Санин

Краткое содержание рассказа
Читается за 7 минут(ы)

Герой романа Владимир Санин прожил долгое время вне семьи, веро­ятно, поэтому он легко овла­де­вает нитями всех коллизий, которые заме­чает в родном доме и в знакомом городе. Сестра Санина, краса­вица Лида, «тонкое и обая­тельное спле­тение изящной нежности и ловкой силы», увле­ка­ется совсем недо­стойным её офицером Зару­диным. Неко­торое время они даже встре­ча­ются к взаим­ному удоволь­ствию с той небольшой разницей, что после свиданий у Зару­дина ровное хорошее настро­ение, а у Лиды тоска и него­до­вание на саму себя. Забе­ре­менев, она спра­вед­ливо назовет его «скотиной». Лида совсем не ждала от него пред­ло­жения, но он не находит слов, чтобы успо­коить девушку, для которой стал первым мужчиной, и у нее возни­кает желание покон­чить с собой. От необ­ду­ман­ного шага её спасает брат: «Умирать не стоит. Посмотри, как хорошо... Вон как солнце светит, как вода течет. Вооб­рази, что после твоей смерти узнают, что ты умерла бере­менной: что тебе до того!.. Значит, ты умираешь не оттого, что бере­менна, а оттого, что боишься людей, боишься, что они не дадут тебе жить. Весь ужас твоего несча­стья не в том, что оно несча­стье, а в том, что ты ставишь его между собой и жизнью и думаешь, что за ним уже ничего нет. На самом деле жизнь оста­ется такою, как и была...» Крас­но­ре­чи­вому Санину удается убедить влюб­лен­ного в Лиду моло­дого, но робкого Нови­кова жениться на ней. Он просит за нее у него прощения (ведь это только был «весенний флирт») и сове­тует, не думая о само­по­жерт­во­вании, отдаться до конца своей страсти: «Ты светел лицом, и всякий скажет, что ты святой, а поте­рять ровно ничего не потерял, у Лиды оста­лись те же руки, те же ноги, та же страсть, та же жизнь... Приятно насла­ждаться, зная, что делаешь святое дело!» Ума и дели­кат­ности в Нови­кове оказы­ва­ется доста­точно, и Лида согла­ша­ется выйти за него замуж.

Но тут оказы­ва­ется, что и офицеру Зару­дину знакомы угры­зения совести. Он явля­ется в дом, где всегда был хорошо принят, но на этот раз его чуть было не выго­няют за дверь и вдогонку кричат, чтобы больше не возвра­щался. Зарудин чувствует себя оскорб­ленным и решает вызвать «глав­ного обид­чика» Санина на дуэль, но тот кате­го­ри­чески отка­зы­ва­ется стре­ляться («Я не хочу никого убивать и еще больше не хочу быть убитым»). Встре­тив­шись в городе на буль­варе, они в очередной раз выяс­няют отно­шения, и Санин укла­ды­вает Зару­дина одним ударом кулака. Публичное оскорб­ление и ясное пони­мание того, что ему никто не сочув­ствует, застав­ляют щеголе­ва­того офицера выстре­лить себе в висок.

Парал­лельно любовной истории Лиды в тихом патри­ар­хальном городе разви­ва­ется роман моло­дого рево­лю­ци­о­нера Юрия Сваро­жича и юной учитель­ницы Зины Карса­виной. К стыду своему, он вдруг осознает, что любит женщину не до конца, что не способен отдаться могу­чему порыву страсти. Овла­деть женщиной, поте­шиться и бросить её он не может, но жениться он тоже не может, поскольку боится мещан­ского счастья с женой, детьми и хозяй­ством. Вместо того чтобы порвать с Зиной, он кончает с собой. Перед смертью он штуди­рует Еккле­зиаст, и «ясная смерть вызы­вает в его душе беспре­дельную тяжелую злобу».

Санин, поддав­шись очаро­ванию Зининой красоты и летней ночи, объяс­ня­ется ей в любви. По-женски она счаст­лива, но её мучают угры­зения совести по утра­ченной «чистой любви». Она не дога­ды­ва­ется об истинной причине само­убий­ства Сваро­жича, её не убеж­дают слова Санина: «Человек — гармо­ничное соче­тание тела и духа, пока оно не нару­шено. Есте­ственно, его нару­шает только прибли­жение смерти, но мы сами разру­шаем его урод­ливым миро­со­зер­ца­нием... Мы заклей­мили тела живот­но­стью, стали стыдиться их, облекли в унизи­тельную форму и создали одно­бокое суще­ство­вание... Те из нас, которые слабы по суще­ству, не заме­чают этого и влачат жизнь в цепях, но те, которые слабы только вслед­ствие связав­шего их ложного взгляда на жизнь и самих себя, те — муче­ники: смятая сила рвется вон, тело просит радости и мучает их самих. Всю жизнь они бродят среди раздво­ений, хвата­ются за каждую соло­минку в сфере новых нрав­ственных идеалов и в конце концов боятся жить, тоскуют, боятся чувство­вать...»

Смелые мысли Санина пугают местную интел­ли­генцию, учителей, врачей, студентов и офицеров, особенно когда Владимир говорит, что Сварожич «жил глупо, мучал себя по пустякам и умер дурацкой смертью». Его мысли «нового чело­века» или даже сверх­че­ло­века разлиты по всей книге, во всех диалогах, в разго­ворах с сестрой, матерью, много­чис­лен­ными персо­на­жами. Его возму­щает христи­ан­ство в той форме, которая откры­лась чело­веку начала XX в. «По-моему, христи­ан­ство сыграло в жизни печальную роль... В то время, когда чело­ве­че­ству стано­ви­лось уже совсем невмо­готу и уже немно­гого не хватало, чтобы все униженные и обез­до­ленные взялись за ум и одним ударом опро­ки­нули невоз­можно тяжелый и неспра­вед­ливый порядок вещей, просто уничтожив все, что жило чужою кровью, как раз в это время явилось тихое, смиренно мудрое, много­обе­ща­ющее христи­ан­ство. Оно осудило борьбу, обещало внут­реннее блажен­ство, навеяло сладкий сон, дало религию непро­тив­ления злу наси­лием и, выра­жаясь коротко, выпу­стило пар!.. На чело­ве­че­скую личность, слишком неукро­тимую, чтобы стать рабом, надело христи­ан­ство пока­янную хламиду и скрыло под ней все краски чело­ве­че­ского духа... Оно обма­нуло сильных, которые могли бы сейчас, сегодня же, взять в руки свое счастье, и центр тяжести их жизни пере­несло в будущее, в мечту о несу­ще­ству­ющем, о том, что никто из них не увидит...» Санин — рево­лю­ци­онер ницше­анско-диони­сий­ского толка — нари­сован автором книги как лицо весьма симпа­тичное и привле­ка­тельное. Для совре­мен­ного слуха он ни циничен, ни груб, однако россий­ская провинция, засто­яв­шееся болото косности и идеа­лизма, его оттор­гает.

Источник:Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1997. — 896 с.


время формирования страницы 2.498 ms