Илиада

Краткое содержание рассказа
Читается за 13 минут(ы)

Мифы боль­шин­ства народов — это мифы прежде всего о богах. Мифы Древней Греции — исклю­чение: в большей и лучшей части их расска­зы­ва­ется не о богах, а о героях. Герои — это сыновья, внуки и правнуки богов от смертных женщин; они совер­шали подвиги, очищали землю от чудовищ, нака­зы­вали злодеев и тешили свою силу в междо­усобных войнах. Когда Земле стало от них тяжело, боги сделали так, чтобы они сами пере­били друг друга в самой великой войне — Троян­ской: «...и у стен Илиона / Племя героев погибло — свер­ши­лася Зевсова воля».

«Илион», «Троя» — два названия одного и того же могу­чего города в Малой Азии, возле берега Дарда­нелл. По первому из этих имен великая грече­ская поэма о Троян­ской войне назы­ва­ется «Илиада». До нее в народе суще­ство­вали только короткие устные песни о подвигах героев вроде былин или баллад. Большую поэму из них сложил леген­дарный слепой певец Гомер, и сложил очень искусно: выбрал только один эпизод из долгой войны и развернул его так, что в нем отра­зился весь геро­и­че­ский век. Этот эпизод — «гнев Ахилла», вели­чай­шего из послед­него поко­ления грече­ских героев.

Троян­ская война длилась десять лет. В поход на Трою собра­лись десятки грече­ских царей и вождей на сотнях кораблей с тыся­чами воинов: пере­чень их имен зани­мает в поэме несколько страниц. Главным вождем был силь­нейший из царей — прави­тель города Аргос Агамемнон; с ним были брат его Менелай (ради кото­рого и нача­лась война), могучий Аякс, пылкий Диомед, хитро­умный Одиссей, старый мудрый Нестор и другие; но самым храбрым, сильным и ловким был юный Ахилл, сын морской богини Фетиды, кото­рого сопро­вождал друг его Патрокл. Троян­цами же правил седой царь Приам, во главе их войска стоял доблестный сын Приама Гектор, при нем брат его Парис (из-за кото­рого и нача­лась война) и много союз­ников со всей Азии. Сами боги участ­во­вали в войне: троянцам помогал среб­ро­лукий Аполлон, а грекам — небесная царица Гера и мудрая воитель­ница Афина. Верховный же бог, громо­вержец Зевс, следил за битвами с высо­кого Олимпа и вершил свою волю.

Нача­лась война так. Справ­ля­лась свадьба героя Пелея и морской богини Фетиды — последний брак между богами и смерт­ными. (Это тот самый брак, от кото­рого родился Ахилл.) На пиру богиня раздора бросила золотое яблоко, пред­на­зна­ченное «прекрас­нейшей». Из-за яблока заспо­рили трое: Гера, Афина и богиня любви Афро­дита. Зевс приказал рассу­дить их спор троян­скому царе­вичу Парису. Каждая из богинь обещала ему свои дары: Гера обещала сделать его царем над всем миром, Афина — героем и мудрецом, Афро­дита — мужем краси­вейшей из женщин. Парис отдал яблоко Афро­дите. После этого Гера с Афиной и стали вечными врагами Трои. Афро­дита же помогла Парису обольстить и увезти в Трою краси­вейшую из женщин — Елену, дочь Зевса, жену царя Менелая. Когда-то к ней свата­лись лучшие бога­тыри со всей Греции и, чтобы не пере­ссо­риться, сгово­ри­лись так: пусть сама выберет, кого хочет, а если кто попро­бует отбить ее у избран­ника, все остальные пойдут на него войной. (Каждый наде­ялся, что избран­ником будет он.) Тогда Елена выбрала Менелая; теперь же ее отбил у Менелая Парис, и все бывшие ее женихи пошли на него войной. Только один, самый молодой, не сватался к Елене, не участ­вовал в общем уговоре и шел на войну только для того, чтобы блес­нуть добле­стью, явить силу и стяжать славу. Это был Ахилл. Так чтобы по-преж­нему никто из богов не вмеши­вался в битву. Троянцы продол­жают свой натиск, во главе их — Гектор и Сарпедон, сын Зевса, последний из сыновей Зевса на земле. Ахилл из своего шатра холодно наблю­дает, как бегут греки, как подсту­пают троянцы к самому их лагерю: вот-вот они подо­жгут грече­ские корабли. Гера с вышины тоже видит бегство греков и в отча­янии реша­ется на обман, чтобы отвлечь суровое внимание Зевса. Она пред­стает перед ним в волшебном поясе Афро­диты, возбуж­да­ющем любовь, Зевс вспы­хи­вает стра­стью и соеди­ня­ется с нею на вершине Иды; золотое облако окуты­вает их, а земля вокруг расцве­тает шафраном и гиацин­тами. За любовью приходит сон, и, пока Зевс спит, греки соби­ра­ются с духом и приоста­нав­ли­вают троянцев. Но сон недолог; Зевс пробуж­да­ется, Гера дрожит перед его гневом, а он говорит ей: «Умей терпеть: все будет по-твоему и греки победят троянцев, но не раньше, чем Ахилл усмирит гнев и выйдет в бой: так обещал я богине Фетиде».

