Добрый человек из Сычуани

Краткое содержание рассказа
Читается за 11 минут(ы)

Главный город провинции Сычуань, в котором обоб­щены все места на земном шаре и любое время, в которое человек эксплу­а­ти­рует чело­века, — вот место и время действия пьесы.

Пролог. Вот уже два тыся­че­летия не прекра­ща­ется вопль: так дальше продол­жаться не может! Никто в этом мире не в состо­янии быть добрым! И обес­по­ко­енные боги поста­но­вили: мир может оста­ваться таким, как есть, если найдется доста­точно людей, способных жить достойной чело­века жизнью. А чтобы прове­рить это, три виднейших бога спус­ка­ются на землю. Быть может, водонос Ван, первым встре­тивший их и угостивший водой (он, кстати, един­ственный в Сычуани, кто знает, что они боги), достойный человек? Но его кружка, заме­тили боги, с двойным дном. Добрый водонос — мошенник! Простейшая проверка первой добро­де­тели — госте­при­им­ства — расстра­и­вает их: ни в одном из богатых домов: ни у госпо­дина Фо, ни у госпо­дина Чена, ни у вдовы Су — не может Ван найти для них ночлег. Оста­ется одно: обра­титься к прости­тутке Шен Де, она ведь не может отка­зать никому. И боги проводят ночь у един­ствен­ного доброго чело­века, а наутро, распро­щав­шись, остав­ляют Шен Де наказ оста­ваться такой же доброй, а также хорошую плату за ночлег: ведь как быть доброй, когда все так дорого!

I. Боги оста­вили Шен Де тысячу сереб­ряных долларов, и она купила себе на них маленькую табачную лавку. Но сколько нужда­ю­щихся в помощи оказы­ва­ется рядом с тем, кому улыб­ну­лась удача: бывшая владе­лица лавки и прежние хозяева Шен Де — муж и жена, её хромой брат и бере­менная невестка, племянник и племян­ница, старик дедушка и мальчик, — и всем нужна крыша над головой и еда. «Спасенья маленькая лодка / Тотчас же идет на дно. / Ведь слишком много тонущих / Схва­ти­лись жадно за борта».

А тут столяр требует сто сереб­ряных долларов, которые не запла­тила ему прежняя хозяйка за полки, а домо­вла­де­лице нужны реко­мен­дации и пору­чи­тель­ство за не слишком респек­та­бельную Шен Де. «За меня пору­чится двою­родный брат, — говорит она. — И за полки распла­тится он же».

II. И наутро в табачной лавке появ­ля­ется Шой Да, двою­родный брат Шен Де. Реши­тельно прогнав неза­дач­ливых родствен­ников, умело вынудив столяра взять всего двадцать сереб­ряных долларов, Преду­смот­ри­тельно подру­жив­шись с поли­цей­ским, он улажи­вает дела своей слишком доброй кузины.

III. А вечером в город­ском парке Шен Де встре­чает безра­бот­ного летчика Суна. Летчик без само­лета, почтовый летчик без почты. Что ему делать на свете, даже если он прочел в пекин­ской школе все книги о полетах, даже если он умеет поса­дить на землю самолет, точно это его собственный зад? Он как журавль со сломанным крылом, и нечего ему делать на земле. Веревка наго­тове, а дере­вьев в парке сколько угодно. Но Шен Де не дает ему пове­ситься. Жить без надежды — творить зло. Безна­дежна Песня водо­носа, прода­ю­щего воду во время дождя: «Гром гремит, и дождик льется, / Ну, а я водой торгую, / А вода не прода­ется / И не пьется ни в какую. / Я кричу: „Воды купите!“ / Но никто не поку­пает. / В мой карман за эту воду / Ничего не попа­дает! / Купите воды, собаки!»

И Шен Де поку­пает кружку воды для своего люби­мого Ян Суна.

IV. Возвра­щаясь после ночи, прове­денной с любимым, Шен Де впервые видит утренний город, бодрый и дарящий веселье. Люди сегодня добры. Старики, торговцы коврами из лавки напротив, дают милой Шен Де в долг двести сереб­ряных долларов — будет чем распла­титься с домо­вла­де­лицей за полгода. Чело­веку, который любит и наде­ется, ничто не трудно. И когда мать Суна госпожа Ян расска­зы­вает, что за огромную сумму в пятьсот сереб­ряных долларов сыну пообе­щали место, она с радо­стью отдает ей деньги полу­ченные от стариков. Но откуда взять ещё триста? Есть лишь один выход — обра­титься к Шой Да. Да, он слишком жесток и хитер. Но ведь летчик должен летать!

Интер­медии. Шен Де входит, держа в руках маску и костюм Шой Да, и поет «Песню о беспо­мощ­ности богов и добрых людей»: «Добрые у нас в стране / Добрыми не могут оста­ваться. / Чтобы добраться с ложкою до чашки, / Нужна жесто­кость. / Добрые беспо­мощны, а боги бессильны. / Почему не заяв­ляют боги там, в эфире, / Что время дать всем добрым и хорошим / Возмож­ность жить в хорошем, добром мире?»

V. Умный и осмот­ри­тельный Шой Да, глаза кото­рого не слепит любовь, видит обман. Ян Суна не пугают жесто­кость и подлость: пусть обещанное ему место — чужое, и у летчика, кото­рого уволят с него, большая семья, пусть Шен Де расста­нется с лавкой, кроме которой у нее ничего нет, а старики лишатся своих двухсот долларов и поте­ряют жилье, — лишь бы добиться своего. Такому нельзя дове­рять, и Шой Да ищет опору в богатом цирюль­нике, готовом жениться на Шен Де. Но разум бессилен, где действует любовь, и Шен Де уходит с Суном: «Я хочу уйти с тем, кого люблю, / Я не хочу обду­мы­вать, хорошо ли это. / Я не хочу знать, любит ли он меня. / Я хочу уйти с тем, кого люблю».

