Русский человек на рандеву

Краткое содержание рассказа
Читается за 7 минут(ы)

«Русский человек на rendez-vous» отно­сится к публи­ци­стике и имеет подза­го­ловок «Размыш­ления по прочтении повести г. Турге­нева „Ася“». При этом в статье Черны­шев­ский даёт более широкую картину, связанную с совре­менным ему русским обще­ством, а именно — с образом «поло­жи­тель­ного героя» пове­стей и романов, который в ряде ситу­аций прояв­ляет неожи­данные отри­ца­тельные свой­ства харак­тера (нере­ши­тель­ность, трусость). Прежде всего, эти черты прояв­ля­ются в любви и личных отно­ше­ниях.

Заглавие статьи напрямую связано с поводом её напи­сания. Пищей для размыш­лений послу­жила неод­но­значная ситу­ация в повести «Ася», когда девушка проявила реши­тель­ность и сама назна­чила герою свидание («rendez-vous»).

В первых же строках — впечат­ления от сцены свидания в повести «Ася», когда главный герой (воспри­ни­ма­емый чита­телем повести как «поло­жи­тельный» и даже «идеальный») говорит девушке, пришедшей на свидание с ним: «Вы передо мною вино­ваты, вы меня запу­тали в непри­ят­ности и я должен прекра­тить мои отно­шения к вам». «Что это такое?» — Воскли­цает Черны­шев­ский. — «Чем она вино­вата? Разве тем, что считала его поря­дочным чело­веком? Компро­ме­ти­ро­вала его репу­тацию тем, что пришла на свидание с ним? Этот человек дряннее отъяв­лен­ного негодяя».

Далее автор подвер­гает анализу любовную линию ряда произ­ве­дений Турге­нева («Фауст», «Рудин») для того, чтобы понять, ошибся автор в своём герое или нет (повесть «Ася»), и приходит к выводу, что в произ­ве­де­ниях Турге­нева главный персонаж, олице­тво­ря­ющий «идеальную сторону», в любовных делах ведёт себя как «жалкий негодяй». «В „Фаусте“ герой стара­ется обод­рить себя тем, что ни он, ни Вера не имеют друг к другу серьез­ного чувства. Он держит себя так, что Вера сама должна сказать ему, что любит его. <...> В „Рудине“ дело конча­ется тем, что оскорб­ленная девушка отво­ра­чи­ва­ется от него (Рудина), едва ли не стыдясь своей любви к трусу».

Черны­шев­ский задаёт вопрос: «Может быть, эта жалкая черта в харак­тере героев — особен­ность пове­стей г. Турге­нева?» — И сам же отве­чает: «Но вспом­ните любой хороший, верный жизни рассказ какого угодно из нынешних наших поэтов. Если в рассказе есть идеальная сторона, будьте уверены, что пред­ста­ви­тель этой идеальной стороны посту­пает точно так же, как лица г. Турге­нева». Для того, чтобы аргу­мен­ти­ро­вать свою точку зрения, автор для примера анали­зи­рует пове­дение глав­ного героя поэмы Некра­сова «Саша»: «Натол­ковал Саше, что „не следует слабеть душою“, потому что „солнышко правды взойдет над землею“ и что надобно действо­вать для осуществ­ления своих стрем­лений, а потом, когда Саша прини­ма­ется за дело, он говорит, что все это напрасно и ни к чему не поведет, что он „болтал пустое“. Он точно так же пред­по­чи­тает всякому реши­тель­ному шагу отступ­ление». Возвра­щаясь к анализу повести «Ася», Черны­шев­ский делает вывод: «Таковы-то наши лучшие люди».

Затем автор неожи­данно заяв­ляет о том, что героя осуж­дать не стоит, и начи­нает гово­рить о себе и своём миро­вос­при­ятии: «Я стал доволен всем, что ни вижу около себя, ни на что не сержусь, ничем не огор­чаюсь (кроме неудач в делах, лично для меня выгодных), ничего и никого в мире не осуждаю (кроме людей, нару­ша­ющих мои личные выгоды), ничего не желаю (кроме собственной пользы), — словом сказать, я расскажу вам, как я сделался из желч­ного мелан­хо­лика чело­веком до того прак­ти­че­ским и благо­на­ме­ренным, что даже не удив­люсь, если получу награду за свою благо­на­ме­рен­ность». Далее Черны­шев­ский прибе­гает к развёр­ну­тому проти­во­по­став­лению «беды» и «вины»: «Разбойник зарезал чело­века, чтобы огра­бить его, и находит в том пользу себе — это вина. Неосто­рожный охотник неча­янно ранил чело­века и сам первый мучится несча­стием, которое сделал — это уж не вина, а просто беда». То, что проис­ходит с героем повести «Ася» — беда. Он не полу­чает выгоды и удоволь­ствия от ситу­ации, когда влюб­лённая в него девушка стре­мится быть вместе с ним, а он идёт на попятную: «Бедный молодой человек совер­шенно не пони­мает того дела, участие в котором прини­мает. Дело ясно, но он одержим таким тупо­умием, кото­рого не в силах обра­зу­мить очевид­нейшие факты». Далее автор приводит ряд примеров из текста, когда Ася иноска­за­тельно, но очень явно давала «нашему Ромео» понять, что она на самом деле испы­ты­вает — однако он не понял. «За что мы так сурово анали­зи­руем нашего героя? Чем он хуже других? Чем он хуже нас всех?»

Черны­шев­ский размыш­лает о счастье и умении не упустить возмож­ность быть счаст­ливым (что не удаётся герою повести «Ася»): «Счастье в древней мифо­логии пред­став­ля­лось как женщина с длинной косой, разве­ва­емой впереди ее ветром, несущим эту женщину; легко поймать ее, пока она подле­тает к вам, но пропу­стите один миг — она пролетит, и напрасно погна­лись бы вы ловить ее: нельзя схва­тить ее, остав­шись позади. Невоз­вратен счаст­ливый миг. Не пропу­стить благо­при­ятную минуту — вот высо­чайшее условие житей­ского благо­ра­зумия. Счаст­ливые обсто­я­тель­ства бывают для каждого из нас, но не каждый умеет ими поль­зо­ваться».

В завер­шение статьи Черны­шев­ский приводит развёр­нутую алле­горию, когда в ситу­ации долго длящейся и изну­ри­тельной судебной тяжбы слушание откла­ды­ва­ется на день. «Что мне теперь делать, пусть скажет каждый из вас: умно ли будет мне поспе­шить к моему против­нику для заклю­чения мировой? Или умно будет проле­жать на своем диване един­ственный оста­ю­щийся мне день? Или умно будет наки­нуться с грубыми руга­тель­ствами на благо­при­ят­ству­ю­щего мне судью, друже­ское предуве­дом­ление кото­рого давало мне возмож­ность с честью и выгодой для себя покон­чить мою тяжбу?»

Статья закан­чи­ва­ется цитатой из еван­гелия: «Старайся прими­риться с своим против­ником, пока не дошли вы с ним до суда, а иначе отдаст тебя противник судье, а судья отдаст тебя испол­ни­телю приго­воров, и будешь ты ввергнут в темницу и не выйдешь из нее, пока не распла­тишься за все до последней мелочи» (Матф., глава V, стих. 25 и 26).

Источник:Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1997. — 896 с.


время формирования страницы 3.78 ms