Корсар

Краткое содержание рассказа
Читается за 9 минут(ы)

Испол­ненный живо­писных контра­стов колорит «Гяура» отли­чает и следу­ющее произ­ве­дение Байрона «восточ­ного» цикла — более обширную по объему поэму «Корсар», напи­санную геро­и­че­скими двусти­шиями. В кратком проза­и­че­ском вступ­лении к поэме, посвя­щенной собрату автора по перу и едино­мыш­лен­нику Томасу Муру, автор предо­сте­ре­гает против харак­тер­ного, на его взгляд, порока совре­менной критики — пресле­до­вавшей его со времен «Чайльд Гарольда» непра­во­мерной иден­ти­фи­кации главных героев — будь то Гяур или кто-либо другой — с созда­телем произ­ве­дений. В то же время эпиграф к новой поэме — строка из «Осво­бож­ден­ного Иеру­са­лима» Тассо — акцен­ти­рует внут­реннюю раздво­ен­ность героя как важнейший эмоцио­нальный лейт­мотив повест­во­вания.

Действие «Корсара» развер­ты­ва­ется на юге Пело­пон­нес­ского полу­ост­рова, в порту Корони и зате­ряв­шемся на просторах Среди­зем­но­морья Пират­ском острове. Время действия точно не обозна­чено, однако нетрудно заклю­чить, что перед чита­телем — та же эпоха пора­бо­щения Греции Осман­ской импе­рией, всту­пившей в фазу кризиса. Образно-речевые сред­ства, харак­те­ри­зу­ющие персо­нажей и проис­хо­дящее, близки к знакомым по «Гяуру», однако новая поэма более компактна по компо­зиции, её фабула детальнее разра­бо­тана (особенно в том, что каса­ется аван­тюр­ного «фона»), а развитие событий и их после­до­ва­тель­ность — более упоря­до­ченны.

Песнь первая откры­ва­ется страстной речью, живо­пи­су­ющей роман­тику испол­нен­ного риска и тревог пират­ского удела. Спаянные чувством боевого това­ри­ще­ства флибу­стьеры бого­творят своего бесстраш­ного атамана Конрада. Вот и сейчас быстрый бриг под наво­дящим ужас на всю округу пират­ским флагом принес обод­ря­ющую весть: грек-наводчик сообщил, что в ближайшие дни может быть осуществлен набег на город и дворец турец­кого намест­ника Сеида. Привыкшие к стран­но­стям харак­тера коман­дира, пираты робеют, застав его погру­женным в глубокое раздумье. Следуют несколько строф с подробной харак­те­ри­стикой Конрада («Зага­дочен и вечно одинок, / Каза­лось, улыбаться он не мог» ), внуша­ю­щего восхи­щение геро­измом и страх — непред­ска­зу­емой импуль­сив­но­стью ушед­шего в себя, изве­рив­ше­гося в иллю­зиях («Он средь людей тягчайшую из школ — / Путь разо­ча­ро­вания — прошел» ) — словом, несу­щего в себе типич­нейшие черты роман­ти­че­ского бунтаря-инди­ви­ду­а­листа, чье сердце согрето одной неукро­тимой стра­стью — любовью к Медоре.

Возлюб­ленная Конрада отве­чает ему взаим­но­стью; и одной из самых проник­но­венных страниц в поэме стано­вится любовная песнь Медоры и сцена прощания героев перед походом. Остав­шись одна, она не находит себе места, как всегда трево­жась за его жизнь, а он на палубе брига раздает пору­чения команде, полной готов­ности осуще­ствить дерзкое напа­дение — и побе­дить.

Песнь вторая пере­носит нас в пирше­ственный зал во дворце Сеида. Турки, со своей стороны, давно плани­руют окон­ча­тельно очистить морские окрест­ности от пиратов и заранее делят богатую добычу. Внимание паши привле­кает зага­дочный дервиш в лохмо­тьях, невесть откуда появив­шийся на пиру. Тот расска­зы­вает, что был взят в плен невер­ными и сумел бежать от похи­ти­телей, однако наотрез отка­зы­ва­ется вкусить роскошных яств, ссылаясь на обет, данный пророку. Запо­до­зрив в нем лазут­чика, Сеид прика­зы­вает схва­тить его, и тут незна­комец мгно­венно преоб­ра­жа­ется: под смиренным обли­чием стран­ника скры­вался воин в латах и с мечом, разящим наповал. Зал и подходы к нему в мгно­вение ока пере­пол­ня­ются сорат­ни­ками Конрада; заки­пает яростный бой: «Дворец в огне, пылает минарет».

