Отказ от нэпа, смена стратегии развития означали возврат к старой военно-коммунистической модели, для которой характерно резкое усиление государственного вмешательства в жизнь общества. Выбрав индустриальный сектор в качестве приоритетного направления развития народного хозяйства и сосредоточив на этом все усилия, сталинское руководство начало политику «большого скачка». Были значительно повышены плановые показатели уже принятого первого пятилетнего плана (1928/29–1932/33 гг.).
Для реализации политики форсированного развития любой ценой сложился соответственный хозяйственный механизм, опирающийся не на экономические, а на административно-приказные методы хозяйствования. Усилилось централизованное планирование, ужесточился контроль за выполнением заданий, была ограничена сфера действия товарно-рыночных отношений, осуществлялось жёсткое распределение ресурсов и продукции, предприятия лишались самостоятельности. Делался упор на массовые соревнования, ударничество, «штурмовщину». Форсированная индустриализация осуществлялась в основном путём администрирования, ужесточения трудового законодательства, использования принудительного труда. Однако попытки достичь предельно высоких темпов обернулись дезорганизацией производства, поэтому руководство страны пошло на снижение темпов в годы второй пятилетки (1933–1937).
Для проведения ускоренной индустриализации требовались колоссальные финансовые средства. Поэтому государство усиливает нажим на деревню. Летом 1929 года был провозглашён курс на сплошную коллективизацию и «ликвидацию кулачества как класса». В результате – принудительное объединение в колхозы, конфискация хозяйства у зажиточных крестьян, миллионы раскулаченных, оказавшихся в тюрьмах, лагерях, спецпосёлках. В 1932–1933 годах из-за чрезмерного изъятия хлеба начался страшный голод, охвативший Северный Кавказ, Поволжье, Украину, Казахстан.
более месяца назад
