Дуель

Краткое содержание рассказа
Читается за 12 минут(ы)

В городке на берегу Черного моря во время купания бесе­дуют два прия­теля. Иван Андре­евич Лаев­ский, молодой человек лет двадцати восьми, делится тайнами своей личной жизни с военным доктором Самой­ленко. Два года назад он сошелся с замужней женщиной, они бежали из Петер­бурга на Кавказ, говоря себе, что начнут там новую трудовую жизнь. Но городок оказался скучным, люди неин­те­рес­ными, трудиться на земле в поте лица Лаев­ский не умел и не желал, и поэтому с первого дня он почув­ствовал себя банк­ротом. В своих отно­ше­ниях с Надеждой Федо­ровной он уже не видит ничего, кроме лжи, жить с нею теперь выше его сил. Он мечтает бежать назад, на север. Но и разой­тись с ней нельзя: у нее нет родных, нет денег, рабо­тать она не умеет. Есть еще одна слож­ность: пришло изве­стие о смерти ее мужа, что озна­чает для Лаев­ского и Надежды Федо­ровны возмож­ность венчаться. Добрый Самой­ленко именно это и сове­тует сделать прия­телю.

Все, что говорит и делает Надежда Федо­ровна, Лаев­скому кажется ложью или похожим на ложь. За завтраком он еле сдер­жи­вает свое раздра­жение, даже то, как она глотает молоко, вызы­вает в нем тяжелую нена­висть. Желание поскорее выяс­нить отно­шения и бежать теперь не отпус­кает его. Лаев­ский привык нахо­дить объяс­нения и оправ­дания своей жизни в чьих-нибудь теориях, в лите­ра­турных типах, срав­ни­вает себя с Онегиным и Печо­риным, с Анной Каре­ниной, с Гамлетом. Он готов то обви­нять себя в отсут­ствии руко­во­дящей идеи, признать себя неудач­ником и лишним чело­веком, то оправ­ды­ва­ется перед собой. Но как раньше он верил в спасение от пустоты жизни на Кавказе, так теперь считает, что стоит ему бросить Надежду Федо­ровну и уехать в Петер­бург, как он заживет куль­турной интел­ли­гентной, бодрой жизнью.

Самой­ленко держит у себя нечто вроде табль­дота, у него столу­ются молодой зоолог фон Корен и только что окон­чивший семи­нарию Победов. За обедом разговор заходит о Лаев­ском. Фон Корен говорит, что Лаев­ский так же опасен для обще­ства, как холерная микроба. Он развра­щает жителей городка тем, что открыто живет с чужой женой, пьет и спаи­вает других, играет в карты, множит долги, ничего не делает и притом оправ­ды­вает себя модными теориями о наслед­ствен­ности, вырож­дении и прочем. Если такие, как он, размно­жатся, чело­ве­че­ству, циви­ли­зации угро­жает серьезная опас­ность. Поэтому Лаев­ского для его же пользы следо­вало бы обез­вре­дить. «Во имя спасения чело­ве­че­ства мы должны сами поза­бо­титься об уничто­жении хилых и негодных», — холодно говорит зоолог.

Смеш­ливый дьякон хохочет, ошелом­ленный же Самой­ленко может только сказать: «Если людей топить и вешать, то к черту твою циви­ли­зацию, к черту чело­ве­че­ство! К черту!»

В воскре­сенье утром Надежда Федо­ровна идет купаться в самом празд­ничном настро­ении. Она нравится себе, уверена, что все встречные мужчины любу­ются ею. Она чувствует себя вино­ватой перед Лаев­ским. За эти два года она наде­лала долгов в лавке Ачми­а­нова рублей на триста и все не собра­лась сказать об этом. Кроме того, уже дважды она прини­мала у себя поли­цей­ского пристава Кири­лина. Но Надежда Федо­ровна радостно думает, что в ее измене душа не участ­во­вала, она продол­жает любить Лаев­ского, а с Кири­линым уже все порвано. В купальне она бесе­дует с пожилой дамой Марьей Констан­ти­новной Битю­говой и узнает, что вечером местное обще­ство устра­и­вает пикник на берегу горной речки. По дороге на пикник фон Корен расска­зы­вает дьякону о своих планах отпра­виться в экспе­дицию по побе­режью Тихого и Ледо­ви­того океанов; Лаев­ский, едущий в другой коляске, бранит кавказ­ские пейзажи. Он посто­янно чувствует непри­язнь к себе фон Корена и жалеет, что поехал на пикник. У горного духана тата­рина Кербалая компания оста­нав­ли­ва­ется.

