Брут Второй

Краткое содержание рассказа
Читается за 12 минут(ы)

В Риме в храме Согласия Цезарь произ­носит речь. Он много воевал и наконец вернулся в Рим. Рим могуч, он внушает страх всем народам. Для вящей славы Рима оста­лось только поко­рить парфян и отомстить им за победу над Крассом. Пора­жение в битве с парфя­нами легло позорным пятном на Рим, и Цезарь готов либо пасть на поле брани, либо доста­вить в Рим плен­ного парфян­ского царя. Цезарь недаром собрал цвет Рима в храме Согласия. Он ждет от римлян согласия и готов­ности высту­пить в поход против парфян. Кимвр возра­жает: сейчас не до парфян; граж­дан­ская резня, начав­шаяся при Гракхах, не утихает, Римская империя залита кровью: «сначала нужно дома / Порядок навести и мстить за Рим / Не раньше, чем он прежним Римом станет». Антоний поддер­жи­вает Цезаря: не было случая, чтобы римляне не отомстили за гибель римского полко­водца. Если не отомстить парфянам, многие поко­ренные народы решат, что Рим дрогнул, и не захотят терпеть его господ­ство. Поход на парфян необ­ходим, оста­ется только решить, кто поведет войска, но кто при Цезаре посмеет назвать себя вождем? «Рим» и «Цезарь» озна­чают ныне одно и то же, и тот, кто сегодня хочет подчи­нить общее величие личным инте­ресам, — изменник. Слово берет Кассий. Он противник воен­ного похода, его волнует судьба отчизны: «Да будет консул консулом, сенат — / Сенатом и трибу­нами — трибуны, / И да заполнит истинный народ, / Как прежде, форум». Цицерон говорит о том, что он по-преж­нему верен мечте об общем благе, мире и свободе. В Римской респуб­лике давно уже пере­стали чтить законы. Когда в Риме востор­же­ствует порядок, то не пона­до­бится оружие, «чтоб врагов / Постигла участь туч, гонимых ветром». Брут начи­нает свою речь с того, что он не любит Цезаря, потому что, по его мнению, Цезарь не любит Рим. Брут не зави­дует Цезарю, ибо не считает его выше себя, и не испы­ты­вает к нему нена­висти, ибо Цезарь ему не страшен. Брут напо­ми­нает Цезарю, как услуж­ливый консул хотел надеть на него царский венец, но Цезарь сам оттолкнул его руку, потому что понял, что народ — не такая бездумная масса, как ему хоте­лось бы, народ может какое-то время терпеть тирана, но не само­держца. В душе Цезарь не граж­данин, он мечтает о царском венце. Брут призы­вает Цезаря стать не угне­та­телем, а осво­бо­ди­телем Рима. Он, Брут, — граж­данин и хочет пробу­дить в душе Цезаря граж­дан­ские чувства. Антоний осуж­дает Брута за дерзкие речи. Цезарь хочет, чтобы вопрос о походе на парфян был решен здесь, в храме Согласия, а для решения остальных вопросов пред­ла­гает собраться завтра утром в курии Помпея.

