Пожарник расска­зы­вает длинную бессмыс­ленную историю, в сере­дине которой все запу­ты­ва­ются и просят повто­рить, но Пожарник боится, что у него уже не оста­лось времени. Он спра­ши­вает, который час, но этого никто не знает: у Смитов неверные часы, которые из духа проти­во­речия всегда пока­зы­вают прямо проти­во­по­ложное время. Мэри просит разре­шения тоже расска­зать анекдот. Мартины и Смиты возму­ща­ются: служанке не пристало вмеши­ваться в разго­воры хозяев. Пожарник, увидев Мэри, радостно броса­ется ей на шею: оказы­ва­ется, они давно знакомы. Мэри читает стихи в честь Пожар­ника, пока Смиты не вытал­ки­вают ее из комнаты. Пожар­нику пора уходить: через три четверти часа и шест­на­дцать минут на другом конце города должен начаться пожар. Перед уходом Пожарник спра­ши­вает, как пожи­вает лысая певица, и, услышав от миссис Смит, что у нее все та же прическа, успо­ко­енно проща­ется со всеми и уходит.

Миссис Мартин говорит: «Я могу купить перо­чинный ножик своему брату, но вы не можете купить Ирландию своему дедушке». Мистер Смит отве­чает: «Мы ходим ногами, но обогре­ва­емся элек­три­че­ством и углем». Мистер Мартин продол­жает: «Кто взял меч, тот и забил мяч». Миссис Смит учит: «Жизнь следует наблю­дать из окна вагона». Посте­пенно обмен репли­ками приоб­ре­тает все более нервозный характер: «Какаду, какаду, какаду...» — «Как иду, так иду, как иду, так иду...» — «Я иду по ковру, по ковру...» — «Ты идешь, пока врешь, пока врешь...» — «Кактус, крокус, кок, кокарда, кука­реку!» — «Чем больше рыжиков, тем меньше коче­рыжек!» Реплики стано­вятся все коро-че, все орут друг другу в уши. Свет гаснет. В темноте все быстрее и быстрее слышится: «Э-то-не-там-э-то-ту-да...» Вдруг все замол­кают, Снова зажи­га­ется свет. Мистер и миссис Мартин сидят, как Смиты в начале пьесы. Пьеса начи­на­ется снова, причем Мартины слово в слово повто­ряют реплики Смитов.

Занавес опус­ка­ется.

Источник:Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1997. — 896 с.





время формирования страницы 5.084 ms