Надежда Федо­ровна в шалов­ливом настро­ении, ей хочется хохо­тать, драз­нить, кокет­ни­чать. Но пресле­до­вания Кири­лина и совет моло­дого Ачми­а­нова осте­ре­гаться того омра­чают ее радость. Лаев­ский, утом­ленный пикником и нескры­ва­емой нена­ви­стью фон Корена, срывает свое раздра­жение на Надежде Федо­ровне и назы­вает ее кокеткой. На обратном пути фон Корен призна­ется Самой­ленко, что у него рука бы не дрог­нула, поручи ему госу­дар­ство или обще­ство уничто­жить Лаев­ского.

Дома, после пикника, Лаев­ский сооб­щает Надежде Федо­ровне о смерти ее мужа и, чувствуя себя дома как в тюрьме, уходит к Самой­ленко. Он умоляет прия­теля помочь, дать взаймы триста рублей, обещает все устроить с Надеждой Федо­ровной, поми­риться с матерью. Самой­ленко пред­ла­гает поми­риться и с фон Кореном, но Лаев­ский говорит, что это невоз­можно. Может быть, он и протянул бы ему руку, но фон Корен отвер­нулся бы с презре­нием. Ведь это натура твердая, деспо­тичная. И идеалы у него деспо­ти­че­ские. Люди для него — щенки и ничто­же­ства, слишком мелкие для того, чтобы быть целью его жизни. Он рабо­тает, поедет в экспе­дицию, свернет себе там шею не во имя любви к ближ­нему, а во имя таких абстрактов, как чело­ве­че­ство, будущие поко­ления, идеальная порода людей... Он велел бы стре­лять во всякого, кто выходит за круг нашей узкой консер­ва­тивной морали, и все это во имя улуч­шения чело­ве­че­ской породы... Деспоты всегда были иллю­зи­о­ни­стами. С увле­че­нием Лаев­ский говорит, что ясно видит свои недо­статки и сознает их. Это поможет ему воскрес­нуть и стать другим чело­веком, и этого возрож­дения и обнов­ления он страстно ждет.

Через три дня после пикника к Надежде Федо­ровне приходит взвол­но­ванная Марья Констан­ти­новна и пред­ла­гает ей быть ее свахой. Но венчание с Лаев­ским, чувствует Надежда Федо­ровна, сейчас невоз­можно. Она не может сказать Марье Констан­ти­новне всего: как запу­та­лись ее отно­шения с Кири­линым, с молодым Ачми­а­новым. От всех пере­жи­ваний у нее начи­на­ется сильная лихо­радка.

Лаев­ский чувствует себя вино­ватым перед Надеждой Федо­ровной. Но мысли об отъезде в ближайшую субботу настолько овла­дели им, что у Самой­ленко, пришед­шего прове­дать больную, он спра­ши­вает только о том, смог ли тот достать денег. Но денег пока нет. Самой­ленко решает попро­сить сто рублей у фон Корена. Тот, после спора, согла­ша­ется дать деньги для Лаев­ского, но только при условии, что он уедет не один, а вместе с Надеждой Федо­ровной.

На другой день, в четверг, в гостях у Марьи Констан­ти­новны, Самой­ленко говорит Лаев­скому об условии, постав­ленном фон Кореном. Гости, в их числе фон Корен, играют в почту. Лаев­ский, маши­нально участвуя в игре, думает о том, как много ему прихо­дится и еще придется лгать, какая гора лжи мешает ему начать новую жизнь. Чтобы пере­ско­чить ее в один раз, а не лгать по частям, нужно решиться на какую-то крутую меру, но он чувствует, что для него это невоз­можно. Ехидная записка, посланная, очевидно, фон Кореном, вызы­вает у него исте­ри­че­ский припадок. Придя в себя, вечером, как обычно, он уходит играть в карты.

По пути из гостей к дому Надежду Федо­ровну пресле­дует Кирилин. Он угро­жает ей скан­далом, если она не даст ему сегодня же свидания. Надежде Федо­ровне он противен, она умоляет отпу­стить ее, но в конце концов усту­пает. За ними, неза­ме­ченный, следит молодой Ачми­анов.