Цицерон и Кимвр ждут своих едино­мыш­лен­ников — Кассия и Брута. Они пони­мают, что родине грозит опас­ность и медлить нельзя. Цицерон видит, что Цезарь, убедив­шись, что всеобщий страх для него надежнее, чем любовь продажной черни, делает ставку на армию. Ведя римских воинов в бой с парфя­нами, он наносит Риму последний удар. Цицерон жалеет, что он уже старик и не может биться за родину с мечом в руках. Подо­спевший Кассий с горечью говорит, что у Цице­рона уже не оста­лось достойных слуша­телей, но Цицерон возра­жает: народ всегда народ. Сколь бы человек ни был ничтожен наедине с собой, на людях он неиз­менно преоб­ра­жа­ется. Цицерон хочет произ­нести речь перед народом. Диктатор опира­ется на силу, Цицерон же опира­ется на истину и потому не боится силы: «Повержен будет Цезарь, / Как только будет он разоб­лачен». Кимвр уверен, что Цицерон не сможет взойти на форум, ибо путь туда закрыт, а если бы и смог, то его голос потонул бы в криках подкуп­ленных людишек. Един­ственное сред­ство — меч. Кассий поддер­жи­вает Кимвра: не надо ждать, пока трус­ливый народ объявит Цезаря тираном, надо первыми вынести ему приговор и привести его в испол­нение. Лучшее сред­ство — быст­рейшее. Чтобы покон­чить с рабством в Риме, доста­точно одного меча и одного римля­нина, зачем же засе­дать и тратить время на коле­бания? Появ­ля­ется Брут. Он опоздал, потому что говорил с Анто­нием. Цезарь послал Антония к Бруту, чтобы дого­во­риться о встрече. Брут согла­сился встре­титься с Цезарем здесь же, в храме, ибо считает, что Цезарь-враг страшнее, чем Цезарь-друг. Кассий говорит, что он, Кимвр и Цицерон едино­душны в нена­висти к Цезарю, в любви к отчизне и в готов­ности погиб­нуть за Рим. «Но планов полу­чи­лось три: / В граж­дан­скую войну отчизну вверг­нуть, / Иль, ложью ложь назвав, разору­жить / Народ, иль Цезаря прикон­чить в Риме». Он спра­ши­вает мнения Брута. Брут хочет попы­таться пере­убе­дить Цезаря. Он пола­гает, что жажда чести Цезарю дороже, чем жажда царства. Брут видит в Цезаре не злодея, а често­любца. Во время Фарсаль­ской битвы Брут попал к Цезарю в плен. Цезарь сохранил ему жизнь, и Брут не хочет отве­чать на добро небла­го­дар­но­стью. Брут считает, что один лишь Цезарь может вернуть сегодня Риму свободу, могу­ще­ство и жизнь, если вновь станет граж­да­нином. Брут верит, что у Цезаря благо­родная душа и он станет защит­ником законов, а не их нару­ши­телем. Если же Цезарь оста­нется глух к его доводам, Брут готов зако­лоть его кинжалом. Цицерон, Кимвр и Кассий уверены, что Брут слишком высо­кого мнения о Цезаре и план его несбы­точен.

Антоний докла­ды­вает Цезарю, что Брут согласен встре­титься с ним. Он нена­видит Брута и не пони­мает, почему Цезарь терпит его. Цезарь говорит, что из его недругов Брут — един­ственный, кто его достоин. Цезарь пред­по­чи­тает побеж­дать не оружием, а мило­стью: простить достой­ного врага и зару­читься его дружбой лучше, чем уничто­жить его. Так в свое время Цезарь поступил с Брутом, так намерен посту­пать и впредь. Он хочет во что бы то ни стало сделать Брута своим другом. Когда приходит Брут, Антоний остав­ляет их вдвоем. Брут взывает к разуму Цезаря. Он закли­нает его снова стать граж­да­нином и вернуть Риму свободу, славу и мир. Но Цезарь непре­менно хочет поко­рить парфян. Он столько воевал, что хочет встре­тить смерть на поле брани. Цезарь говорит, что любит Брута, как отец. Брут же испы­ты­вает к Цезарю все чувства пооче­редно, кроме зависти: когда Цезарь прояв­ляет себя как тиран, Брут его нена­видит, когда в Цезаре говорит человек и граж­данин, Брут испы­ты­вает к нему любовь и восхи­щение. Цезарь откры­вает Бруту, что он его отец. В дока­за­тель­ство он пока­зы­вает Бруту письмо его матери Сервилии, подтвер­жда­ющее, что Брут — её сын от Цезаря. Брут ошеломлен, но это изве­стие не изме­няет его убеж­дений. Он жаждет спасти родину или погиб­нуть. Цезарь наде­ется, что Брут одума­ется и завтра поддержит его в сенате, иначе он встретит в Цезаре не отца, а госпо­дина. Брут призы­вает Цезаря дока­зать свою отцов­скую любовь и дать ему возмож­ность гордиться своим отцом, иначе ему придется считать, что насто­ящий его отец — тот Брут, который дал Риму жизнь и свободу ценой жизни собственных детей. Остав­шись один, Цезарь воскли­цает: «Возможно ль, чтоб един­ственный мой сын / Отка­зы­вался мне пови­но­ваться / Теперь, когда весь мир покорен мне?»