Смявший сопро­тив­ление турок беспо­щадный пират являет, однако, непод­дельную рыцар­ствен­ность, когда охва­тившее дворец пламя пере­ки­ды­ва­ется на женскую поло­вину. Он запре­щает собра­тьям по оружию прибе­гать к насилию в отно­шении невольниц паши и сам выносит на руках из огня самую красивую из них — черно­окую Гюльнар. Между тем ускольз­нувший от пират­ского клинка в нераз­бе­рихе побоища Сеид орга­ни­зует свою много­чис­ленную охрану в контр­атаку, и Конраду прихо­дится дове­рить Гюльнар и её подруг по несча­стью заботам простого турец­кого дома, а самому — всту­пить в неравное проти­во­бор­ство. Вокруг один за другим падают его сраженные това­рищи; он же, изру­бивший несчетное множе­ство врагов, едва живой попа­дает в плен.

Решив подверг­нуть Конрада пыткам и страшной казни, крово­жадный Сеид прика­зы­вает поме­стить его в тесный каземат. Героя не страшат грядущие испы­тания; перед лицом смерти его тревожит лишь одна мысль: «Как встретит весть Медора, злую весть?» Он засы­пает на каменном ложе, а проснув­шись, обна­ру­жи­вает в своей темнице тайком пробрав­шуюся в узилище черно­окую Гюльнар, безраз­дельно плененную его муже­ством и благо­род­ством. Обещая скло­нить пашу отсро­чить гото­вя­щуюся казнь, она пред­ла­гает помочь корсару бежать. Он колеб­лется: мало­душно бежать от против­ника — не в его привычках. Но Медора... Выслушав его страстную испо­ведь, Гюльнар взды­хает: «Увы! Любить свободным лишь дано!»

Песнь третью откры­вает поэти­че­ское автор­ское признание в любви Греции («Прекрасный град Афины! Кто закат / Твой дивный видел, тот придет назад...»), сменя­ю­щееся картиной Пират­ского острова, где Конрада тщетно ждет Медора. К берегу прича­ли­вает лодка с остат­ками его отряда, прино­ся­щего страшную весть, их пред­во­ди­тель ранен и пленен, флибу­стьеры едино­душно решают любой ценой вызво­лить Конрада из плена.

Тем временем уговоры Гюльнар отсро­чить мучи­тельную казнь «Гяура» произ­водят на Сеида неожи­данное действие: он подо­зре­вает, что любимая неволь­ница нерав­но­душна к плен­нику и замыш­ляет измену. Осыпая девушку угро­зами, он выго­няет её из покоев.

Спустя трое суток Гюльнар еще раз прони­кает в темницу, где томится Конрад. Оскорб­ленная тираном, она пред­ла­гает узнику свободу и реванш: он должен зако­лоть пашу в ночной тиши. Пират отша­ты­ва­ется; следует взвол­но­ванная испо­ведь женщины: «Месть деспоту злодей­ством не зови! / Твой враг презренный должен пасть в крови! / Ты вздрогнул? Да, я стать иной хочу: / Оттолк­нута, оскорб­лена — я мщу! / Я неза­слу­женно обви­нена: / Хоть и рабыня, я была верна!»

«Меч — но не тайный нож!» — таков контр­ар­гу­мент Конрада. Гюльнар исче­зает, чтобы появиться на рассвете: она сама свер­шила месть тирану и подку­пила стражу; у побе­режья их ждет лодка и лодочник, чтобы доста­вить на заветный остров.

Герой растерян: в его душе — непри­ми­римый конфликт. Волею обсто­я­тельств он обязан жизнью влюб­ленной в него женщине, а сам — по-преж­нему любит Медору. Подав­лена и Гюльнар: в молчании Конрада она читает осуж­дение свер­шен­ному ею злоде­янию. Только мимо­летное объятие и друже­ский поцелуй спасен­ного ею узника приводят её в чувство.

На острове пираты радостно привет­ствуют вернув­ше­гося к ним пред­во­ди­теля. Но цена, назна­ченная прови­де­нием за чудесное избав­ление героя, неимо­верна: в башне замка не светится лишь одно окно — окно Медоры. Терза­емый страшным пред­чув­ствием, он подни­ма­ется по лест­нице... Медора мертва.

Скорбь Конрада неиз­бывна. В уеди­нении он опла­ки­вает подругу, а затем исче­зает без следа: «Дней проходит череда, / Нет Конрада, он скрылся навсегда, / И ни один намек не возве­стил, / Где он страдал, где муку схоронил! / Он шайкой был оплакан лишь своей; / Его подругу принял мавзолей... / Он будет жить в преда­ниях семейств / С одной любовью, с тысячью злодейств». Финал «Корсара», как и «Гяура», остав­ляет чита­теля наедине с ощуще­нием не до конца разга­данной загадки, окру­жа­ющей все суще­ство­вание глав­ного героя.

Источник:Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1997. — 896 с.


время формирования страницы 3.5 ms