Иду на грозу

Краткое содержание рассказа
Читается за 9 минут(ы)

Спокойное течение рабо­чего утра в лабо­ра­тории № 2 нарушил внезапный приход шефа члена-корре­спон­дента А. Н. Голи­цына. Он сделал разносы сотруд­никам, а затем ворч­ливым голосом велел, чтоб Сергей Крылов подал заяв­ление на долж­ность начлаба. Воца­ри­лась тишина. Счита­лось, что вакансию пред­стоит занять Агатову. У него была репу­тация посред­ствен­ного ученого, но непло­хого орга­ни­за­тора. К Крылову же в это утро зашел инсти­тут­ский прия­тель — блиста­тельный Олег Тулин, веселый, общи­тельный красавец и талант­ливый ученый. Он приехал в Москву доби­ваться разре­шения на иссле­до­вание с само­лета, очень риско­ванное. Генерал Южин разрешил с большим скрипом, но все равно у Тулина было ощущение, что иначе случиться все-таки не могло — удача всегда сопут­ство­вала ему. А вот Крылову — не сопут­ство­вала. Пока Тулин был у гене­рала, често­лю­бивый Агатов провел небольшую интригу, и в резуль­тате Крылов ушел из инсти­тута. Это крушение у Сергея было далеко не первым. Оформив расчет, он поехал туда, где проводил зимой иссле­до­ва­тель­ские работы. Вместе с ним на озере рабо­тала Наташа. Тогда Сергею хоте­лось, чтобы все, случив­шееся между ними, оста­лось просто приятным случаем. Теперь он знал, что без Наташи не может. Но на месте узнал, что Наташа Рома­нова, забрав сына, ушла от мужа, довольно извест­ного худож­ника. Адреса её не имел никто. У Крылова, в проти­во­по­лож­ность Тулину, всегда все шло через пень-колоду. На первом курсе он еле тянул по всем пред­метам, и к нему прикре­пили отлич­ника Тулина. Сергей прекло­нялся перед способ­но­стями Олега, Олег же с радо­стью опекал нового друга. У Сергея проснулся интерес к науке. К концу третьего курса Крылова исклю­чили (он повздорил с одним доцентом), несмотря на защиту Тулина, который был тогда комсо­моль­ским вожаком. Старшая сестра того же Тулина устроила Крылова к себе на завод контро­лером ОТК, Здесь голова его была свободна, и он обду­мывал несколько глобальных физи­че­ских проблем. Това­рищи по работе и обще­житию считали его чудиком. Но пере­стали, когда главный конструктор завода Гатенян взял его в свое бюро. Крылов стал печа­таться в техни­че­ском журнале, о нем стали пого­ва­ри­вать на заводе, проро­чили быструю и блестящую карьеру. Гатенян орга­ни­зовал Крылову доклад на семи­наре в инсти­туте физики. После этого парень подал заяв­ление об уходе. Там, в инсти­туте, он впервые понял, что такое насто­ящие ученые. Они каза­лись ему сонмом богов. Сидя верхом на обычных стульях, куря заурядные сига­реты, они пере­ки­ды­ва­лись фразами, смысл которых он мог бы понять лишь спустя часы напря­женных раздумий. Юпитером среди этих богов был Данкевич. Со временем Крылов стал у Данке­вича старшим лабо­рантом, потом научным сотруд­ником, и ему дали само­сто­я­тельную тему. Он сидел, окру­женный прибо­рами, включал, выключал, настра­ивал — беспре­рывно работал. Для счастья ему больше ничего нужно не было.

Но посте­пенно Крылову стало казаться, что его шеф зама­хи­ва­ется на большее, чем-то, что в состо­янии достичь, что работа зашла в тупик и они никогда не добьются резуль­татов. Попро­бовал объяс­ниться. Сообщил, что хотел бы заняться атмо­сферным элек­три­че­ством. «Не знал, что вас инте­ре­сует быстрый успех», — сказал Дан и подписал Крылову харак­те­ри­стику для годовой круго­светной экспе­диции на геофи­зи­че­ском корабле. Когда Сергей вернулся, то узнал, что его девушка Лена выходит замуж и что Данкевич умер, а гипо­тезы Дана блестяще оправ­да­лись, открывая огромные возмож­ности. В этой новой ситу­ации замди­рек­тора инсти­тута Лагунов стал возить Крылова с одного важного сове­щания на другое. Пред­став­лять солидным людям в каче­стве ученика Данке­вича... Впереди вновь забрез­жила возмож­ность сделать карьеру... Но когда прие­хавший из Москвы Голицын, корифей в области атмо­сфер­ного элек­три­че­ства, сообщил ему, что неза­долго перед кончиной Дан просил его взять на работу Крылова, сказав, что тот оставил утвер­жденную и начатую диссер­тацию. Они славно рабо­тали с Голи­цыным — до того момента, когда старик пред­ложил ему долж­ность начлаба и после­довал ход от Агатова. Расста­вание с Голи­цыным — и Крылов снова оказался не у дел. Опять помог Тулин: позвал рабо­тать к себе, в ново­утвер­жденном экспе­ри­менте по управ­лению грозой. Крылов коле­бался: многое в работе Олега каза­лось ему сырым и бездо­ка­за­тельным. Но риск­нуть все же стоило. И они поле­тели на юг с группой сотруд­ников.

