Пути-перепутья

Краткое содержание рассказа
Читается за 3 минут(ы)

Михаил щадил сестру и никогда не говорил ей, но сам знал, из-за чего женился на ней Егорша, — чтобы взва­лить на нее, дуреху, своего старика-деда, а самому быть вольным казаком. Но она-то как его любит — стоит заго­во­рить о Егорше, как глаза забле­стят, лицо разго­рится. А ведь он её предал, ушел в армию сразу после свадьбы. У него-де льгота пере­стала действо­вать. Сомни­тельно это.

Очередное письмо от мужа Лиза села читать, как всегда, намытая, гладко приче­санная, с сыном на руке. Супруг дорогой сообщал, что оста­ется на сверх­срочную службу. Обре­ве­лась Лиза­вета. Если бы не сынок Вася, не свекор, нару­шила бы себя.

А Анфисе с Иваном задал работы секре­тарь райкома Подрезов. С утра зава­лился в дом, потом пошли с Лука­шиным хозяй­ство смот­реть. Верну­лись, сели обедать (с обедом Анфиса поста­ра­лась — хозяин района ведь), выпили, и тут Анфису как прорвало: после войны шесть годов прошло, а бабы до сих пор досыта куска не видали.

Подре­зова этим не прой­мешь. Он и раньше Лука­шину говорил, что снял его жену с пред­се­да­телей за бабью жалость. За каждого она засту­па­ется, а кто будет план давать? Мы солдаты, а не жалель­щики.

Мог Подрезов убеж­дать людей, тем более что все умел делать сам: пахать, сеять, строить, невод заки­ды­вать. Крутой, но хозяин.

У Лизки новая беда — свекра привезли с покоса при смерти. Тот сразу, как смог заго­во­рить, попросил властей позвать. И когда пришла Анфиса, велел соста­вить бумагу: весь дом и все постройки — Лизе. Любил Степан Андре­я­нович её как родную.

На дедовы похо­роны Егорша приехал пьяне­шенек: загодя начал поми­нать. Но, как протрезвел и наиг­рался с сыном Васей, занялся делами. Ступеньки заменил, омолодил крыльцо, баню, воротца. Однако больше всего ахов и охов было у пека­шинцев, когда он поднял на дом охлу­пень с конем — дедову затею. А на седьмой день заскучал.

Новый коровник в Пека­шине зало­жили быстро, а дальше как зако­ло­дило. Лукашин понимал, что главная загвоздка тут в мужиках. Когда, с какого времени зату­пи­лись у них топоры?

Лукашин пошел по домам угова­ри­вать плот­ников выйти на коровник. Те — ни в какую. Подря­ди­лись ОРСу грузы таскать — и хлебно, и денежно. А в колхозе что? Но ведь поко­леет зимой скотина. И решился Лукашин выпи­сать им по пятна­дцать кило­граммов ржи. Только попросил, чтоб тихо. Да ведь в деревне все узнают. Бабы кину­лись к хлеб­ному складу, подняли ор, а тут, на беду, принесло упол­но­мо­чен­ного Гани­чева. Лука­шина аресто­вали за разба­за­ри­вание колхоз­ного хлеба в период хлебо­за­го­товок.

Михаил Пряслин затеял писать письмо в защиту пред­се­да­теля. Но дорогие земляки хоть пред­се­да­теля и хвалили, а подпи­сался только сам Мишка да ещё один человек из всего Пека­шина. Да сестра Лиза, хоть муж ей и запретил. Тут Егорша показал себя: раз тебе брат дороже мужа, счаст­ливо оста­ваться. И ушел.

Да ещё наутро пришла Раечка Клева­кина и тоже поста­вила свою подпись. Вот и кончи­лось Мишкино холо­стяцкое житье. Долго не проши­бала Раиса его сердце — все не мог забыть Варвару. А теперь за пять месяцев все реши­лось навсегда.

Источник:Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1997. — 896 с.


время формирования страницы 2.681 ms