Поступки и поведение Бобчинского и Добчинского в комедии Н.В.Гоголя "Ревизор"

Заметили ли вы разницу между Добчинским и Бобчинским? Нужно ли зрителю их видеть? И если не нужно, то зачем в пьесе эти забавные двойники? Какова их роль? В «Замечаниях для господ актеров» Гоголь так отмечает внешность, поведе­ние, манеру говорить Бобчинского и Добчинского: «…оба низенькие, коротенькие, очень любопытные; чрезвычайно похожи друг на друга; оба с небольшими брюшка­ми; оба говорят скороговоркою… Добчин­ский немножко выше и сурьезнее Бобчин­ского, но Бобчинский развязнее и живее Добчинского». Уже в «Замечаниях…» ав­тор комедии раскрывает их небольшое от­личие друг от друга. В статье «Предуве­домление для тех, которые пожелали бы сыграть как следует «Ревизора», Гоголь специально останавливается на характе­ристике этих «двух городских болтунов», как он называет Бобчинского и Добчин­ского, и говорит, что их необходимо сыг­рать особенно хорошо. Что же отмечает в них автор статьи? Это люди, жизнь которых заключалась в бе­ганьях по городу и сообщении услышан­ных вестей. «Страсть рассказывать погло­тила всякое другое занятие, и эта страсть стала их движущей страстью и стремлень­ем жизни, — пишет Гоголь. — Торопли­вость и суетливость у них единственно от боязни, чтобы кто-нибудь не перебил и не помешал ему рассказывать». В бессмысленной спешке, суетности, праздном любопытстве — вся их жизнь. Бобчинский и Добчинский крайне наив­ны и недалеки в своем общем развитии, очень похожи друг на друга, даже внешне. Неразлучны и в комедии всегда появляются вместе, и не случайно столь одинаково почти звучат их фамилии и одинаковы имена и отчества, они вечно торопятся, «говорят скороговоркою», пе­ребивая друг друга. Уже при первом по­явлении в комедии Бобчинский сообщает о своем обычном времяпрепровождении: «забежал к Коробкину», «заворотил к Растаковскому», «зашел… к Ивану Кузь­мичу», «встретился с Петром Иванови­чем». Позднее городничий скажет о Бобчинском и Добчинском: «Только рыскаете по городу да смущаете всех… Сплетни сее­те…» Зритель и читатель замечают, что боль­шую инициативу в рассказе о приехав­шем молодом человеке проявляет Бобчин­ский, который, по словам автора, «развязнее и живее» и даже «несколько уп­равляет умом» Добчинского. Именно он определяет «признаки» «знатной особы: недурной наружности, в партикулярном платье… и в лице этакое рассуждение… физиономия… поступки, и здесь (вер­тит рукою около лба) много, много всего». Оба Петра Ивановича стремятся приписать себе инициативу в произне­сении знаменитого э, выражающего их догадливость о том, что молодой человек в партикулярном платье и есть приехавший ревизор. На них потом и посыплется град бранных слов чиновников в действии пя­том, когда они вспомнят, что именно «го­родские болтуны» принесли сплетню о приехавшем ревизоре: «лгуны прокля­тые», «трещотки проклятые», «сороки короткохвостые», «пачкуны проклятые», «сплетники городские», «сморчки ко­роткобрюхие». Бобчинский и Добчинский стараются снять с себя ответственность, свалить друг на друга обвинение. «Ей-богу, это не я, это Петр Иванович», — гово­рит в испуге Бобчинский. «Э, нет, Петр Иванович, вы ведь первые того…» — отве­чает Добчинский.