На следу­ющий день Лаев­ский идет к Самой­ленко, чтобы взять у него денег, так как оста­ваться в городе после исте­рики стыдно и невоз­можно. Застает он только фон Корена. Следует короткий разговор; Лаев­ский пони­мает, что тот знает о его планах. Он остро чувствует, что зоолог нена­видит его, прези­рает и изде­ва­ется над ним и что он самый злейший и непри­ми­римый враг его. Когда приходит Самой­ленко, Лаев­ский в нервном припадке обви­няет его в том, что он не умеет хранить чужие тайны, и оскорб­ляет фон Корена. Фон Корен как будто ждал этого выпада, он вызы­вает Лаев­ского на дуэль. Самой­ленко безуспешно пыта­ется их поми­рить.

В вечер нака­нуне дуэли Лаев­ским сначала владеет нена­висть к фон Корену, потом, за вином и картами, он стано­вится беспечен, потом им овла­де­вает беспо­кой­ство. Когда молодой Ачми­анов ведет его к какому-то домику и там он видит Кири­лина, а рядом с ним Надежду Федо­ровну, все чувства словно исче­зают у него из души.

Фон Корен в этот вечер на набе­режной бесе­дует с дьяконом о различном пони­мании учения Христа. В чем должна заклю­чаться любовь к ближ­нему? В устра­нении всего, что так или иначе вредит людям и угро­жает им опас­но­стью в насто­ящем или будущем, считает зоолог. Опас­ность чело­ве­че­ству грозит со стороны нрав­ственно и физи­чески ненор­мальных, и их следует обез­вре­дить, то есть уничто­жить. Но где критерии для разли­чения, ведь возможны ошибки? — спра­ши­вает дьякон. Нечего бояться промо­чить ноги, когда угро­жает потоп, отве­чает зоолог.

Лаев­ский в ночь перед дуэлью прислу­ши­ва­ется к грозе за окном, пере­би­рает в памяти свое прошлое, видит в нем только ложь, чувствует свою вину в падении Надежды Федо­ровны и готов умолять ее о прощении. Если бы можно было вернуть прошлое, он нашел бы Бога и спра­вед­ли­вость, но это так же невоз­можно, как зака­тив­шуюся звезду вернуть опять на небо. Прежде чем ехать на дуэль, он идет в спальню к Надежде Федо­ровне. Она с ужасом глядит на Лаев­ского, но он, обняв ее, пони­мает, что эта несчастная, порочная женщина для него един­ственный близкий, родной и неза­ме­нимый человек. Садясь в коляску, он хочет вернуться домой живым.

Дьякон, выйдя рано утром, чтобы увидеть поединок, размыш­ляет, за что могут Лаев­ский и фон Корен нена­ви­деть друг друга и драться на дуэли? Не лучше ли им спуститься пониже и напра­вить нена­висть и гнев туда, где стоном гудят целые улицы от грубого неве­же­ства, алчности, попреков, нечи­стоты... Сидя в полосе куку­рузы, он видит, как прие­хали против­ники и секун­данты. Из-за гор вытя­ги­ва­ются два зеленых луча, восходит солнце. Правил дуэли никто не знает точно, вспо­ми­нают описания поединков у Лермон­това, у Турге­нева... Лаев­ский стре­ляет первым; боясь, как бы пуля не попала в фон Корена, делает выстрел в воздух. Фон Корен направ­ляет дуло писто­лета прямо в лицо Лаев­ского. «Он убьет его!» — отча­янный крик дьякона застав­ляет того промах­нуться.

Проходит три месяца. В день своего отъезда в экспе­дицию фон Корен в сопро­вож­дении Самой­ленко и дьякона идет к пристани. Проходя мимо дома Лаев­ского, они говорят о проис­шедшей с ним пере­мене. Он женился на Надежде Федо­ровне, с утра до вечера рабо­тает, чтобы выпла­тить долги... Решив войти в дом, фон Корен протя­ги­вает руку Лаев­скому. Он не изменил своих убеж­дений, но признает, что ошибся отно­си­тельно своего бывшего против­ника. Никто не знает насто­ящей правды, говорит он. Да, никто не знает правды, согла­ша­ется Лаев­ский.

Он смотрит, как лодка с фон Кореном преодоле­вает волны, и думает: так и в жизни... В поисках правды люди делают два шага вперед, шаг назад... И кто знает? Быть может, доплывут до насто­ящей правды...

Источник:Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1997. — 896 с.




время формирования страницы 3.543 ms