Берег

Краткое содержание рассказа
Читается за 12 минут(ы)

Известный писа­тель Вадим Никитин приле­тает в Гамбург по пригла­шению фрау Герберт и узнаёт в ней девушку, которую любил во время войны...

По ту сторону

47-летний знаме­нитый писа­тель Вадим Никитин и его друг Платон Самсонов, тоже писа­тель, но менее популярный, летели в Германию по пригла­шению фрау Герберт, поклон­ницы таланта Ники­тина. Она пригла­сила его на собрание немец­кого лите­ра­тур­ного кружка для обмена мнениями о совре­менной куль­туре, и дискуссии на тему «Писа­тель и совре­менная циви­ли­зация». Самсо­нова Вадим взял с собой в каче­стве пере­вод­чика, так как сам владел немецким не очень хорошо. В само­лете они обсуж­дали последнее письмо фрау Герберт, в котором она восхи­ща­лась талантом Ники­тина и срав­ни­вала его с вели­кими русскими писа­те­лями. Самсонов опасался, как бы его люби­мого друга не развра­тила эта слава.

В аэро­порту их встре­тила сама госпожа Герберт. Она не такая, какой они себе её пред­став­ляли. Стройная, элегантная, богатая женщина, на шикар­нейшем по тем временам Мерсе­десе, встре­тила их очень тепло, отвезла в гости­ницу и пригла­сила на завтрак. На её вопрос, был ли когда-нибудь Никитин в Германии, он ответил, что в сорок пятом держал осаду малень­кого городка. После завтрака друзья отпра­ви­лись гулять по Гамбургу. Осмот­рели памятник погибшим во Второй мировой войне, затем попали на улицу Реепербан, где неудачно посе­тили одну забе­га­ловку, смот­рели фран­цуз­ское порно и еле-еле отби­лись от привя­зав­шихся к ним прости­туток. Им повезло, что их приняли за англичан, иначе бы точно полу­чили сполна от охран­ников.

Никитин вспомнил свой первый гонорар в три тысячи рублей, который прокутил в кабаках с поэтом Вихровым, нарвался на драку с юнцами в подво­ротне и загремел в милицию за то, что якобы сам и затеял эту драку. От денег оста­лось лишь семьсот рублей, которых даже не хватило распла­титься за квар­тиру.

В гостях у госпожи Герберт Никитин и Самсонов позна­ко­ми­лись с журна­ли­стом, главным редак­тором изда­тель­ства «Вебер» Дицманом, изда­телем Вебером и его супругой, знаме­нитой певицей Лотой Титтель. Они гово­рили о поли­тике, об нынешних отно­ше­ниях Германии и России. Гово­рили о прошедшей войне, как она повлияла на развитие Германии, как русские солдаты наси­ло­вали немок, и сделали вывод, что нацизм присущ не только немцам. Титтель ругала поли­тику Гитлера и утвер­ждала, что он опозорил немецкую нацию. Господин Вебер рассказал, как он побывал в конц­ла­гере и как их осво­бо­дили амери­канцы. Но вскоре их разговор подошёл к концу и все засо­би­ра­лись домой.

Самсонов уехал в гости­ницу, а Ники­тина госпожа Герберт попро­сила остаться. Она пока­зала Ники­тину свой старый альбом, где была фото­графия молодой девушки на фоне заго­род­ного дома. «Вы узнаете?» — спро­сила она. И Никитин вспомнил, что 26 лет назад в мае 1945 года его батарея разме­ща­лась в этом доме в Кёниг­сдорфе, и что эта девушка, а теперь госпожа Герберт, была его возлюб­ленной.

Безумие

2 мая 1945 года. Берлин был напо­ло­вину занят русскими войсками. Германия отсту­пала. Батарея, в которой Никитин коман­довал взводом, заняла Кёног­сдорф. После труд­ного боя все спали, Никитин тоже нежился в постели, приказов не посту­пало. Старший лейте­нант Грана­утов был в госпи­тале. Солдаты насла­жда­лись упои­тельным чувством прибли­жа­ю­щейся Победы. В комнату к Ники­тину вошёл сержант Меженин, широ­ко­плечий, немного полно­ватый, трид­ца­ти­летний, само­уве­ренный мужчина. Он нашёл непо­да­лёку разбитый немецкий авто­мо­биль, а в нем сейф с день­гами и часами. Неко­торые вещи он успел унести, остальное спрятал.