Грозовое облако срав­ни­вают с элек­три­че­ской машиной, обычным гене­ра­тором. Но у облака нет проводов, и непо­нятно, как оно «вклю­ча­ется» и почему оста­нав­ли­ва­ется. Рабо­тать мешал кури­ро­вавший работы Агатов — он кате­го­ри­чески запрещал входить в грозовое облако. Формально он был прав, но вне облака полу­чить реша­ющие резуль­таты пред­став­ля­лось сложным. В какой-то момент Тулину пона­до­би­лось уехать на деловое свидание. Руко­во­дить полетом должен был Крылов. Уехал Тулин с Женей, и влюб­ленный в девушку член их группы Ричард сидел безучастный, с оста­но­вив­ши­мися глазами. Потом Крылов отчет­ливо вспомнил, что, вопреки инструкции, парашют у парня валялся на кресле.

Сводка была совер­шенно благо­по­лучная. В полете Агатов заметил, что у приборов, с кото­рыми он работал, сели батареи, и пере­ключил их на питание от батарей грозо­ука­за­теля. Указа­тель пона­до­биться не мог. Ведь они не имели права захо­дить в грозу. Гроза внезапно нале­тела с запада и замкну­лась. Указа­тель не работал, пилот не мог сори­ен­ти­ро­ваться. Люди стали выбра­сы­ваться с пара­шю­тами. Ричард кинулся вытас­ки­вать кассеты с запи­сями приборов и заметил отвин­ченный разъем питания указа­теля... В салоне оста­лись лишь он да Агатов. Агатов ударил аспи­ранта ногой и почув­ствовал, как рука Ричарда, держав­шаяся за лямки его пара­шюта, разжа­лась. Тогда он подтя­нулся к люку и пере­валил через край. На следу­ющий день после похорон Ричарда приле­тела комиссия по рассле­до­ванию. Крылов, по мнению многих, держался глупо — дока­зывал, что указа­тель должен был срабо­тать, доби­вался продол­жения работ. Тулин же от темы отка­зался. Всеобщее сочув­ствие было на его стороне — такой талант­ливый, пере­жи­вает, а этот Крылов... Тулину стали сочув­ство­вать ещё сильнее, когда стало известно, что Крылов пошел против него. Кстати, многие считали, что и аварии бы никакой не было, полети в тот день Тулин, счаст­ливчик и везунчик.

Лагунов требовал отдать Крылова под суд. Южину было обидно, что Тулин, в кото­рого он так поверил, раскис. Это Тулин должен был держаться стойко, а не этот простак Крылов. Тему закрыли. Счаст­лив­чика Тулина взяли на работы по спут­никам. А Крылов, как ни странно, продолжал рабо­тать над закрытой темой. На прощание его везучий друг попы­тался ему втол­ко­вать: началь­ство не разрешит продол­жать экспе­ри­мент. Ах, Крылова инте­ре­сует только наука? Но в самом лучшем случае все придется начи­нать с самого нуля. Ладно, он, Тулин, попозже вытащит его из очередной лужи. Крылов же теперь ясно понимал, что его бывший друг пошел на компро­мисс, потому что ему нужен успех, признание, слава, — как будто для ученого недо­ста­точно науч­ного резуль­тата. Каждый день Крылов садился рабо­тать. Време­нами было безна­дежно, но вскоре многое прояс­ни­лось. Тогда он показал резуль­таты Голи­цыну. Вскоре стало известно, что академик Лихов, Голицын и кое-кто ещё требуют восста­нов­ления экспе­ри­мента. А потом было дано, подпи­сано, утвер­ждено и заве­рено разре­шение. Крылов узнал, что в экспе­диции встре­тится с Наташей. А потом случайно встретил Голи­цына. Тот поин­те­ре­со­вался: как ваши дела? «Чудно, — сказал Крылов, — отличная группа подби­ра­ется». — Кто же? " — спросил Голицын. «Я, один я. Зато крепкий, спаянный коллектив». «И ещё Ричард», — подумал он.

Источник:Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1997. — 896 с.




время формирования страницы 2.921 ms