Цицерон вместе с другими сена­то­рами уезжает из Рима: он старик, и в нем уже нет былого бесстрашия. Кимвр и Кассий расспра­ши­вают Брута о его беседе с Цезарем. Брут расска­зы­вает им о том, что он сын Цезаря. «Чтоб кровь от этого пятна очистить / Ужас­ного, до капли должен я / За Рим её пролить». Бруту не удалось пере­убе­дить Цезаря. Кимвр и Кассий считают, что Цезаря надо убить. Брут идет за советом к своей жене Порции — дочери вели­кого Катона. Порция, чтобы дока­зать свое муже­ство, отсекла себе мечом грудь и стойко пере­но­сила боль, так что её муж даже не знал об этом. И только после этого испы­тания она осме­ли­лась попро­сить Брута дове­рить ей свои тайны. Кимвр и Кассий восхи­ща­ются муже­ством Порции.

Антоний приходит к Бруту. Цезарь пере­дает ему, что наде­ется на голос крови, который повелит Бруту любить и уважать чело­века, давшего ему жизнь. Брут спра­ши­вает, готов ли Цезарь отка­заться от дикта­тор­ства, возро­дить законы и подчи­няться им. Брут просит Антония пере­дать Цезарю, что завтра в сенате наде­ется услы­шать от него пере­чень действенных мер по спасению отече­ства. Брут в такой же мере жаждет спасти Рим для блага римлян, как и спасти Цезаря ради Рима. После ухода Антония заго­вор­щики решают привлечь на свою сторону еще несколько достойных римских граждан.

В курии Помпея соби­ра­ются сена­торы. С улицы доно­сятся крики толпы. Кассий говорит Бруту, что по его знаку заго­вор­щики с мечами набро­сятся на Цезаря. Появ­ля­ется Цезарь. Он спра­ши­вает, почему многие сена­торы не пришли на собрание. Брут отве­чает: «Те, что сидят в сенате, / Пришли из страха; тех, кого здесь нет, / Рассеял страх». Брут произ­носит речь, где превоз­носит досто­ин­ства Цезаря, одер­жав­шего верх над собой и над чужой зави­стью. Он поздрав­ляет Цезаря, жела­ю­щего стать граж­да­нином, равным среди равных, как прежде. Брут объяс­няет собрав­шимся, что говорит от имени Цезаря, поскольку он и Цезарь теперь одно, ведь он — сын Цезаря. Цезарь потрясен вдох­но­венной дерзо­стью Брута. Он говорит, что хочет сделать его своим преем­ником. Цезарь не отступил от своего решения отпра­виться в поход на парфян. Брута он хочет взять с собой, а после победы над врагами Рима он готов отдать себя в руки своих врагов: пусть Рим решает, кем он хочет видеть Цезаря: дикта­тором, граж­да­нином или вовсе никем. Брут в последний раз взывает к Цезарю, но Цезарь объяв­ляет, что тот, кто не подчи­нится ему, — враг Рима, бунтовщик и преда­тель. Брут обна­жает кинжал и потря­сает им над головой. Заго­вор­щики броса­ются к Цезарю и разят его мечами. Брут стоит в стороне. Изра­ненный Цезарь ползет к статуе Помпея и испус­кает дух у её подножия со словами: «И ты... мой мальчик?..» На крики сена­торов сбега­ется народ. Брут объяс­няет народу, что Цезарь убит, и он, Брут, хотя его кинжал не обагрен кровью, вместе с другими убил тирана. Народ хочет пока­рать убийц, но они скры­ва­ются, в руках народа лишь Брут. Брут готов к смерти, но напо­ми­нает народу о свободе и призы­вает тех, кому она дорога, возли­ко­вать: Цезарь, который мнил себя царем, спит вечным сном. Слыша вдох­но­венные речи Брута, народ прони­ка­ется к нему дове­рием, а услышав, что Брут сын Цезаря, оцени­вает все его благо­род­ство. Брут опла­ки­вает Цезаря, ибо чтит его досто­ин­ства, равных которым не сыскать. Он готов к смерти, но просит дать ему отсрочку. Исполнив свой долг осво­бо­ди­теля и граж­да­нина, он покончит счеты с жизнью над гробом убитого отца. Народ готов идти за Брутом. Разма­хивая мечом, Брут ведет за собой народ на Капи­толий, чтобы изгнать измен­ников со священ­ного холма. Народ вслед за Брутом повто­ряет: «Свобода или смерть!», «Смерть или свобода!»

Источник:Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1997. — 896 с.


время формирования страницы 2.129 ms