Но Ахилл еще не готов «сложить гнев», и на помощь грекам вместо него выходит друг его Патрокл: ему больно смот­реть на това­рищей в беде. Ахилл дает ему своих воинов, свои доспехи, которых привыкли бояться троянцы, свою колес­ницу, запря­женную вещими конями, умею­щими гово­рить и прори­цать. «Отрази троянцев от лагеря, спаси корабли, — говорит Ахилл, — но не увле­кайся пресле­до­ва­ньем, не подвергай себя опас­ности! О, пусть бы погибли все и греки и троянцы, — мы бы с тобою одни вдвоем овла­дели бы Троей!» И впрямь, увидев доспехи Ахилла, троянцы дрог­нули и пово­ро­тили вспять; и тогда-то Патрокл не удер­жался и бросился их пресле­до­вать. Навстречу ему выходит Сарпедон, сын Зевса, и Зевс, глядя с высоты, колеб­лется: «Не спасти ли сына?» — а недобрая Гера напо­ми­нает:

«Нет, пусть свер­шится судьба!» Сарпедон рушится, как горная сосна, вокруг его тела заки­пает бой, а Патрокл рвется дальше, к воротам Трои. «Прочь! — кричит ему Аполлон, — не суждено Трою взять ни тебе, ни даже Ахиллу». Тот не слышит; и тогда Аполлон, окутав­шись тучей, ударяет его по плечам, Патрокл лиша­ется сил, роняет щит, шлем и копье, Гектор наносит ему последний удар, и Патрокл, умирая, говорит: «Но и сам ты падешь от Ахилла!»

До Ахилла доле­тает весть: Патрокл погиб, в его, Ахил­ловых, доспехах красу­ется Гектор, друзья с трудом вынесли из битвы мертвое тело героя, торже­ству­ющие троянцы пресле­дуют их по пятам. Ахилл хочет броситься в бой, но он безоружен; он выходит из шатра и кричит, и крик этот так страшен, что троянцы, содрог­нув­шись, отсту­пают. Опус­ка­ется ночь, и всю ночь Ахилл опла­ки­вает друга и грозит троянцам страшным отмще­ньем; а тем временем по просьбе матери его, Фетиды, хромой бог-кузнец Гефест в своей медной кузнице выко­вы­вает для Ахилла новое дивное оружие. Это панцирь, шлем, поножи и щит, а на щите изоб­ражен целый мир: солнце и звезды, земля и море, мирный город и воюющий город, в мирном городе суд и свадьба, пред воюющим городом засада и битва, а вокруг — сель­щина, пахота, жатва, паст­бище, вино­градник, дере­вен­ский праздник и пляшущий хоровод, а посре­дине его — певец с лирою.

Насту­пает утро, Ахилл обла­ча­ется в боже­ственные доспехи и созы­вает грече­ское войско на сходку. Гнев его не угас, но теперь он обращен не на Агамем­нона, а на тех, кто погубил его друга, — на троянцев и Гектора. Агамем­нону он пред­ла­гает прими­рение, и тот с досто­ин­ством его прини­мает: «Зевс и Судьба осле­пили меня, а сам я невинен». Брисеида возвра­щена Ахиллу, богатые дары внесены в его шатер, но Ахилл почти на них не смотрит: он рвется в бой, он хочет мстить.

Насту­пает четвертая битва. Зевс снимает запреты: пусть сами боги бьются, за кого хотят! Ратница Афина сходится в бою с неистовым Аресом, державная Гера — с лучницей Арте­мидой, морской Посейдон должен сойтись с Апол­лоном, но тот оста­нав­ли­вает его печаль­ными словами: «Нам ли с тобой воевать из-за смерт­ного рода людского? / Листьям недолгим в дубраве подобны сыны чело­вечьи: / Ныне цветут они в силе, а завтра лежат безды­ханны. / Распри с тобой не хочу я: пускай они сами враж­дуют!..»

Ахилл страшен. Он схва­тился с Энеем, но боги вырвали Энея из его рук: Энею не судьба пасть от Ахилла, он должен пере­жить и Ахилла, и Трою. Разъ­яренный неудачей, Ахилл губит троянцев без счета, трупы их загро­мож­дают реку, речной бог Скамандр напа­дает на него, захле­стывая валами, но огненный бог Гефест усми­ряет речного.

