В «Евгении Онегине» представлен «типический герой в типических обстоятельствах - в нем нет ни малейшего намека на исключительную, экзотическую обстановку свойственную романтическим произведениям. Но еще важнее другое «мировая скорбь» романтика, которая появляется как следствие открытия героем, личностью исключительной, общего несовершенства мира и разочарования во всем, в «Онегине» мотивируется вполне реалистическими причинами. Более того вместо этой традиционной романтической черты русский Чайльд-Гарольд Онегин наделяется и «русской хандрой». При этом само слово «хандра» наполняется несколько иным содержанием здесь остается оттенок разочарованности, общего скептицизма но вместе с тем появляется и то, что связано со скукой, пресыщением, даже некоторой ленивостью и флегматичностью. Но самое главное то, что все эти качества Онегина, которые имеют вполне очевидные следствия в дальнейшем сюжетном развитии с самого начала получают исчерпывающее объяснение. Итак, а чем же причины «хандры» Онегина?
В начале романа перед нами предстает картина воспитания, образования времяпрепровождения и интересов типичного молодого человека родившегося «на брегах Невы» и волею судьбы оказавшегося «наследником всех своих родных».
Почему же мечтательность натуры Онегина переходит в разочарованность, а глубокий аналитичный ум становится резким и охлажденным? Догадаться об этом нетрудно: Пушкин подробнейшим образом описывает типичный день Онегина, его занятия и увлечения. Авторский вывод очевиден:
Проснется за полдень, и снова
До утра жизнь его готова,
Однообразна и пестра.
И завтра то же, что вчера;
Вот то, что приводит героя к хандре: однообразие жизни, лишь внешне пестрой, но на самом деле вертящейся по установленному кругу: «обеды, ужины и танцы», как сказал об этом грибоедовский Чацкий. Белинский справедливо сказал об Онегина, что «бездеятельность и пошлость жизни душат его, он даже не знает, что ему хочется; но он знает, и очень хорошо знает, что ему не надо, что ему не хочется того, чем так довольна, так счастлива самолюбивая посредственность». И вот результат:
Недуг, которого причину
Давно бы отыскать пора,
Подобный английскому сплину,
Короче русская хандра
Им овладела понемногу;
Он застрелиться, слава богу.
Попробовать не захотел,
Но к жизни вовсе охладел
Щедро одаренный разнообразными способностями человек не может найти себе друшго занятия, кроме тех, какими «так довольна... самолюбивая посредственность». Такие попытки у Онегина были: он, оставив надоевший ему флирт со светскими красавицами, «зевая, за перо взялся». Но дело не только в отсутствии у Онегина писательского дара, вывод автора носит более общий характер: «труд упорный ему был тошен». Вот она—онегинская лень.
Но может быть, Онегин использовал далеко не все средства, способные излечить его болезнь? А собственно, какие еще «рецепты против нее предлагаются? Конечно, путешествия, столь типичная черта романтического героя Онегин и собирался отправиться на Юг с Автором о чем тот сообщает нам в лирическом отступлении. Но тут «подвернулось» наследство и он ограничивается «путешествием» а деревню. Правда, потом ему суждено будет «проездиться по России», но это будет уже не совсем тот Онегин, скучающий и хандрящий, с которым мы познакомились s этой части романа
А что же еще пытается сделать герой, чтобы разогнать «хандру». Фактически, больше ничего Может в этом и состоит причина того, что и в деревне, где привычные условия жизни Онегина действительно изменились:
скука та же
Хандра ждала его на страже
И бегала за ним она,
Как тень иль верная жена
Недуг Онегина, связанный с западноевропейским «байронизмом», неслучайно поражает именно его, воспитанного и выросшего «на брегах Невы».
Оторванность Онегина от национальной «почвы»—это одновременно и причина его хандры, и то что лежит в основе очень важных следствий онегинской болезни.
более месяца назад