Меженин показал Ники­тину сумку с часами и пачками денег, спросил, могут ли они чего-то стоить. Никитин ответил, что часы дешевка, и посо­ве­товал Меже­нину раздать их солдатам, а деньги выки­нуть. Меженин отка­зался.

Никитин спус­ка­ется к завтраку. Меженин рассказал солдатам о находке, они стали решать, что с ней делать. Никитин приказал Меже­нину раздать солдатам часы, а деньги сдать ему. Меженин подчи­нился. К ним зашёл лейте­нант Княжко, коман­ду­ющий соседним взводом и принёс немецкую кошку, которую Ушатиков, самый молодой солдат принялся кормить кашей. Княжко и Никитин отпра­ви­лись гулять по малень­кому городку, натолк­ну­лись на пьяного немца, который утвер­ждал, что все русские хорошие, а русская водка ещё лучше.

Возвра­ти­лись домой к вечеру. Там комбат Грана­туров и Галя, офицер медсан­бата, играли в карты. Выяс­ни­лось, что Галя влюб­лена в Княжко, а Княжко в силу своей интел­ли­гент­ности не может отве­тить ей взаим­но­стью. Парал­лельно за Галей ухажи­вает Грана­утов, делая это открыто, чтобы Княжко заметил. Вскоре Галя решила уйти, Грана­утов пред­ложил прово­дить её, но Княжко заявил, что в этом нет необ­хо­ди­мости. Галя отка­зы­ва­ется от его пред­ло­жения. До калитки Галю проводил Никитин, она пожа­ло­ва­лась ему, что Княжко игно­ри­рует её, но она все равно его любит.

Когда Никитин возвра­тился, ему стало не по себе от насту­пившей тишины, и он приказал Меже­нину прове­рить, как там часовой. Меже­нина долго не было, потом раздался какой-то шум на втором этаже в комнате Ники­тина. Подняв­шись в свою комнату, он увидел, что Меженин соби­ра­ется изна­си­ло­вать молодую рыже­во­лосую немку. Никитин приказал оста­вить немку в покое. Меженин отка­зался, тогда Никитин пригрозил ему расстрелом.

Немку, Эмму, прово­дили на первый этаж, в гостиную. Там часовой привел моло­дого маль­чика, лет пятна­дцати, щуплого в очках. Грана­утов приказал Княжко допро­сить его. Немка плакала и просила Курта расска­зать все. Выяс­ни­лось, что они брат и сестра, пришли забрать свои вещи и уехать в Гамбург к дедушке. Курт сбежал из немец­кого парти­зан­ского отряда. Отряд этот состоял из таких же маль­чиков как и он. Командир отряда, ефрейтор, недавно убил пора­нив­ше­гося маль­чишку, что бы тот не выдал их. Грана­утов хотел пытать маль­чишку, что бы тот рассказал побольше, но Княжко, как старший по званию, приказал отпу­стить обоих. Грана­у­тову пришлось согла­ситься.

Утром Никитин проснулся от стука в дверь, это Эмма принесла ему кофе. Она начала приста­вать к нему, он пытался отка­заться, но Эмма настояла на своём. Никитин вспомнил, как у него это было в первый раз с санин­струк­торшей Женей. Они не знали, что это, но подчи­ни­лись зову сердца. Потом на деревню напали немцы, они бежали, но Женю ранило, и через два дня она умерла.

Ушатиков принёс Ники­тину воду для бритья, Эмма успела уйти. Через неко­торое время в комнату вошёл Меженин, сообщил, что знает о связи Ники­тина с немкой, и стал угро­жать, что все расскажет началь­ству. Никитин напомнил ему, что в Жито­мире Меженин отка­зался выпол­нить приказ Ники­тина, прелю­бо­дей­ствуя с двумя медсест­рами из санчасти.

После завтрака на их часть напали две немецкие само­ходки, они решили принять бой. Княжко и Никитин гнали солдат вперёд, но они отка­зы­ва­лись идти. Меженин говорил, что солдаты могут погиб­нуть из-за их с Княжко желания попол­нить свою коллекцию медалей. Никитин приказал ему молчать и идти в бой достойно. Немцы взорвали мост, дальше пресле­до­вать само­ходки было невоз­можно, русские отсту­пили.