Уцелевшие троянцы толпами бегут спасаться в город; Гектор один, во вчерашних Ахил­ловых доспехах, прикры­вает отступ­ление. На него нале­тает Ахилл, и Гектор обра­ща­ется в бегство, вольное и невольное: он боится за себя, но хочет отвлечь Ахилла от других. Три раза обегают они город, а боги смотрят на них с высот. Вновь Зевс колеб­лется: «Не спасти ли героя?» — но Афина ему напо­ми­нает:

«Пусть свер­шится судьба». Вновь Зевс подни­мает весы, на которых лежат два жребия — на этот раз Гекторов и Ахиллов. Чаша Ахилла взле­тела ввысь, чаша Гектора накло­ни­лась к подзем­ному царству. И Зевс дает знак: Апол­лону — поки­нуть Гектора, Афине — прийти на помощь Ахиллу. Афина удер­жи­вает Гектора, и он сходится с Ахиллом лицом к лицу. «Обещаю, Ахилл, — говорит Гектор, — если я тебя убью, то сниму с тебя доспехи, а тела не трону; обещай мне то же и ты». «Нет места обеща­ньям: за Патрокла я сам растерзаю тебя и напьюсь твоей крови!» — кричит Ахилл. Копье Гектора ударяет в Гефе­стов щит, но тщетно; копье Ахилла ударяет в Гекто­рово горло, и герой падает со словами: «Бойся мести богов: и ты ведь падешь вслед за мною». «Знаю, но прежде — ты!» — отве­чает Ахилл. Он привя­зы­вает тело убитого врага к своей колес­нице и гонит коней вокруг Трои, глумясь над погибшим, а на город­ской стене плачет о Гекторе старый Приам, плачет вдовица Андро­маха и все троянцы и троянки.

Патрокл отомщен. Ахилл устра­и­вает другу пышное погре­бение, убивает над его телом двена­дцать троян­ских плен­ников, справ­ляет поминки. Каза­лось бы, гнев его должен утих­нуть, но он не утихает. Трижды в день Ахилл гонит свою колес­ницу с привя­занным телом Гектора вокруг Патро­клова кургана; труп давно бы разбился о камни, но его незримо оберегал Аполлон. Наконец вмеши­ва­ется Зевс — через морскую Фетиду он объяв­ляет Ахиллу: «Не свиреп­ствуй сердцем! ведь и тебе уже не долго оста­лось жить. Будь чело­вечен: прими выкуп и отдай Гектора для погре­бения». И Ахилл говорит: «Пови­нуюсь».

Ночью к шатру Ахилла приходит дряхлый царь Приам; с ним — повозка, полная выкупных даров. Сами боги дали ему пройти через грече­ский лагерь неза­ме­ченным. Он припа­дает к коленям Ахилла: «Вспомни, Ахилл, о твоем отце, о Пелее! Он так же стар; может быть, и его теснят враги; но ему легче, потому что он знает, что ты жив, и наде­ется, что ты вернешься. Я же одинок: из всех моих сыновей надеждою мне был только Гектор — и вот его уже нет. Ради отца пожалей меня, Ахилл: вот я целую твою руку, от которой пали мои дети». «Так говоря, он печаль об отце возбудил в нем и слезы — / Оба запла­кали громко, в душе о своих вспо­миная: / Старец, простер­шись у ног Ахилла, — о Гекторе храбром, / Сам же Ахилл — то о милом отце, то о друге Патрокле».

Равное горе сбли­жает врагов: только теперь зати­хает долгий гнев в Ахил­ловом сердце. Он прини­мает дары, отдает Приаму тело Гектора и обещает не трево­жить троянцев, пока они не предадут своего героя земле. Рано на заре возвра­ща­ется Приам с телом сына в Трою, и начи­на­ется опла­ки­вание: плачет над Гектором старая мать, плачет вдова Андро­маха, плачет Елена, из-за которой нача­лась когда-то война. Зажи­га­ется погре­бальный костер, останки соби­рают в урну, урну опус­кают в могилу, над могилой насы­пают курган, по герою справ­ляют поми­нальный пир. «Так воителя Гектора Трои сыны погре­бали» — этой строчкой закан­чи­ва­ется «Илиада».

До конца Троян­ской войны оста­ва­лось еще немало событий. Троянцы, потеряв Гектора, уже не осме­ли­ва­лись выхо­дить за город­ские стены. Но на помощь им прихо­дили и бились с Гектором другие, все более дальние народы: из Малой Азии, из сказочной земли амазонок, из дальней Эфиопии. Самым страшным был вождь эфиопов, черный исполин Мемнон, тоже сын богини; он сразился с Ахиллом, и Ахилл его ниспро­верг. Тогда-то и бросился Ахилл на приступ Трои — тогда-то и погиб он от стрелы Париса, которую направил Аполлон. Греки, потеряв Ахилла, уже не наде­я­лись взять Трою силой — они взяли ее хитро­стью, заставив троянцев ввезти в город дере­вян­ного коня, в котором сидели грече­ские витязи. Об этом потом расскажет в своей «Энеиде» римский поэт Вергилий. Троя была стерта с лица земли, а уцелевшие грече­ские герои пусти­лись в обратный путь.

Источник:Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1997. — 896 с.


время формирования страницы 4.191 ms