Вишневый сад

Краткое содержание рассказа
Читается за 10 минут(ы)

Имение поме­щицы Любови Андре­евны Ранев­ской. Весна, цветут вишневые деревья. Но прекрасный сад скоро должен быть продан за долги. Последние пять лет Ранев­ская и её семна­дца­ти­летняя дочь Аня прожили за границей. В имении оста­ва­лись брат Ранев­ской Леонид Андре­евич Гаев и её приемная дочь, двадца­ти­че­ты­рех­летняя Варя. Дела у Ранев­ской плохи, средств почти не оста­лось. Любовь Андре­евна всегда сорила день­гами. Шесть лет назад от пьян­ства умер её муж. Ранев­ская полю­била другого чело­века, сошлась с ним. Но вскоре траги­чески погиб, утонув в реке, её маленький сын Гриша. Любовь Андре­евна, не в силах пере­нести горя, бежала за границу. Любовник после­довал за ней. Когда он заболел, Ранев­ской пришлось посе­лить его на своей даче возле Ментоны и три года за ним ухажи­вать. А потом, когда пришлось продать за долги дачу и пере­ехать в Париж, он обобрал и бросил Ранев­скую.

Гаев и Варя встре­чают Любовь Андре­евну и Аню на станции. Дома их ждут горничная Дуняша и знакомый купец Ермолай Алек­се­евич Лопахин. Отец Лопа­хина был крепостным Ранев­ских, сам он разбо­гател, но говорит о себе, что остался «мужик мужиком». Приходит конторщик Епиходов, человек, с которым посто­янно что-нибудь случа­ется и кото­рого прозвали «двадцать два несча­стья».

Наконец подъ­ез­жают экипажи. Дом напол­ня­ется людьми, все в приятном возбуж­дении. Каждый говорит о своем. Любовь Андре­евна разгля­ды­вает комнаты и сквозь слезы радости вспо­ми­нает прошлое. Горничной Дуняше не терпится расска­зать барышне о том, что ей сделал пред­ло­жение Епиходов. Сама Аня сове­тует Варе выйти за Лопа­хина, а Варя мечтает выдать Аню за бога­того чело­века. Гувер­нантка Шарлотта Ивановна, странная и эксцен­тричная особа, хвалится своей удиви­тельной собакой, сосед помещик Симеонов-Пищик просит денег взаймы. Почти ничего не слышит и все время бормочет что-то старый верный слуга Фирс.

Лопахин напо­ми­нает Ранев­ской о том, что имение скоро должно быть продано с торгов, един­ственный выход — разбить землю на участки и отдать их в аренду дачникам. Ранев­скую пред­ло­жение Лопа­хина удив­ляет: как можно выру­бить её любимый заме­ча­тельный вишневый сад! Лопа­хину хочется подольше остаться с Ранев­ской, которую он любит «больше, чем родную», но ему пора уходить. Гаев обра­ща­ется с привет­ственной речью к столет­нему «много­ува­жа­е­мому» шкафу, но потом, скон­фу­женный, вновь начи­нает бессмыс­ленно произ­но­сить излюб­ленные бильярдные словечки.

Ранев­ская не сразу узнает Петю Трофи­мова: так он изме­нился, подурнел, «милый студентик» превра­тился в «вечного студента». Любовь Андре­евна плачет, вспо­миная своего малень­кого утонув­шего сына Гришу, учителем кото­рого был Трофимов.

Гаев, остав­шись наедине с Варей, пыта­ется рассуж­дать о делах. Есть богатая тетка в Ярославле, которая, правда, их не любит: ведь Любовь Андре­евна вышла замуж не за дворя­нина, да и вела себя не «очень добро­де­тельно». Гаев любит сестру, но все-таки назы­вает её «порочной», что вызы­вает недо­воль­ство Ани. Гаев продол­жает строить проекты: сестра попросит денег у Лопа­хина, Аня поедет в Ярославль — словом, они не допу­стят, чтобы имение было продано, Гаев даже клянется в этом. Ворч­ливый Фирс наконец уводит барина, как ребенка, спать. Аня спокойна и счаст­лива: дядя все устроит.

Лопахин не пере­стает угова­ри­вать Ранев­скую и Гаева принять его план. Они втроем завтра­кали в городе и, возвра­щаясь, оста­но­ви­лись в поле у часовни. Только что здесь же, на той же скамье, Епиходов пробовал объяс­ниться с Дуняшей, но та уже пред­почла ему моло­дого цинич­ного лакея Яшу. Ранев­ская и Гаев словно не слышат Лопа­хина и говорят совсем о других вещах. Так ни в чем и не убедив «легко­мыс­ленных, неде­ловых, странных» людей, Лопахин хочет уйти. Ранев­ская просит его остаться: с ним «все-таки веселее».

Приходят Аня, Варя и Петя Трофимов. Ранев­ская заводит разговор о «гордом чело­веке». По мнению Трофи­мова, в гордости нет смысла: грубому, несчаст­ному чело­веку нужно не восхи­щаться собой, а рабо­тать. Петя осуж­дает интел­ли­генцию, не способную к труду, тех людей, кто важно фило­соф­ствует, а с мужи­ками обра­ща­ется, как с живот­ными. В разговор всту­пает Лопахин: он как раз рабо­тает «с утра до вечера», имея дело с круп­ными капи­та­лами, но все больше убеж­да­ется, как мало вокруг поря­дочных людей. Лопахин не дого­ва­ри­вает, его пере­би­вает Ранев­ская. Вообще все здесь не хотят и не умеют слушать друг друга. Насту­пает тишина, в которой слышится отда­ленный печальный звук лопнувшей струны.