VI. В маленьком дешевом ресто­ране в пред­ме­стье гото­вятся к свадьбе Ян Суна и Шен Де. Невеста в подве­нечном наряде, жених в смокинге. Но цере­мония все никак не начнется, и бонза посмат­ри­вает на часы — жених и его мать ждут Шой Да, который должен принести триста сереб­ряных долларов. Ян Сун поет «Песню о дне святого Никогда»: «В этот день берут за глотку зло, / В этот день всем бедным повезло, / И хозяин и батрак / Вместе шествуют в кабак / В день святого Никогда / Тощий пьет у жирного в гостях. / Мы уже не в силах больше ждать. / Потому-то и должны нам дать, / Людям тяжкого труда, / День святого Никогда, / День святого Никогда, / День, когда мы будем отды­хать».

«Он уже никогда не придет», — говорит госпожа Ян. Трое сидят, и двое из них смотрят на дверь.

VII. На тележке около табачной лавки скудный скарб Шен Де — лавку пришлось продать, чтобы вернуть долг старикам. Цирюльник Шу Фу готов помочь: он отдаст свои бараки для бедняков, которым помо­гает Шен Де (там все равно нельзя держать товар — слишком сыро), и выпишет чек. А Шен Де счаст­лива: она почув­ство­вала в себе буду­щего сына — летчика, «нового заво­е­ва­теля / Недо­ступных гор и неве­домых обла­стей!» Но как уберечь его от жесто­кости этого мира? Она видит малень­кого сына столяра, который ищет еду в помойном ведре, и клянется, что не успо­ко­ится, пока не спасет своего сына, хотя бы его одного. Настало время вновь превра­титься в двою­род­ного брата.

Господин Шой Да объяв­ляет собрав­шимся, что его кузина и впредь не оставит их без помощи, но отныне раздача пищи без ответных услуг прекра­ща­ется, а в домах госпо­дина Шу Фу будет жить тот, кто согласен рабо­тать на Шен Де.

VIII. На табачной фабрике, которую Шой Да устроил в бараках, рабо­тают мужчины, женщины и дети. Надсмотр­щиком — и жестоким — здесь Ян Сун: он ничуть не печа­лится из-за пере­мены участи и пока­зы­вает, что готов на все ради инте­ресов фирмы. Но где Шен Де? Где добрый человек? Где та, кто много месяцев назад в дожд­ливый день в минуту радости купила кружку воды у водо­носа? Где она и её будущий ребенок, о котором она расска­зала водо­носу? И Сун тоже хотел бы знать это: если его бывшая невеста была бере­менна, то он, как отец ребенка, может претен­до­вать и на поло­жение хозяина. А вот, кстати, в узле её платье. уж не убил ли несчастную женщину жестокий двою­родный брат? Полиция приходит в дом. Госпо­дину Шой Да пред­стоит пред­стать перед судом.

IX. В зале суда друзья Шен Де (водонос Вая, чета стариков, дедушка и племян­ница) и парт­неры Шой Да (господин Шу Фу и домо­вла­де­лица) ждут начала засе­дания. При виде судей, вошедших в зал, Шой Да падает в обморок — это боги. Боги отнюдь не всеве­дущи: под маской и костюмом Шой Да они не узнают Шен Де. И лишь когда, не выдержав обви­нений добрых и заступ­ни­че­ства злых, Шой Да снимает маску и срывает одежду, боги с ужасом видят, что миссия их прова­ли­лась: их добрый человек и злой и черствый Шой Да — одно лицо. Не полу­ча­ется в этом мире быть доброй к другим и одновре­менно к себе, не выходит других спасать и себя не погу­бить, нельзя всех осчаст­ли­вить и себя со всеми вместе! Но богам некогда разби­раться в таких слож­но­стях. Неужели отка­заться от запо­ведей? Нет, никогда! Признать, что мир должен быть изменен? Как? Кем? Нет, все в порядке. И они успо­ка­и­вают людей: «Шен Де не погибла, она была только спря­тана. Среди вас оста­ется добрый человек». И на отча­янный вопль Шен Де: «Но мне нужен двою­родный брат» — тороп­ливо отве­чают: «Только не слишком часто!» И между тем как Шен Де в отча­янии прости­рает к ним руки, они, улыбаясь и кивая, исче­зают вверху.

Эпилог. Заклю­чи­тельный монолог актера перед публикой: «О публика почтенная моя! Конец неважный. Это знаю я. / В руках у нас прекрас­нейшая сказка вдруг полу­чила горькую развязку. / Опущен занавес, а мы стоим в смущенье — не обрели вопросы разре­шенья. / Так в чем же дело? Мы ж не ищем выгод, / И значит, должен быть какой-то верный выход? / За деньги не приду­маешь — какой! Другой герой? А если мир — другой? / А может, здесь нужны другие боги? Иль вовсе без богов? Молчу в тревоге. / Так помо­гите нам! Беду поправьте — и мысль и разум свой сюда направьте. / Попро­буйте для доброго найти к хоро­шему — хорошие пути. / Плохой конец — заранее отброшен. / Он должен, должен, должен быть хорошим!»

Источник:Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1997. — 896 с.


время формирования страницы 2.548 ms