Но тут ворвался в часть лейте­нант Перлин с просьбой помочь убрать немцев из лесни­че­ства. Княжко согла­сился. По дороге они наткну­лись на труп немца, совсем юного, лет шест­на­дцати. Подойдя к лесни­че­ству, они всту­пили в бой. Меженин забросил в дом две бомбы, раздался взрыв, за ним плач. Княжко дога­дался, что в доме не солдаты, а те юнцы, о которых говорил Курт, они напу­ганы и не знают что делать. Княжко оставил оружие, подошёл к дому и пред­ложил немцам сдаться. Они подняли белый флаг, и из-за него пуле­метной очередью убили Княжко. Ценой жизни лейте­нанта Княжко русским удалось занять лесни­че­ство и взять немецких маль­чишек в плен.

Выяс­ни­лось, что убил Княжко немецкий ефрейтор. Меженин в порыве злости застрелил его, но Княжко уже не вернуть. Галя безутешно рыдала над его трупом. Вечером на поминках, разго­ря­ченный водкой, Никитин сказал, что все они виновны в смерти Княжко, что он совершил смелый и благо­родный поступок, а они все трусы, потом забрал вещи Княжко, его письмо к Гале и ушёл в свою комнату. Княжко писал Гале, что между ними не может быть ничего, так как это война, а на войне нельзя строить воздушные замки.

Утром Никитин проснулся в объя­тьях Эммы. Между ними снова произошёл любовный порыв. Они любо­ва­лись зале­тевшей к ним бабочкой и учили друг друга новым незна­комым словам. Через неко­торое время Ушатиков сказал Ники­тину, что его вызы­вает комбат. Грана­утов потре­бовал от Ники­тина письмо для Гали, сидящей здесь же. Никитин сказал, что не знает ни про какое письмо. Грана­утов стал угро­жать Ники­тину, что расскажет в штабе о его отно­ше­ниях с немкой, о том, как он её чуть не изна­си­ловал, а теперь имеет с ней связь. Никитин ничего на это не ответил. Галя в ярости прика­зала им замол­чать и сказала Грана­у­тову, что он ей никогда не нравился, и она имела с ним отно­шения только назло Княжко.

Никитин потре­бовал от Меже­нина, что бы тот по собственной воле отпра­вился под трибунал. Меженин в ярости бросил в него стул, Никитин выстрелил в него. Ники­тина аресто­вали, Меже­нина отпра­вили в санчасть. Ночью, когда Ники­тина охранял Ушатиков, он попросил его о встрече с Эммой. Встре­тив­шись, они призна­лись друг другу в любви и провели ночь вместе. Утром они расста­лись. Грана­утов выпу­стил Ники­тина из-под стражи, чтобы идти в последний бой против немцев. Ники­тину грозило только десять суток за его преступ­ление. Во время этого боя Меженин остался жив, но вскоре погиб под обстрелом в машине. Из четырех человек погиб он один.

Ностальгия

Глубокой ночью Никитин вернулся в гости­ницу, но ему не спалось, он позвонил Самсо­нову, тот пришёл к нему. Никитин рассказал о том, что произошло. Самсонов не понял его. Тогда Никитин отправил его спать и сам лег в постель. На следу­ющий день Никитин участ­вовал в дискуссии, где они с Дицманом спорили о вопросах поли­тики, искус­ства, о том, как сейчас в России отно­сятся к немцам. Гово­рили о культе личности Сталина и Гитлера.

После дискуссии всей компа­нией отпра­ви­лись на улицу прости­туток, потом в кабак «Весёлая сова», которым владел бывший пленник конц­ла­геря. Здесь Герберт и Никитин танце­вали и гово­рили. Ей вскоре стало плохо, и они решили уехать в более тихое место. В тихом ресто­ране они гово­рили о жизни после войны, о своих судьбах.

Никитин был женат. Недавно у него умер сын. У Герберт умер муж, дочь живет в Канаде. Она призна­лась ему, что любит его до сих пор, он для неё герой из сказки, русская бабочка. Потом они сидели в машине, он грел её руки. В аэро­порту, она броси­лась ему на шею, выкри­кивая его имя, он успо­коил её. В само­лете он почув­ствовал, что нехо­рошо ноет сердце, решил, что это от коньяка. Воспо­ми­нания захлест­нули его. Он вспомнил, как умер его сын, как жена едва не сошла с ума, вспомнил, как охотился на белок в лесу, вспомнил берег из детства, такой родной и далёкий. Тут ему стало совсем плохо, Самсонов засу­е­тился, но было уже поздно, он плыл к далё­кому родному берегу.

Источник:Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1997. — 896 с.


время формирования страницы 2.476 ms