Вскоре все расхо­дятся. Остав­шиеся наедине Аня и Трофимов рады возмож­ности пого­во­рить вдвоем, без Вари. Трофимов убеж­дает Аню, что надо быть «выше любви», что главное — свобода: «вся Россия наш сад», но чтобы жить в насто­ящем, нужно сначала стра­да­нием и трудом иску­пить прошлое. Счастье близко: если не они, то другие обяза­тельно увидят его.

Насту­пает двадцать второе августа, день торгов. Именно в этот вечер, совсем некстати, в усадьбе зате­ва­ется бал, приглашен еврей­ский оркестр. Когда-то здесь танце­вали гене­ралы и бароны, а теперь, как сетует Фирс, и почтовый чиновник да начальник станции «не в охотку идут». Гостей развле­кает своими фоку­сами Шарлотта Ивановна. Ранев­ская с беспо­кой­ством ожидает возвра­щения брата. Ярослав­ская тетка все же прислала пятна­дцать тысяч, но их недо­ста­точно, чтобы выку­пить имение.

Петя Трофимов «успо­ка­и­вает» Ранев­скую: дело не в саде, с ним давно покон­чено, надо взгля­нуть правде в глаза. Любовь Андре­евна просит не осуж­дать её, пожа­леть: ведь без вишне­вого сада её жизнь теряет смысл. Каждый день Ранев­ская полу­чает теле­граммы из Парижа. Первое время она рвала их сразу, потом — сначала прочитав, теперь уже не рвет. «Этот дикий человек», кото­рого она все-таки любит, умоляет её прие­хать. Петя осуж­дает Ранев­скую за любовь к «мелкому негодяю, ничто­же­ству». Сердитая Ранев­ская, не сдер­жав­шись, мстит Трофи­мову, называя его «смешным чудаком», «уродом», «чистюлей»: «Надо самому любить... надо влюб­ляться!» Петя в ужасе пыта­ется уйти, но потом оста­ется, танцует с Ранев­ской, попро­сившей у него прощения.

Наконец появ­ля­ются скон­фу­женный, радостный Лопахин и усталый Гаев, который, ничего не рассказав, тут же уходит к себе. Вишневый сад продан, и купил его Лопахин. «Новый помещик» счастлив: ему удалось превзойти на торгах богача Дери­га­нова, дав сверх долга девя­носто тысяч. Лопахин подни­мает ключи, брошенные на пол гордой Варей. Пусть играет музыка, пусть все увидят, как Ермолай Лопахин «хватит топором по вишне­вому саду»!

Аня утешает плачущую мать: сад продан, но впереди целая жизнь. Будет новый сад, роскошнее этого, их ждет «тихая глубокая радость»...

Дом опустел. Его обита­тели, простив­шись друг с другом, разъ­ез­жа­ются. Лопахин соби­ра­ется на зиму в Харьков, Трофимов возвра­ща­ется в Москву, в универ­ситет. Лопахин и Петя обме­ни­ва­ются колко­стями. Хотя Трофимов и назы­вает Лопа­хина «хищным зверем», необ­хо­димым «в смысле обмена веществ», он все-таки любит в нем «нежную, тонкую душу». Лопахин пред­ла­гает Трофи­мову деньги на дорогу. Тот отка­зы­ва­ется: над «свободным чело­веком», «в первых рядах идущим» к «высшему счастью», никто не должен иметь власти.

Ранев­ская и Гаев даже пове­се­лели после продажи вишне­вого сада. Раньше они волно­ва­лись, стра­дали, а теперь успо­ко­и­лись. Ранев­ская соби­ра­ется пока жить в Париже на деньги, присланные теткой. Аня вооду­шев­лена: начи­на­ется новая жизнь — она закончит гимназию, будет рабо­тать, читать книги, перед ней откро­ется «новый чудесный мир». Неожи­данно появ­ля­ется запы­хав­шийся Симеонов-Пищик и вместо того, чтобы просить денег, наоборот, раздает долги. Оказа­лось, что на его земле англи­чане нашли белую глину.

Все устро­и­лись по-разному. Гаев говорит, что теперь он банков­ский служака. Лопахин обещает найти новое место Шарлотте, Варя устро­и­лась экономкой к Рагу­линым, Епиходов, нанятый Лопа­хиным, оста­ется в имении, Фирса должны отпра­вить в боль­ницу. Но все же Гаев с грустью произ­носит: «Все нас бросают... мы стали вдруг не нужны».

Между Варей и Лопа­хиным должно, наконец, произойти объяс­нение. Уже давно Варю дразнят «мадам Лопа­хина». Варе Ермолай Алек­се­евич нравится, но сама она не может сделать пред­ло­жение. Лопахин, тоже прекрасно отзы­ва­ю­щийся о Варе, согласен «покон­чить сразу» с этим делом. Но, когда Ранев­ская устра­и­вает их встречу, Лопахин, так и не решив­шись, поки­дает Варю, восполь­зо­вав­шись первым же пред­логом.

«Пора ехать! В дорогу!» — с этими словами из дома уходят, запирая все двери. Оста­ется только старый Фирс, о котором, каза­лось бы, все забо­ти­лись, но кото­рого так и забыли отпра­вить в боль­ницу. Фирс, вздыхая, что Леонид Андре­евич поехал в пальто, а не в шубе, ложится отдох­нуть и лежит непо­движно. Слышится тот же звук лопнувшей струны. «Насту­пает тишина, и только слышно, как далеко в саду топором стучат по дереву».

Источник:Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1997. — 896 с.





время формирования страницы 3.227 ms